Интервью с Крисом Боссом

С апреля по ноябрь этого года в рамках проекта Lexus Hybrid Art 2012 в Москву планируют привозить “лучших людей гибридного мира”. Один из них уже отметился в нашей столице. Во время лекции в Москве архитектор Крис Босс, автор пекинского Олимпийского бассейна, рассказывал о том, как построить город будущего. Мы же спросили его, почему он стал архитектором и что делать с историей в городе будущего.

Как вы решили стать архитектором?

Вообще-то, мой отец архитектор. Но, признаюсь, это была последняя профессия, о которой я мечтал. Окончив школу и еще не определившись со своими желаниями, решил сначала отслужить, а потом решить, чем же мне хочется заниматься. Меня привлекали многие вещи: фотография, мода, графический и предметный дизайн, а еще кино. И в какой-то момент я понял, что все эти сферы деятельности вмещает в себя именно архитектура! Во-первых, чтобы презентовать проект, надо его начертить, смастерить модель, сделать небольшой ролик. Во-вторых, надо подумать о выборе материала, сочетании текстур, цветовой гамме. Еще архитектор должен быть инженером. Ни одна другая дисциплина не объединяет столько специальностей сразу. Я перфекционист: успел поучиться в пяти разных архитектурных школах и из каждой вынес самое интересное и нужное мне. 

Пекинский Национальный центр водных видов спорта, котоырй Крис Босс проектировал в составе PTW Architects (2003)

Пекинский Национальный центр водных видов спорта, котоырй Крис Босс проектировал в составе PTW Architects (2003)

Почему вы решили переехать из Германии в Австралию? 

Я отправился туда просто для того, чтобы на собственном опыте узнать, что это за страна. Не планировал задерживаться дольше, чем на шесть месяцев. Но, поняв, какие здесь открываются возможности передо мной, передумал. Это молодая страна, ей всего двести лет. Взгляните на Европу  она напоминает музей. Я очень люблю Италию, но, если утрировать, то последние грандиозные постройки на ее территории  это Колизей и Пантеон. На Западе все серьезно, там в ходу такие качества, как рациональность, пунктуальность и работоспособность. Один из моих профессоров постоянно говорил, что архитектура  это не шутка, надо взвешивать каждое свое решение. Там люди не наслаждаются жизнью, а постоянно думают о работе. В отличие от австралийцев. У них, наоборот, слишком много поводов для того, чтобы расслабляться: кругом одни пляжи, солнце и зелень. И вот, проведя там полгода, я неожиданно выиграл три архитектурных конкурса и один из них  строительство бассейна к Олимпийским играм в Пекине (Watercube). Мне было всего тридцать два года, и тут такой проект! За пять лет работы в Германии я даже близко не подошел ни к чему подобному.

Green Void, инсталляция в сиднейском Custom House. Архитекторы LAVA (Крис Босс, Тобиас Уоллисер и Александер Рик), 2008

Green Void, инсталляция в сиднейском Custom House. Архитекторы LAVA (Крис Босс, Тобиас Уоллисер и Александер Рик), 2008

Вас соблазняют пляжи? Вы занимаетесь серфингом? 

Нет, брал всего лишь пару уроков. Нельзя объять необъятное, поэтому я решил не тратить силы на серфинг. У меня есть работа, командировки, личная жизнь. Кроме того, я играю на гитаре и посвящаю этому занятию много времени. Для меня игра на музыкальном инструменте подобна медитации: есть только ты и струны, с их помощью ты передаешь образы, которые рождаются у тебя в голове. 

Masdar Plaza - площадь в проектируемом городе Масдар в эмирате Абу-Даби (генплан города сделал Норман Фостер). LAVA, проект 2009 года

Masdar Plaza - площадь в проектируемом городе Масдар в эмирате Абу-Даби (генплан города сделал Норман Фостер). LAVA, проект 2009 года

Что еще, помимо вдохновения и формы, архитектор берет у природы? 

Мы не просто заимствуем форму, мы изучаем законы, по которым все так или иначе устроено. Чаще построить здание с плавными линиями гораздо легче и экономически выгоднее, чем втыкать бетонный прямоугольник. Кроме того, всегда получается красиво. Человек  часть природы, и она его всегда влечет. Намного приятнее расслабляться в тени деревьев, а не под оштукатуренным потолком. С помощью архитектуры мы и пытаемся воссоздать такие моменты, принести природу, естественность в интерьер.

LAVA. Проект многофункционального центра в Харбине

LAVA. Проект многофункционального центра в Харбине

Объясните смысл слогана вашего бюро «More with less». 

Нужно следовать той форме, что предлагает нам вещество, с которым мы собираемся работать. Возьмем, к примеру, инсталляцию Green Void, которую мы сделали в Сиднее. Между пятью точками растянута лайкра. Материии задействовано по минимуму, а получилась довольно объемная композиция. Чтобы повторить подобное из металла, придется потратить очень много сырья, долго повозиться, да еще поломать голову над тем, как эту глыбу закрепить на стенах. В последнее время многие архитекторы создают бессмысленные абстрактные скульптуры. Идея же нашей в том, что мы показываем, как, изучив физические свойства материала, можно сократить затраты не только его самого, но и времени, необходимого на изготовление скульптуры, а также уменьшить ее вес.

Digital Origami Tiger. LAVA, 2010

Digital Origami Tiger. LAVA, 2010

А вот Masdar Plaza в Абу-Даби  это уже не просто демонстрация идеи, а ее воплощение в практических вещах. Площадь утыкана «зонтиками», которые днем защищают от солнечного света, даря прохладу, или спасают от дождя. Во-первых, вы будто на природе, вас продувает ветерок. А во-вторых, такое решение более эффективное, чем стандартное: строить крытый павильон и устанавливать кондиционеры для охлаждения воздуха. К тому же, крыша  это навсегда, ее уже не пооткрываешь.

Masdar Plaza - площадь в проектируемом городе Масдар в эмирате Абу-Даби (генплан города сделал Норман Фостер). LAVA, проект 2009 года

Masdar Plaza - площадь в проектируемом городе Масдар в эмирате Абу-Даби (генплан города сделал Норман Фостер). LAVA, проект 2009 года

Где же строить такие проекты? Как они будут вписываться в облик старого города? 

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, надо решить для себя, что вам важнее: законсервировать историю или построить город, который будет отвечать нынешним потребностям. Моя бабушка родилась в ХХ веке, также как и вы. Но вы вряд ли сейчас захотите носить то же, что она, или писать письма от руки на бумаге. В ностальгии по прошлому кроется опасность  мы уже не так открыты новым веяниям. Не все, что было в прошлом, хорошо. Думай мы по-другому, прогресса бы не было. В облике любого города, в том числе и Москвы, мы видим много следов разных времен, и я считаю, что прошлое и будущее могут уживаться рядом.

LAVA. Проект многофункционального центра в Харбине

LAVA. Проект многофункционального центра в Харбине

Среди ваших работ есть инсталляция «Тигр». Для чего она была сделана?

Она была спроектирована по заказу администрации Сиднея специально к празднованию года Тигра в 2010-м. В столице Австралии влияние азиатской культуры очень велико. Там китайский Новый год чуть ли не важнее европейского. В этой «скульптуре» мы попытались соединить Европу и Азию, прошлое и будущее. Я ездил в Шанхай и изучал по старым книгам, как раньше изображали этот знак Зодиака, а потом интерпретировал увиденное с помощью современных технологий. Получившийся зверь ассоциируется с китайскими бумажными фонариками. Он всем очень понравился. Нам удалось тронуть людей, взволновать их «культурную память». Возможно, это самое правильное отношение к историческому наследию. Не надо оглядываться назад и создавать копии, нужно переосмысливать традиции и воплощать их современными средствами. Как будто вы строите длинный мост от прошлого к будущему.

Digital Origami Tiger. LAVA, 2010

Digital Origami Tiger. LAVA, 2010

Текст: Ольга Сорокина

Комментарии