Дом в Южной Каролине, 1000 м²

С хозяевами этой виллы на острове Хилтон-Хед дизайнер Александра де Гаридель-Торон работает не в первый раз: она уже оформила для чешского банкира, его жены и четверых малышей дома в Чехии, Швейцарии и Кейптауне. Новому проекту в Южной Каролине, однако, суждено было стать у хозяев самым любимым. “Местность здесь неимоверная – богатейшая флора и фауна”, – говорит дизайнер.

Центральный вход в дом, оформленный дизайнером Александрой де Гаридель-Торон в Южной Каролине для семьи с четырьмя детьми. Скульптура Charcoal Head, Ria Blass.

Центральный вход в дом, оформленный дизайнером Александрой де Гаридель-Торон в Южной Каролине для семьи с четырьмя детьми. Скульптура Charcoal Head, Ria Blass.

Вдобавок к роскошной природе и расположение дома площадью в тысячу метров очень удачное – прямо на берегу океана. Само здание построил местный архитектор Мэтью Тейлор, и предложенная им схема интерьера предполагала использование двух основных материалов: тика и белого кориана.

Вид на дом со стороны бассейна. Уличная мебель, Royal Botania.

Вид на дом со стороны бассейна. Уличная мебель, Royal Botania.

Были и кое-какие странные идеи по декорированию – вроде огромного черного мраморного камина со встроенным телевизором в гостиной. “Клиенты попросили спроектировать им вместо этого “что-то чело­веческое”, и мне пришлось буквально перелопатить всё здание, – рассказывает Александра. – В конце концов, это же приморская дача, тут предполагается бегать босиком и в купальнике”.

Общий вид гостиной. У окна, укрепленного особым образом на случай урагана, — гамак по дизайну Джима Живича.

Общий вид гостиной. У окна, укрепленного особым образом на случай урагана, — гамак по дизайну Джима Живича.

Одной из проблем были физические размеры помещений – одна только спальня занимает сто метров! “Многие предметы мебели пришлось перепропорционировать, чтобы они выглядели уместно”. Так, например, барные стулья по дизайну Роберта Бристоу на кухне в два раза больше фабричной модели – их делали на заказ.

Гостиная. Над камином из черного мрамора — триптих 1000 Platitudes Рафаэля Лозано-Хеммера, 1973. Диван сделан на заказ. ­Журнальный столик по дизайну Пилар Проффит, скамья — работа Роберта Бристоу.

Гостиная. Над камином из черного мрамора — триптих 1000 Platitudes Рафаэля Лозано-Хеммера, 1973. Диван сделан на заказ. ­Журнальный столик по дизайну Пилар Проффит, скамья — работа Роберта Бристоу.

Предметы искусства в интерьере тоже, мягко говоря, масштабные. Например, в гостиной висит триптих 1000 Platitudes Рафаэля Лозано-Хеммера – его длина четыре метра. Еще один заметный арт-объект – скульптура Даниэля Бюрена на лестнице. “Я как только ее увидела, сразу поняла: в этом доме без нее никак”, – вспоминает Александра. Три маски, которые стоят на буфете в столовой, Гаридель-Торон нашла на Французской Ривьере. Их автором оказался уроженец Южной Каролины Роберт Кор­трайт. Оказалось, что он живет тут же, неподалеку, и в конце концов он доставил арт-объекты в дом лично, по-соседски.

Фрагмент террасы. ­Диван, Royal Botania. ­Маски созданы швей­царским художником Александром Жоли.

Фрагмент террасы. ­Диван, Royal Botania. ­Маски созданы швей­царским художником Александром Жоли.

Что же касается мебели, то и тут Александра предпочла работать с американскими дизайнерами. “Интерьеры должны иметь местный колорит, и вещи местных ­производителей – лучший способ добиться этого”, – объясняет она. Так в доме появились светильники Дэвида Уикса, стол и стулья Криса Лереке и даже огромные репродукции комиксов о Бэтмене и Робине (их повесили в спальне хозяйских сыновей).

Столовая зона. На стене картина Apogee, Ширазе Хошьяру, 2010. Круглые маски на сделанном на заказ комоде из кориана и каштана — работы Роберта Кортрайта. Стол и стулья из каштана по дизайну Криса Лереке. Ковер, Tai Ping.

Столовая зона. На стене картина Apogee, Ширазе Хошьяру, 2010. Круглые маски на сделанном на заказ комоде из кориана и каштана — работы Роберта Кортрайта. Стол и стулья из каштана по дизайну Криса Лереке. Ковер, Tai Ping.

Всем помещениям Александ­ра старалась добавить цветовых акцентов – “чтоб в доме было не скучно”. Дабы отразить близость дома к морю, палитру составили из разных оттенков синего. Визуальные развлечения цветом не ограничились: в ванных появились жизнерадостные мозаики, а на террасе – три ухмыляющиеся маски, сделанные из керамики и... лошадиных зубов. В саду же Александра распланировала выложенные деревом дорожки такой ширины, чтобы детские электромашинки легко ­разъезжались.

Спальня мальчиков. Постеры из комиксов компании DC о Бэтмене и Робине, Warner Bros. Pictures. Прикроватный столик из кориана. На нем лампа по дизайну Арне Якобсена. Белье, Mirabel Slabbinck.

Спальня мальчиков. Постеры из комиксов компании DC о Бэтмене и Робине, Warner Bros. Pictures. Прикроватный столик из кориана. На нем лампа по дизайну Арне Якобсена. Белье, Mirabel Slabbinck.

Однако работа над домом не была сплошным весельем – было немало проблем, связанных с прибрежным расположением постройки. Все панорамные окна, к примеру, укреплены так, что могут выдержать ураган. “Это самая технологичная и самая дорогая вещь в доме, – говорит Александра. – Они стоят как чугунный мост!”

Кухня. Кухонная мебель, Valcucine. Барные стулья по дизайну Роберта Бристоу. Светильники работы Дэвида Уикса. Смеситель, Dornbracht.

Кухня. Кухонная мебель, Valcucine. Барные стулья по дизайну Роберта Бристоу. Светильники работы Дэвида Уикса. Смеситель, Dornbracht.

Были и неожиданные сложности. Например, жалюзи и шторы нельзя было делать... слишком белыми. “Солнце, отражаясь от ярких белых поверхностей, может ослепить местных черепах, а они охраняемые животные”, – поясняет дизайнер. Воистину, нет предела странностям, с которыми приходится иметь дело профессионалу.

Фрагмент спальни хозяев. Диван и оттоманка Quadra, Poltrona Frau. На стене картина All Souls (Kakopetria), Джейн Хаммонд, 2010. Табуреты, Christian Liaigre. Шторы из ткани, C&C Milano.

Фрагмент спальни хозяев. Диван и оттоманка Quadra, Poltrona Frau. На стене картина All Souls (Kakopetria), Джейн Хаммонд, 2010. Табуреты, Christian Liaigre. Шторы из ткани, C&C Milano.

Игровая. Диван, Roche Bobois, обтянут тканью, Missoni Home. Шторы из ткани, Lelièvre. На стене картина What is Seen is Described, What is Described is Seen, Version XII Джонатана Монка, 2011.

Игровая. Диван, Roche Bobois, обтянут тканью, Missoni Home. Шторы из ткани, Lelièvre. На стене картина What is Seen is Described, What is Described is Seen, Version XII Джонатана Монка, 2011.

Гостевая спальня. Картина The Best Way Out Is Through (No. 79) Майкла Фелана, 2012. Покрывало из ткани, Osborne & Little.

Гостевая спальня. Картина The Best Way Out Is Through (No. 79) Майкла Фелана, 2012. Покрывало из ткани, Osborne & Little.

Ванная комната при спальне хозяев распола­гается в угловом помещении и ­смотрит на океан.

Ванная комната при спальне хозяев распола­гается в угловом помещении и ­смотрит на океан.

Лестница ведет на верхние этажи, где расположены спальня хозяев, гостевые и игровая детей. Ступени сделаны из полимерной смолы. Скульптура на стене — Facture no. 1010/009, Даниэль Бюрен, 2010.

Лестница ведет на верхние этажи, где расположены спальня хозяев, гостевые и игровая детей. Ступени сделаны из полимерной смолы. Скульптура на стене — Facture no. 1010/009, Даниэль Бюрен, 2010.

Вид из дома на бассейн и находящийся в шаговой доступности Атлантический океан.

Вид из дома на бассейн и находящийся в шаговой доступности Атлантический океан.

Текст: Иэн Филлипс

Фото: Стефан Жульяр
опубликовано в журнале №10 (155) Октябрь 2016

Комментарии