Архитектура в объективе: советские мозаики

Украинский фотограф Евгений Никифоров уже четыре года занимается документацией советского наследия – монументальных мозаик в городах Украины. Одним из главных результатов его фотопроекта стала книга Decommunized: Ukrainian Soviet Mosaics, которая на днях поступит в продажу. С чего началось такое увлечение и почему советская тематика стремительно поглощает визуальное медиапространство, рассказывает он сам. 

Задумка

Примерно с конца 2013 года я начал фиксировать изменения в публичных пространствах городов Украины. Я пытался следить, как меняется отношение общественности к истории, запечатленной в монументальном искусстве. С одной стороны, это фиксация объектов, созданных в не слишком далеком прошлом – в 1960–1980-х годы, с другой – это свидетельство взаимодействия людей моего времени с этими объектами. 

Днепр.

Днепр.

Кроме того, мозаики – это один из способов углубиться в историю населенного пункта, его визуального кода. Мозаичные панно чаще всего представляют собой сюжеты из разнообразных сфер жизни, рассказывают о профессиях и изображают “типичного гражданина”, которого интересно изучать. В каком-то смысле мозаики, безусловно, были инструментом визуальной пропаганды, но не всегда идеологической. В основном мозаики рассказывают о мире во всем мире, спорте, труде, космосе, стремлении к развитию цивилизации, об исторических фактах. 

Лисичанск.

Лисичанск.

Монументальное искусство создавалось самыми интересными художниками своего времени, и в процессе моего исследования у меня была возможность познакомиться с искусством 1960–1970-х годов. В этот период многие художники, не признававшие канонов соцреализма, искали в монументальных мозаиках творческую отдушину. 

Киев.

Киев.

Идеологический и эстетический контроль в этой сфере был не так строг, можно было позволить себе эксперименты, воплотить невозможные в живописи формальные идеи или даже мировоззренческие концепции (как у Валерия Ламаха, например). Поэтому сегодня на советские мозаичные панно можно смотреть и как на публичное современное искусство, которое в СССР развивалось в основном в культурном подполье. 

Процесс

В конце 2013 года я получил предложение сделать фотографии для книги “Искусство украинских шестидесятников” от киевского издательства “Основы”. Моей задачей была фиксация наиболее интересных монументальных панно 1960-х годов, которые сохранились в Киеве. 

Днепр.

Днепр.

После окончания работы над книгой я продолжил делать подборку мозаичных панно Киева и других регионов Украины, которые удавалось найти в свободное время. Таким образом архив разрастался, а вскоре от киевского издательства “Основы” последовало предложение расширить архив изображений и создать книгу на основе собранных материалов (книгу Decommunized: Ukrainian Soviet Mosaics. – Прим. ред.).

Село Резервное.

Село Резервное.

В процессе подготовки к съемкам я пересматривал материалы о монументальном искусстве, созданные за последние годы, и оказалось, что существует всего несколько региональных исследований и достаточно небольшое количество фотографий монументального искусства в приличном качестве. 

Харьков.

Харьков.

Все стоящие исследования проводились слишком давно и не отражали текущего состояния работ. Меня заинтересовали существенно измененные архитектурные ансамбли, утопающие в рекламе и “евроремонте”. Мне стало интересно сопоставлять фотографии, которые я находил в периодике по архитектуре 1960–1970-х годов, и современное состояние строений и монументального искусства. 

Херсон.

Херсон.

Основной проблемой в поиске сохранившихся монументальных работ было отсутствие единого архива монументальных панно, реестра заказов, которые проходили через так называемые художественные фонды. Всю информацию мне приходилось искать практически с нуля. Часто попадались архивные изображения, которые точно были сделаны в Украине, но без подписей города, улицы, сооружения. Так, мне нужно было сопоставить изображение с городами. Я постоянно комбинировал ресурсы для поиска сохранившихся работ и единой формулы до сих пор не нашел. 

Кременчуг.

Кременчуг.

Одной из проблем также является отдаленность объектов и городов, расстояния, которые приходилось покрывать для поиска мозаик. Некоторые впечатляющие работы создавались в богатых, но очень отдаленных колхозах. И довольно часто дороги к этим колхозам фактически не существует. Многие мозаики находятся на закрытых объектах: в частной собственности, на заводах, атомных станциях. Много времени уходило на получение разрешений на съемку. Но на сегодня не существует таких работ, которые снять не удалось. Часть работ находится на неподконтрольных территориях Донецкой и Луганской областей, и это следующий этап проекта – хотелось бы в спокойной обстановке отснять мозаики Донбасса. 

Житомир.

Житомир.

Популярность советской тематики

На мой взгляд, чем больше советская архитектура обрастает новыми (и нередко случайными) наслоениями, тем более очевидна ее ценность и красота. В Украине, увы, очень мало хороших примеров современной архитектуры, которая удачно вписывалась бы в существующий облик городов. 

Киев.

Киев.

Глядя на возведенные в последние годы аляповатые здания, больше понимаешь и ценишь минималистичность и продуманность лучших образцов советского модернизма. Такие знаковые здания Киева, как, например, гостиница “Салют” или Институт информации (известный как “тарелка”), действительно “делают” место и выглядят в разы современней всего того, что выстроили вокруг них в последующие годы.

Луцк.

Луцк.

И это очевидно не только знатокам архитектуры, но и простым горожанам, которые живут в этой среде: никто не любит киоски и рекламные баннеры, всем по душе чистота и простор. К тому же советские здания – это не ископаемые из прошлого, они все еще выглядят очень актуально, многие идеи современной мировой архитектуры и дизайна берут начало как раз в 1960–1970-х годах. В моде и поп-культуре сейчас бум на эстетику 90-х. В архитектуре это был очевидный период упадка, так что тут не на что опереться. 

Кривой Рог.

Кривой Рог.

Фактически 1960–1970-е годы – на сегодня последний период на постсоветском пространстве, который предложил цельный “большой стиль” в архитектуре. Мозаики – это уже музейные экспонаты в теле города, на которые интересно смотреть, потому что они уникальны. Несмотря на то что технически такие панно можно создавать и сегодня (технология известна, мастера есть, материалы тоже), повторить размах советских монументалистов сегодня невозможно.

Воловец.

Воловец.

Советская мозаика как форма искусства была поддержкой монументальной пропаганды, и эпичность художественного размаха монументалистов соответствовала масштабу идей, которые нужно было вложить в головы самого широкого зрителя. Политическая пропаганда в новой форме, наверное, никуда из нашей жизни не делась, но освоила новые инструменты и, к счастью, оставила искусство в покое.

Фото: Евгений Никифоров

Комментарии