Замок Карлтон‑Тауэрс в Англии

Леди Джералд Фицалан Говард пришла в восторг от свадебного торжества в фамильном замке мужа. Что не помешало ей сразу после переезда затеять в доме ремонт.

В первый раз Эмма, новоявленная леди Джералд Фицалан Говард, увидела замок Карлтон‑Тауэрс на своей свадьбе. Это было в декабре 1990 года. Зубчатые башни, драматично выделяющиеся на фоне бледного зимнего неба, парадные залы, чье убранство не менялось со времен королевы Виктории, огромный парк с вековыми деревьями – всё это выглядело невероятно сказочно. Поместье в тысячу двести гектаров принадлежало семье мужа, второму по знатности после королевской семьи английскому роду (брат лорда Джералда, Эдвард, носит титул герцога Норфолка).

Но то, что эффектно смотрится на свадебных фотографиях, не обязательно удобно для жизни. Когда через некоторое время молодая семья переехала в Карлтон‑Тауэрс жить, их первенцу Артуру был всего месяц.  “Отапливался замок по старинке, то есть плохо, – вспоминает Эмма. – Кухня находилась примерно в полумиле от нашей спальни. Я была вынуждена по сто раз в день бегать между ними с малышом на руках. Хоть это меня согревало!” 

Леди и лорд Джералд  Фицалан Говард с дочерьми Грейс и Флосси в самой новой части замка,  построенной в XIX веке Эдвардом Пьюджином

Кроме объективных недостатков были и субъективные. Так как ремонт в замке не делался с XIX века, устарели не только трубы и отопление, но и стиль. Эмма ничего не имела против классики, но растить детей в темном, мрачном доме ей не хотелось. Поэтому муж очень быстро узнал, что их ждет глобальный ремонт.

Вопреки опасениям, лорд Джералд воспринял посягательства на родовое гнездо позитивно. Оказалось, это их семейная традиция. Каждый новый хозяин замка что-нибудь в нем переделывал. Первое здание, носящее сейчас название “Южное крыло”, было построено предками Говарда в 1614 году. В XVIII веке Томас Степлтон пристроил восточное крыло с часовней и конюшнями для скаковых лошадей, которых он разводил. Его наследник, лорд Бомон VIII, видоизменил фасад и трансформировал часовню в зал приемов. 

Но самая заметная переделка случилась во второй половине XIX века при лорде Бомоне IX. Он пригласил архитектора Эдварда Пьюджина, сына автора Вестминстерского дворца, и тот обильно украсил здание башенками, гербами и горгульями. Так классический якобитский особняк окончательно превратился в неоготический замок, сменив имя с Карлтон-Хаус на Карлтон‑Тауэрс.

По сравнению с предками лорда Джералда Эмма была сама деликатность. Ее план реконструкции совершенно не касался архитектуры (впрочем, вмешательства никто бы и не позволил – с 1966 года замок включен в список объектов национального наследия). Главное, чего она хотела, – это модернизировать техническое наполнение и немножко освежить стиль. “Мы потратили целое состояние на обои, – говорит Эмма. – Старые были такими мрачными! Но я не хотела нарушать гармонию, поэтому искала похожие, просто более ярких и свежих цветов”.

Кроме того, немного изменилась планировка. Рядом с жилой зоной она обустроила новую кухню, которая заняла помещение бывшего кабинета, и теперь никому больше не приходится наматывать километры по коридорам. 

В восточном крыле появилось несколько дополнительных гостевых спален. 

Чета Говард решила, что честь честью, а доход от замка тоже не помешает, и сдает Карлтон-Тауэрс под мероприятия. Так что восхищенные невесты тут не переводятся.

Текст: Аманда Харлинг

Фото: Андреас Фон Айнзидель
опубликовано в журнале №7 (108) июль 2012

читайте также

Комментарии