Дом-скульптура в Мадриде

Искусствоведы любят порассуждать, чем разнятся современная архитектура и скульптура. И в самом деле, нынешние архитектурные шедевры иногда столь причудливы по форме и функции, что и на дома-то мало похожи. C другой стороны, скульптура часто оказывается весьма масштабной и конструктивно сложной. В конце концов решено было (отчасти в шутку, но в каждой шутке есть, как известно, доля истины) считать так: если в конструкцию можно войти и как-нибудь внутри разместиться, это архитектура. Если нет – скульптура.

На крыше устроен большой бассейн (внутри дома есть еще один). Отражаясь в нем, серые бетонные объемы здания смотрятся особенно эффектно.

Постройка испанского архитектурного бюро A-cero, возглавляемого Хоакином Торресом, – дом в мадридском пригороде Сомосагуасе – вынуждает хотя бы отчасти пересмотреть это искусствоведческое деление. Взглянешь на его план, и сразу видно, что это настоящий жилой дом.

Одна из причин сложной композиции объемов здания — стремление обеспечить в нем естественную циркуляцию воздуха.

В доме три уровня. На верхнем – студия хозяев-художников: виды на окрестные горы здесь просто фантастические. На среднем сосредоточены обычные жилые функции – гостиная, столовая, кухня, бассейн (в доме есть еще один на крыше), хозяйская спальня. В подвале – зона всяких развлечений с баром, спортзалом, винным погребом и даже чилаутом для домашних дискотек. При полном соблюдении принципа свободной планировки все в интерьере устроено очень удобно и правильно: широкие лестницы, дизайнерская мебель, кухня из кориана, сделанная по дизайну архитекторов.

На террасе возле бассейна стоят шезлонги по дизайну архитекторов A-сero.

Отделочные материалы вполне консервативные – полы, например, выложены местным белым песчаником. Как и положено, имеются вкрапления антиквариата, вроде входных дверей XVIII века, привезенных из Толедо, или жалюзи XVII века из индийской провинции Уттар-Прадеш. В общем, по всем приметам дом как дом, без претензий на радикализм. 

Лестница ведет от входа на нижний уровень,  где расположены основные жилые помещения.

Вот только форма, в ко­торую облачено это полезное и разумное содержание, невероятно далека от традиций и стандартов. Геометрия бетонных объемов, в которые “вырастает” строго функциональный план дома, заставляет думать не о жилье и отдыхе, а о каких-то далеких от реальности вещах, вроде космических кораблей из фильмов Джорджа Лукаса, радикальных арт-ин­стал­ляций или вздыбившихся пластами, изломанных ледников Антарктики.

Внутренний бассейн на нижнем этаже дома граничит с комнатой отдыха. Журнальный столик по дизайну A-cero.

На самом деле источник этих серых, с процарапанными по поверхности горизонтальными линиями бетонных скоб и загогулин находится рядом – это окрестные горы. Их цвет и фактуру дом повторяет почти буквально, а форму архитекторы трактовали метафорически. Облик дома – пластический этюд на тему местных скал, увиденных каким-то особо острым зрением. Они стали выпуклыми – словно освещенные “не нашим” солнцем ландшафты с картин Сальвадора Дали. Решая свою локальную задачу, молодые испанские архитекторы умудрились создать самую настоящую жилую скульптуру.

Спальня хозяев. Кровать, покрытая белым лаком, создана по дизайну архитекторов. Картина — работа корейской художницы Ки-бонг Ри. Пуфы Barcelona, дизайнер Людвиг Мис ван дер Роэ, Knoll.

Критики часто жалуются, что с современным искусством трудно жить, слишком оно агрессивное. Ничего подобного, смотря какое искусство. Если хорошее, то жить можно не только с ним, но и внутри него.

Кухня из кориана и белые стулья, обтянутые кожей, созданы по эскизам архитекторов.  Блюда, Vinҫon.

Фрагмент гостиной. Диваны и столики, как и почти вся мебель в доме, придуманы архитекторами A-cero.

Текст: Клэр Боссю-Руссо

Фото: Эухени понс
опубликовано в журнале №10 (78) октябрь 2009

читайте также

Комментарии