Интервью с Эриком Ван Эгераатом

Эрик ван Эгераат – голландский архитектор, родился в 1956 году. Окончил Технический университет в Делфте. В 1984 году выступил соучредителем известного архитектурного бюро Mecanoo. В 1995‑м основал бюро Erick van Egeraat Associated Architects с офисами в Роттердаме, Лондоне, Будапеште и Праге. В 2003 году Эрик ван Эгераат принимал участие в конкурсе на строительство нового корпуса Мариинской оперы. В России известен благодаря проектам “Город столиц” и “Русский авангард”.

Интервью с Эриком Ван Эгераатом

Когда меня пригласили встретиться с Эриком ван Эгераатом, я струсил. Он спроектировал жилой комплекс “Русский авангард” – пять башен, каждая посвящена великому русскому авангардисту. Одна башня называется “Кандинский”, вторая “Малевич”, третья “Родченко”, есть еще “Попова” и “Экстер”. Я знаю довольно много архитекторов и художников, увлеченных авангардом, и заметил – чем больше они увлечены, тем менее приветливы. А этот, судя по всему, совсем увлеченный. Пять двадцатиэтажных башен – это вам не офортик “памяти Кандинского”. Тем более еще и голландец. Я знал одного голландца, тот тоже увлекался русским авангардом и был довольно депрессивным типом. А Эгераат к тому же еще сделал проект двух башен в Сити в Москве.

Проект офисного центра “Город столиц” для Москва-Сити, 2009 год

Проект офисного центра “Город столиц” для Москва-Сити, 2009 год

Люди, которые работают для этой бетонной ямы напротив хаммеровского центра, сразу узнаются – это мрачные мечтатели, которые носят под мышкой макет небоскреба. А Эгераат сделал не один небоскреб, а целых два, то есть человек должен быть в два раза мрачней и мечтательней. При этом один небоскреб называется “Москва”, а второй, пониже – “Петербург”. Знаете, Москва, Петербург, историческая судьба России, Восток–Запад. Архитектурный историософ, мрачный мечтатель из Сити, фанат русского авангарда и голландец. По степени приветливости, прикинул я, это должно быть что-то вроде Малевича в гробу.

Эрик вошел стремительно. Так, чтобы его длинная шевелюра типа “пепельная блондинка” могла немного поразвеваться. Он был в сером приталенном костюме с искрой (мы встречались днем). Поздоровавшись, он отошел к элегантнейшему макету комплекса “Русский авангард”, встал сбоку, руку положил на макет, ногу слегка отставил, голову наклонил в направлении, обратном отставленной ноге. Лицо его приняло лирически задумчивое и вдохновенное выражение, напоминающее Ван Клиберна при исполнении “Не слышны в саду даже шорохи”. Казалось, он сейчас споет. Он немного постоял, потом сказал: “Уже можно”. – “Что можно?” – “Фотографировать”.

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

После чего спел. Как он говорил про русский авангард! Как красив был у него Малевич, который, как выяснилось, работал на тончайших нюансах светло-серого и палево-голубого. Как немыслимо изысканна, оказывается, Попова, которая всегда казалась мне несколько мужской в творческом отношении дамой. А Кандинский! Такое ощущение, что Кандинский не столько взрывал миметический принцип в искусстве, сколько создавал бирюзовые, яхонтовые, бриллиантовые и аметистовые эскизы драгоценностей, причем эскизы эти сразу делались в технике финифти и филиграни.

Он подарил мне книжку о себе. Это не полиграфическая продукция – это клип-симфония в стиле группы Queen. Страницы, сплошь закрашенные багряным золотом, я видел только в византийских императорских манускриптах – и у Эгераата. Мне кажется, что если бы можно было вставить в книгу несколько страниц персидского ковра, он бы вставил.

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

О да, он любит модернизм, он обожает авангард. Да, он видел наши спальные районы. Нет, что вы, какой ужас, он бы никогда не хотел строить в этих районах. Только исторический центр, где вокруг – великолепная пластика старой архитектуры. Да, он обожает строить за границей, обожает путешествовать. В Голландии ему немного тесновато. Он строил дома для престарелых, строил в доках, но вы знаете, в Голландии не ценят красоты. Эти социальные программы, эта урбанистика новых районов, в ней нет места для роскоши цветущей формы! Он обожает Будапешт, это обаяние пластики барокко, это драгоценная ткань исторической сложности, куда он вплетает свои нити, это колоссально! Да, Москва, золото глав русских церквей, это прекрасно! Да, Петербург, Царское Село, эти сияющие золотые торсы могучих атлантов на фоне торжествующей музыки ордера! Как это сильно, как это великолепно!

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Ну что тут скажешь! Ну просто ах-ах-ах! Я никогда раньше не видел такого авангардиста. Я видел многих западных архитектурных звезд, но этот напоминал скорее звезду балета. Он не отстаивал принципов, не говорил ни о социальных задачах архитектуры, ни об ответственности архитектора. Ни в малейшей степени не разоблачал буржуазию и ни в коем случае не собирался облегчить положение обездоленных. Он с необыкновенной искренностью и энтузиазмом стремился к украшению роскоши роскошью.

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Город Эгераат ощущал как ларец с драгоценностями, где каждый следующий архитектор оставляет новый слой сапфиров и жемчугов, сквозь которые скрытно сияет слой предшествующий. Роль архитектора он видел в украшении жизни и, по-моему, себя самого воспринимал тоже как украшение жизни, причем украшение победительное. Знаете, как красивая женщина восклицает: “Я в доме – цветок!”, и смотришь – действительно цветок. Что-то примерно вот такое, только в масштабе целого города.

Было только немножко трудно соединить все это с темой русского авангарда. Как-то не вязалось это, скажем, с Поповой, которая умерла от тифа в голодной Москве. Или с Малевичем, с этим его выкрашенным черными и красными квадратами гробом в Немчиновке. Или с Кандинским, бежавшим сначала от большевиков, потом от Гитлера. Как-то не так их, русских авангардистов, себе представляешь.

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Жилой комплекс “Русский авангард” Эрик ван Эгераат в 2003 году спроектировал по заказу компании “Капитал Груп”

Но, с другой стороны, может быть, это у нас неверное восприятие? А верное – это Кандинский на аукционе Sotheby’s. Это сотни миллионов долларов, это нефтяные и компьютерные магнаты, которые соревнуются с арабскими шейхами за право обладать этой драгоценностью. Русский авангард – это вовсе не страдания непонятых мучеников в грязных, нетопленых подвалах ленинградских и московских мастерских. Это прежде всего роскошь, и потом тоже роскошь, и роскошь до самого конца. И за это говорит все – от реальных миллионов долларов до реальной прекрасной архитектуры.

Фрагмент фасада Института современного искусства, 2007 год

Фрагмент фасада Института современного искусства, 2007 год

Ну вот. Когда я встречался с Эгераатом, все у него складывалось хорошо. Комплекс его был принят на ура и московскими архитекторами, и архитектурными начальниками, и даже, как мне все сообщали по секрету, сам Юрий Михайлович посмотрел и загорелся. Всем безумно нравилось, что русский авангард – это наше богатство и такой восхитительно талантливый голландец нам же его и принес. Все говорили о том, как великолепно, что вот у нас – Третьяковская галерея, а прямо напротив – те же Кандинский, Малевич, Родченко, Попова и Экстер, только в виде прекраснейшей архитектуры. А потом случился Общественный совет при мэре Москвы, и мэр Лужков сказал, что архитектура ему, в общем, нравится, но только не для этого места. А лучше бы ее куда-нибудь в более новые районы.

И я представил себе этот цветок, Эрика, в Бирюлеве. Ближе к станции Бирюлево-Товарная, между овощебазой и ЭЦ. Я даже подумал, что Эрика, пожалуй, на время строительства стоит там поселить. Пусть он там поживет. Костюм искру потеряет, волосы сваляются, ноги покривеют, взгляд приобретет бирюлевское выражение, какое там бывает на остановке 682‑го автобуса хмурым осенним утром в час пик. И все изменится. Эрик заговорит о социальных задачах архитектуры, будет ругательски ругать буржуазию, да и к барокко отнесется враждебнее. И получится настоящий русский авангардист. 

Административное здание Mahler4, 2009 год

Административное здание Mahler4, 2009 год

Беседовал Григорий Ревзин

Фото: Iain masterton/Alamy/Diomedia, архив пресс-служб, Janos szentivani; Mar photographica/Alamy/Diomedia

Комментарии