Портрет: ландшафтный архитектор Александр Гривко

Сашу Гривко трудно называть торжественным именем Александр: в нем нет ничего воинственного и имперского. Он говорит тихим и ласковым голосом, одевается с богемным дендизмом, часто улыбается, исключительно вежлив, великодушен и политкорректен даже в рассказах о самых трудных клиентах. Спросите меня, как описать его одним словом, и я скажу “деликатный”. Как цветы, с которыми связана вся его жизнь.

Александр Гривко. Родился в 1975 году в Подмосковье. Изучал экономику в МГУ, но оставил университет ради занятий в Международной школе флористов-дизайнеров “Николь”. В 1999 году вместе с партнерами основал ландшафтную компанию Il Nature. Сегодня она имеет офисы в Москве, Париже и Лондоне.

Александр Гривко. Родился в 1975 году в Подмосковье. Изучал экономику в МГУ, но оставил университет ради занятий в Международной школе флористов-дизайнеров “Николь”. В 1999 году вместе с партнерами основал ландшафтную компанию Il Nature. Сегодня она имеет офисы в Москве, Париже и Лондоне.

Профессиональный путь ландшафтного архитектора, на счету которого около семидесяти реализованных проектов садов в России и мире – от малыша площадью пятнадцать соток до гиганта в десять гектаров, начался с выполнения домашнего задания по природоведению в школе военного ­городка неподалеку от подмосковных Мытищ.

Сад в Барвихе — первая работа Гривко, опубликованная в AD (ноябрь 2006). В центре сада — лабиринт диаметром 40 м из шпалерной липы.

Сад в Барвихе — первая работа Гривко, опубликованная в AD (ноябрь 2006). В центре сада — лабиринт диаметром 40 м из шпалерной липы.

“Мы жили в сталинском доме окнами на север, в тенистый двор, и цветы у нас в квартире не приживались. А потом маме кто-то подарил бегонию в горшке, а я как раз проходил в школе размножение растений. Воодушевившись, я размножил эту бегонию в невероятных количествах, и с тех пор разведение цветов стало моим главным интересом. Я читал спецлитературу, меня подписали на журнал “Цветоводство”, лучшим подарком на день рождения для меня был черенок орхидеи. Меня, конечно, считали несколько чокнутым”, – рассказывает он с улыбкой.

“Лавандовая” поляна в саду в Стольном (Подмосковье). “На самом деле под Москвой лаванда расти не может. Но заказчица непременно хотела лавандовое поле, и мы сделали ей его имитацию, засадив участок сада спиреей”, — рассказывает Гривко.

“Лавандовая” поляна в саду в Стольном (Подмосковье). “На самом деле под Москвой лаванда расти не может. Но заказчица непременно хотела лавандовое поле, и мы сделали ей его имитацию, засадив участок сада спиреей”, — рассказывает Гривко.

На самом деле еще до разведения орхидей в условиях советской квартиры были впечатления от сада, который разбил его дед, отставной военный, в Черниговской области: “Этот сад до сих пор стоит у меня перед глазами – сто с лишним кустов пионов, ирисы, гладиолусы... Когда это всё цвело, люди останавливались и глазели через забор. И, хотя мы с братом в этом чуде просто бесились и портили клумбы, интерес к садам возник у меня, наверное, именно тогда”.

Парадная зона сада под Москвой. Бордюры, окаймляющие розовые кусты, сделаны из стриженой спиреи.

Парадная зона сада под Москвой. Бордюры, окаймляющие розовые кусты, сделаны из стриженой спиреи.

Цветоводство в сочетании с садоводством получило шанс укрепиться в жизни Гривко в подростковом возрасте, когда семья переехала в Псковскую область и, вооруженный советами из журнала “Приусадебное хозяйство”, он сажал вокруг дома всё подряд и устраивал прудики и альпийские горки. 

Сад дома продюсера Рубена Дишдишяна, построенного Николаем Лызловым под Москвой, — вероятно, самая “модернистская” работа Гривко и Il Nature: “Заказчиков, которым нужны лаконичные сады, пока мало”.

Сад дома продюсера Рубена Дишдишяна, построенного Николаем Лызловым под Москвой, — вероятно, самая “модернистская” работа Гривко и Il Nature: “Заказчиков, которым нужны лаконичные сады, пока мало”.

“Это было мило, но, когда пришло время учиться, меня отправили в МГУ, чтобы я стал банковским работником, получал зарплату в двести долларов и в дальнейшем сделал солидную карьеру. Однако интерес к растениям меня не отпускал. В каникулы я отправился на курсы в школу флористов-дизайнеров “Николь”, пришел в восторг от атмосферы – и понял, что учиться там мне не по карману”. Вооруженный дипломом “Николь” о прохождении десятидневного курса флористики, Саша устроился работать продавцом в цветочный магазин: “Я зарабатывал триста (!) долларов, бросил МГУ и пошел учиться на флориста”.

Фрагмент сада.

Фрагмент сада.

Дальше была серия всё более и более успешных флористических работ и собственный магазин на Никольской, а потом в Каретном Ряду. “У нас в клиентах числились и Березовский, и Юдашкин, и компания “Патель и Шабо”, и в Кремль мы цветы поставляли. В 1998-м, во время дефолта, произошел смешной случай. Поставок цветов из Европы не было две или три недели, а мы как раз получили заказ на какую-то кремлевскую вечеринку. Так мы с моими девочками, нарядившись садовниками и взяв секаторы, пошли в Александровский сад и, не вызывая ни у кого подозрений, нарезали цветов с тамошних клумб и потом в Кремль же их и отнесли!”

Топиарная композиция в одном из садов, которые Il Nature делала для Ольги Слуцкер.

Топиарная композиция в одном из садов, которые Il Nature делала для Ольги Слуцкер.

Среди прочих работ, за которые брался Гривко, было озеленение офисов. Как-то раз девушка-архитектор, с которой он работал над одним из офисных заказов, позвонила ему и предложила обустроить участок вокруг дома, построенного под сдачу, в Кунцево. “Я было сказал, что это не по адресу, – я же про цветы внутри дома. А она ответила: “Ты что, с ума сошел? Предлагают такие деньги! Какая разница, внутри или снаружи?” Гривко сделал проект озеленения. “Там не было изысков: газон, стриженая изгородь. Получилось неплохо – минималистично, но стильно, по-европейски”. Работа произвела впечатление на компанию-девелопера, построившую тот дом. Хозяева заказали Саше сад вокруг своего собственного особняка. Следующими клиентами были их соседи – и процесс пошел. “Стало ясно, что заниматься ландшафтной архитектурой на базе цветочного магазина невозможно. Мы с партнерами решили: надо открывать свою компанию”. Так возникла Il Nature.

Эскиз участка сада, примыкающего к бассейну в доме, построенном Дмитрием Долгим в Барвихе. “Сад менялся с каждой архитектурной переделкой, а их было немало”, — рассказывает Гривко.

Эскиз участка сада, примыкающего к бассейну в доме, построенном Дмитрием Долгим в Барвихе. “Сад менялся с каждой архитектурной переделкой, а их было немало”, — рассказывает Гривко.

“Изучая рынок ландшафтных услуг в тот момент, я пришел в ужас. Все торговали садовыми гномами! Великолепные советские традиции садоводства – те, которым мы обязаны ВДНХ, Ботаническим садом, вообще “бытовым” озеленением советских городов, – были утрачены”. Команда Il Nature, где Гривко стал арт-директором, пошла поперек потока: они думали о садах в целом, а не о частных украшательствах, просчитывали планировку и подбирали растения, которые позволяли сделать в русском климате сад, похожий на европейский, но не превращали его в ночной кошмар хозяина (такое бывает, если за растительностью хлопотно ухаживать).

Реализованный по эскизу участок сада, примыкающего к бассейну в доме, построенном Дмитрием Долгим в Барвихе.

Реализованный по эскизу участок сада, примыкающего к бассейну в доме, построенном Дмитрием Долгим в Барвихе.

Намучившись с местными полуживыми сов­хозами, растения стали закупать за границей – в Германии и Польше. “Мы тщательно отбирали то, что может прижиться в России. Мой собственный сад под Псковом стал полигоном для экспериментов по интродукции новых видов, и многие растения, которые сейчас в Европе выращиваются специально для России, ввели на местный рынок именно мы. Мы придумали замену южным породам, не растущим у нас, вернее, придумали, как использовать уже знакомые растения в новом качестве. Например, спирею у нас сажали только на альпийских горках, а мы постригли ее в бордюры”.

Фрагмент того же сада в Барвихе — композиция из дёрена и гортензии.

Фрагмент того же сада в Барвихе — композиция из дёрена и гортензии.

Зачем же нужны были все эти усилия? Чтобы заказчику угодить, конечно: “В основном клиенты хотят классики – ведь дома-то у них в классическом стиле. Большинство приходит, желая иметь английский или французский сад. Ни то ни другое в чистом виде в России невозможно создать. Поэтому мы, кивая и улыбаясь, подталкиваем их к компромиссу. Французский сад чертится по линейке, английский рисуется от руки. Мы всегда начинаем с того, что расчерчиваем оси – не только “направление на главный вход”, но и важные виды и так далее. А участки вокруг осей уже рисуем от руки”.

Партер сада Александра Гривко в Ореховно (Псковская область). Партер, засаженный разными видами туи, меняет цвет по нескольку раз за сезон. “В России можно сделать какой угодно сложный сад, если вы готовы за ним ухаживать”, — уверяет Гривко.

Партер сада Александра Гривко в Ореховно (Псковская область). Партер, засаженный разными видами туи, меняет цвет по нескольку раз за сезон. “В России можно сделать какой угодно сложный сад, если вы готовы за ним ухаживать”, — уверяет Гривко.

Результат, как признает Гривко с довольной улыбкой, даже конкуренты называют “стилем Il Nature”: сады, которые он делает, разнообразны, но всегда узнаваемы. У него есть излюбленные приемы, авторский почерк, образцы для вдохновения (парки Чатсуорта, Шато-де‑Куранс, работы Жака Вирца) и большие перспективы: “У меня много клиентов в Англии. Подумайте только: люди в Англии заказывают парки русским!” От такого успеха впору впасть в головокружение. Всем архитекторам свойственна мания величия, ландшафтным страдать ею сам бог велел – ведь они создают миниатюрные модели мира. Но комплекс строителя мира не для Гривко. “Я просто садовник”, – говорит он смущенно.

Эскиз ландшафта вокруг дома в Ореховно (Псковская область).

Эскиз ландшафта вокруг дома в Ореховно (Псковская область).

Ну что я тебе скажу, Саша. Нет. Ты – не просто садовник.

Центральная часть сада в Стольном (Подмосковье). Посаженные по кругу стриженые липы встречаются во всех проектах Гривко, это один из его любимых приемов.

Центральная часть сада в Стольном (Подмосковье). Посаженные по кругу стриженые липы встречаются во всех проектах Гривко, это один из его любимых приемов.

Текст: Евгения Микулина

Фото: СЕРГЕЙ КАРЕПАНОВ/АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБЫ; ИВАН БОЙКО
опубликовано в журнале №5 (128) МАЙ 2014

Комментарии