Квартира в Москве, 220 м²

Эта история не про мебель, несмотря на то что в интерьере стоят сплошь иконы дизайна XX века, а про пространство и ощущение воздуха и простора в нем. Но чтобы их создать, архитектору пришлось сначала расчистить себе поле для маневров. В квартире уже была планировка и даже какая-то мебель, но он избавился и от того, и от другого (от предыдущей обстановки осталась только кухня bulthaup).

Общая зона. Торшер Arco, Flos; кресло Feltri, Cassina; письменный стол, Poltrona Frau; стеллаж, Rimadesio; на переднем плане кресла Barcelona, Knoll.

Спроектированный Михаилом новый интерьер выдержан в минималистичном стиле, в нем нет неважных деталей. Предметов так мало, что глаз будет цепляться за любой изъян. Но можно с уверенностью сказать, что их тут нет. Межкомнатная дверь установлена заподлицо со стеной и отличается от нее только фактурой. Входная же – отдела­на, как и стена, зеркалом, поэтому незаметна ни она сама, ни даже ручка на ней. Зеркальные панели в прихожей визуально увеличивают помещение, а также отражают естественный свет, поэтому в глубине квартиры днем очень светло. “Я не делаю акцент на дверях, чтобы они не нарушали общую минималистичную концепцию”, – объясняет архитектор.

Вид из прихожей на общую зону. Диван, Minotti. Слева кухня, bulthaup. Барные стулья, Poltrona Frau. Картина Александра Тышлера. На полу персидский ковер.

Кстати, про свет. Во всей квартире он встроенный, причем не только в потолок, но и в специально сконструированные консоли и ниши, которые можно увидеть в общей зоне и в спальне. Люстра только одна – антикварная над обеденным столом. На потолок здесь вообще возложена большая ответственность: за ним спрятаны инженерные системы и кондиционеры. От последних на виду остались только длинные, узкие, почти незаметные щели. “В этом интерьере потолок не декоративный, а практичный, – говорит Михаил. – Перепад высот позволяет визуально зонировать большое пространство”.

Фрагмент общей зоны. Диван, Minotti; кресла Barcelona, Knoll. За конструктивной колонной скрывается зона столовой. На колонне — работа Александра Тышлера. На других стенах — графика ­Егидиюса ­Рудинскаса.

В двухсотдвадцатиметровой квартире лишь одна изолированная комната – кабинет, который также может использоваться как гостевая комната, потому что к нему прилагаются гардеробная и санузел. Все остальное пространство общее. Архитектор считает зону гостиной и столовой самым важным местом в квартире. Здесь хозяева проводят больше всего времени, встречаясь после долгого ­рабочего дня или принимая гостей, поэтому ей отдана большая часть квартиры.

Зона столовой. Обеденный стол и стулья по дизайну Чарлза Макинтоша. Люстра антикварная. В нишу в потолке встроена подсветка.

Несмотря на то что в главную спальню ве­дет дверь, она отделена от гостиной не стеной, а стеллажом: со стороны общей зоны это полки, а со стороны спальни – панель из матового стекла. Именно поэтому архитектор подчеркнул, что изолированная комната лишь одна. “Квартира задумывалась для жизни двоих взрослых людей. Я установил стеллаж вместо стены на свой страх и риск, но оказалось, что ячеистая структура хорошо гасит звук”, – отмечает Михаил.

Хозяйская спальня. В карниз над кроватью встроен кондиционер.

Доволен он и оформлением хозяйской ванной комнаты. Ее дизайн задал каменный слэб с природным “космическим” рисунком (светлые прожилки на темном фоне напоминают кометы или падающие звезды). Панно – центр притяжения остальных элементов: ванной, которая находится в центре, а также душа и туалета, которые размещены на заднем фоне по бокам от нее.

Фрагмент спальни. Она отделена от гостиной не стеной, а стеллажом Rimadesio. Шезлонг по дизайну Ле Корбюзье, Cassina.

Декоративных деталей в этой квартире нет вообще. Их роль выполняют конструктивные элементы. Михаил оставил все колонны и балки на виду и использовал их в своих целях. Например, в гостиной они будто образовали большую рамку, в которой находится рабочая зона с письменным столом и стеллажами. Сам архитектор называет эту часть “экранной зоной”. Еще одна конструктивная колонна используется как ширма, скрывая и отделяя столовую группу от гостиной. Архитектор заставил работать на себя все архитектурные особенности помещения, превратив их одновременно в эстетичные и практичные элементы. “Для меня очень важно было вписаться в предложенные пространством рамки”, – подтверждает он.

Кухня bulthaup осталась от предыдущего интерьера.

В целом обстановка совершенно не перегруженная, как и положено по законам жанра. В квартире стоят известные и узнаваемые кресла Knoll и Poltrona Frau, диван Minotti, шезлонг Cassina. “У меня не было задачи собрать культовые предметы в одном месте, – говорит архитектор. – Для меня важнее их удобство”. Помимо комфортной мебели здесь есть и предметы интерьера для души. Например, антикварные люстра и сервировочный столик, купленный вместе с работой Александра Тышлера. Они, кстати, так и расположились парочкой: столик стоит у колонны, на которой висит картина.

Рабочая зона. Стеллажи, Rimadesio. Письменный стол, Poltrona Frau. Слева за стеллажами находится спальня.

Михаил Сельцер считает, что каждый интерьер живет своей жизнью: он может либо развиваться, либо деградировать. Но есть еще третья категория, к которой стоит отнести это жилье, – универсальная и вневременная. Дизайн квартиры сейчас актуален так же, как и девять лет назад, когда был сдан этот проект.

Хозяйская ванная комната. Панно из слэба натурального камня. Вся сантехника, Boffi.

Ванная комната. Облицовка стен и пола — особо тонкие панели из каррарского мрамора. Декоративное панно — Black Fossil. Сантехника Boffi. 

Ванная при гостевой комнате. Облицовка стен и пола — особо тонкие панели из керамогранита Cotto d'Este. Сантехника Boffi.

Вход в спальню. Внутренние двери от итальянского производителя Lualdi Porte высотой от пола до потолка.

Вид со стороны кухни на библиотеку, гостиную и холл. Входная дверь от итальянской фирмы Oikos полностью интегрирована в облицованную зеркальными панелями стену.

Текст: Ольга Сорокина

Фото: Михаил Степанов
опубликовано в журнале №11 (167) Ноябрь 2017

читайте также

Комментарии