Портрет: архитектор Йоза Гини

Итальянец Массимо Йоза Гини на все руки мастер: и комиксы рисует, и мебель проектирует, и здания строит. Рассказывает Елена Немкова.

Массимо Йоза Гини – блестящий дизайнер и архитектор, основатель авангардного движения болидизм и участник группы Memphis.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Но помимо профессиональной репутации у него есть еще кое-что, не всем ар­хитекторам достающееся, – народная слава. Мой муж, узнав, к кому я иду на интервью, достал книгу с любимой полки и попросил непремен­но взять у Гини автограф. Смот­рю на обложку – комиксы­ (любовь взрослого итальянского населения к ним по­истине безгранична и в их глазах абсолютно не зазорна). Гини – создатель героя комиксов, легендарного капитана Силлавенго.

Комиксы Массимо Йозы Гини про супер­шпиона Силлавенго появились в 1991 году.

Комиксы Массимо Йозы Гини про супер­шпиона Силлавенго появились в 1991 году.


Этот шпион, действующий в Африке в 1930-х годах, стал кумиром нескольких поколений итальянцев.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Но Массимо обычно скромничает, описывая начало своей карьеры как “занятия книжной графикой и проектирование выставочных пространств”. На самом же деле первые художественные шаги повлияли на все его дальнейшее творчество.

Портрет: архитектор Йоза Гини

В ярких, летящих набросках чувствуется рука опытного рисовальщика: его архитектурные проекты – скрупулезно отрисованные истории.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Включение футуризма и аэроживописи в архитектуру и безусловная любовь к фэнтези стали персональным стилем Гини, пример то­му не только его архитектура, но и мебель, которую он делал для разных марок – от Moroso до Snaidero.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Во всех моделях­ динамичные, антропоморфные формы, необычный колорит и яркая образность сочетаются с функциональностью и тщательно проработанными техническими аспектами. Как, собственно, и должно быть в будущем, которое так любят изображать в комиксах.

Портрет: архитектор Йоза Гини

О будущем мы и говорим с Массимо в его студии в сред­невековом палаццо в центре Болоньи. Для начала разговора я все-таки спрашиваю о комиксах и их роли в его жизни. Массимо отвечает по сути вопроса:

– Благодаря комиксам я, в отличие от многих дизайнеров, начинаю проект не с материала и предмета, а с картинки и образа.

Жилой дом в Будапеште спроектирован по заказу Boscolo Group в 2007 году.

Жилой дом в Будапеште спроектирован по заказу Boscolo Group в 2007 году.


И это во многом определяет то, что я делаю. Есть два способа передать мысль: слово и образ. В процессе рисования картинок я понимаю, правильна ли идея. И я ничем не скован.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Важная часть биографии Гини – участие в движении болидистов. Входившие в это арт-объединение дизайнеры, последователи авангардных групп вроде Alchemia и ­Memphis, положили в основу своей “новой архитектуры” идеи легкости, движения и множественности:

– Нас было двадцать архитекторов – все выпускники Флорентийского университета, родины передового дизайна конца 1980-х, когда тема скорости, которая подчиняет себе реальность, вновь стала актуальной.

Одна из самых дорогих сердцу Гини работ — проект скоростной дороги Moving People в Болонье

Одна из самых дорогих сердцу Гини работ — проект скоростной дороги Moving People в Болонье


Болидизм был замечен критикой и сразу же признан “новым словом” итальянского дизайна. Группа стала авангардом пост-модернизма, свидетелем окончания аналоговой эры и появления эры цифровой.

– В начале 1990-х объединение распалось, каждый занялся своими проектами, – вспоминает Массимо. Но не говорит о том, какой успех сопутствовал лично ему: еще будучи юным болидистом, он сделал стул Otello для Memphis, а годом позже сам великий ­Соттсасс пригласил его в группу в качестве полноправного участника.

Памятуя о философии Memphis, я отмечаю, что в ­работах Гини часто заметен футуристический акцент.

– В Италии футуризм был одним из самых важных движений, – объясняет Массимо. – Идея скорости являлась для футуристов центральной. Меня же прежде всего интригует динамика аэроживописи. Отсюда мой интерес к тому, как можно передвигать образ в пространстве, возможность диалога в планетарном масштабе. Это же основные темы дизайна сегодня! В каком-то смысле футуристы предвосхитили их. А еще дело в моих корнях. Я родом из Эмилии-Романьи – родины самых быстрых болидов, “феррари” и “мазерати”.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Эта часть Италии не довольствуется сегодняшним днем, а строит будущее во многих сферах – от изобразительного искусства и театра до архитектуры, инженерии и дизайна.

Одна из самых известных построек Гини — магазин при заводе Ferrari в Серравалле-Скривия (2008).

Одна из самых известных построек Гини — магазин при заводе Ferrari в Серравалле-Скривия (2008).

 

– Вы делаете много общественных интерьеров и мало частных. Почему так – масштаба не хватает?

– Частные интерьеры оформлять куда труднее. Мне кажется, что для этого нужно особое мужество.

Московский проект Гини — интерьеры офисов компании Capital Group.

Московский проект Гини — интерьеры офисов компании Capital Group.


По мне даже архитектура проще – в моральном плане, не в техническом. Пока я сделал только один, сейчас работаю над вторым – это мой дом. Я экспериментирую – стараюсь построить экологическое жилье.

Портрет: архитектор Йоза Гини

И все проблемы, от сбора дождевой воды до энергосберегающих окон, решаю средствами дизайна. Достаточно просто хорошенько подумать, чтобы соорудить дом разумно, экономично и экологично.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Распространенная идея роскоши – это классика, изобилие и сверхпотребление. Но настоящая роскошь – заставить технологию служить нам в ее самой красивой форме. Станет ли мое жилье образцовым? Будущее покажет.

Об этом речь идет в книге Sostenibile ma bello (“Эколо­гично, но красиво”), где Гини утверждает, что сочетать красоту и разумность предмета – первая задача дизайнера сегодня.

Гини часто приглашают для разработки не только отдельных проектов, но и имиджа компании в целом. Лаундж-зона в аэропорту Турина (2008) — пример того, что он сделал для Alitalia.

Гини часто приглашают для разработки не только отдельных проектов, но и имиджа компании в целом. Лаундж-зона в аэропорту Турина (2008) — пример того, что он сделал для Alitalia.


Массимо живо интересуется новыми технологиями, ориентирован на них в творчестве. Но он итальянец, а в итальянском дизайне огромную роль всегда играла ремесленная работа. Что он думает об этом?

– Итальянский дизайн – прежде всего мебельная индустрия. Мне кажется, она ценится за способность создать атмосферу, которая близка всем. Как ни парадоксально, ремесленная работа – важнейшая часть нашей индустрии.

Диван Newtone, Moroso (1989).

Диван Newtone, Moroso (1989).


Ремесленным остался наш способ мышления, отсюда гибкость и воображение, с которыми мы решаем проблемы придумывания и продумывания вещи. Сила итальянского дизайна – в способности давать разные ответы, а не один-единственный. И я в этом по мере сил практикуюсь.

Портрет: архитектор Йоза Гини

Текст: Елена Немкова


опубликовано в журнале №6 (85) июнь 2010

Комментарии