Портрет: архитектор Александр Гликман

Архитектор Александр Гликман поговорил с Павлом Голяшкиным о контрастах, всеядности и грани между классикой штампованной и живой.

Александр Гликман родился в 1962 году в Москве. Окончил МАРХИ в 1987 году. Построил более 150 объектов, многие из них отмечены престижными премиями в России и за рубежом. Также занимается дизайном мебели и предметов интерьера. Сейчас возглавляет архитектурные бюро Duomo (Россия) и Duomo AG Srl (Италия).

Александр Гликман родился в 1962 году в Москве. Окончил МАРХИ в 1987 году. Построил более 150 объектов, многие из них отмечены престижными премиями в России и за рубежом. Также занимается дизайном мебели и предметов интерьера. Сейчас возглавляет архитектурные бюро Duomo (Россия) и Duomo AG Srl (Италия).

Во время нашего разговора Александр Гликман не раз и не два произносит слово “эклектика” – это важный для него термин. Честно говоря, при взгляде на его работы начинаешь вспоминать, как в XIX веке эклектика поначалу завораживала людей именно благодаря чувству свободы: наконец-то можно отойти от общеобязательных стандартов и форматов.

Дом посвящен памяти именитого мебельного фабриканта Оскара Буссандри, чья штаб-квартира находилась именно в Венеции.

Дом посвящен памяти именитого мебельного фабриканта Оскара Буссандри, чья штаб-квартира находилась именно в Венеции.

Свободу трудно имитировать, а вот стерильность, как считает архитектор, подделывается легко. “И потом, бетонный интерьер – это еще не пространство для жизни, это только его эскиз, макет, – продолжает Александр. – Чтобы вдохнуть в него жизнь, нужна какая-то контрастная деталь, сделанная руками”. Только так раскрывается сравнительное достоинство и минимализма, и классики. 

Дом в Подмосковье выглядит как копия средневекового венецианского палаццо. Только вместо Большого канала — бассейн. Интерьерное оформление трех этажей венецианскую тематику обыгрывает уже не так буквально, но зато на кровле сооружена типично венецианская “альтана” — деревянная терраса-беседка.

Дом в Подмосковье выглядит как копия средневекового венецианского палаццо. Только вместо Большого канала — бассейн. Интерьерное оформление трех этажей венецианскую тематику обыгрывает уже не так буквально, но зато на кровле сооружена типично венецианская “альтана” — деревянная терраса-беседка.

Контрастами Гликман пользуется с размахом, в его собственном доме за фасадом с добросовестной палладианской ионикой Ренессанс уступает место модернизму. Но тот же принцип работает и в более скромных масштабах. В строгой, как операционная, современной кухне может появиться старинный буфет. Или люстра. Или остров, который вроде бы в тон остальной кухне, но стоит на мраморных львиных лапах.

Гостиная в собственном доме архитектора. Светлое модернистское пространство наполнено деталями, которые перекликаются с классицистским украшением фасада.

Гостиная в собственном доме архитектора. Светлое модернистское пространство наполнено деталями, которые перекликаются с классицистским украшением фасада.

Сложность в том, что классика тоже может быть массовым товаром, и современному рынку это хорошо известно. Для Александра в этом никакого затруднения нет, потому что самое существенное, по его мнению, – не формальный “джентльменский набор” стилевых примет, а штучное мастерство, с которым та или иная вещь сделана: “Да, сегодня есть классика штампованная, полиуретановая, картонная и так далее. А есть сделанная вручную, вручную отделанная, инкрустированная и так далее – она живая”.

Вилла в Сен-Тропе.

Вилла в Сен-Тропе.

Расписные плафоны и гордые антаблементы в современных интерьерах иногда вызывают нестерпимое желание на манер Станиславского сказать “не верю”. Но у Гликмана классические детали виртуозно вживаются в роль: если это и театр, то добротный, с традициями и священной пылью кулис. 

Портрет: архитектор Александр Гликман

И, наверно, не случайно у него так часто цитируются флорентийские дворцы, вичентийские виллы, венецианские палаццо и прочие порождения Италии, самой театральной страны на свете.

Старую и непритязательную (хотя и с собственным парком) виллу в Сен-Тропе архитектор преобразил — возник парадный двор, в трансформированном интерьере появился торжественный декор.

Старую и непритязательную (хотя и с собственным парком) виллу в Сен-Тропе архитектор преобразил — возник парадный двор, в трансформированном интерьере появился торжественный декор.

Что совершенно не означает узости кругозора. “Ну как можно не получать удовольствие от общения с египетской, французской, ассирийской, немецкой архитектурой? Если она ювелирная. Замыкаться на чем-то одном – значит обеднять себя. Все равно что в ресторане, когда тебе подают восемь изысканных блюд в сопровождении восьми вин, подчеркивающих их вкус, съесть только одно, а остальные даже не попробовать”.

Портрет: архитектор Александр Гликман

Вилла в Сен-Тропе. На месте вертолетной площадки появились пруд с пагодой на острове и фонтан со скульптурной аллегорией Океана.

Вилла в Сен-Тропе. На месте вертолетной площадки появились пруд с пагодой на острове и фонтан со скульптурной аллегорией Океана.

Квартира в Москве. Сочетание тщательно продуманного вездесущего буазери, резных дверей с хрустальными вставками (также сделанных на заказ), версальского паркета и наборного мраморного пола Гликман считает одной из лучших своих работ по продуманности и законченности. Гостиная, обставленная мебелью Pozzoli.

Квартира в Москве. Сочетание тщательно продуманного вездесущего буазери, резных дверей с хрустальными вставками (также сделанных на заказ), версальского паркета и наборного мраморного пола Гликман считает одной из лучших своих работ по продуманности и законченности. Гостиная, обставленная мебелью Pozzoli.

Квартира в Москве. На кухне мебель, SieMatic Royal.

Квартира в Москве. На кухне мебель, SieMatic Royal.

Квартира в Москве.

Квартира в Москве.

Квартира в Москве.

Квартира в Москве.

Текст: Павел Голяшкин

Фото: дмитрий лившиц
опубликовано в журнале №04 (149) Апрель 2016

Комментарии