Вилла в Марракеше

На родине Жан-Франсуа Зевако называли “наш Нимейер” – за умение сочетать модернизм с местными традициями. Во Франции его считали своим архитектором – Зевако родился за сорок лет до получения его страной независимости и учился в парижской Школе изящных искусств – и продолжателем Ле Корбюзье. Во второй половине ХХ века Жан-Франсуа Зевако построил в Марокко множество жилых и общественных зданий.

Вилла в Марракеше

Самым значимым его проектом стало восстановление Агадира после землетрясения 1960 года: возведенный заново город принес ему премию Ага-хана в области архитектуры. Не отказывался Зевако и от частных заказов. Самыми главными его клиентами была чета Знибер. Он построил для них три виллы: в Рабате (1970), Касабланке (1988) и под Марракешем. Строительство последней началось в 1998 году и закончилось незадолго до смерти архитектора в 2003-м.

Хозяйка дома Юте Знибер во внутреннем дворе. Рисунок на стене повторяет орнамент традиционного подноса для чая.

Хозяйка дома Юте Знибер во внутреннем дворе. Рисунок на стене повторяет орнамент традиционного подноса для чая.

Процесс затянулся, потому что, хотя Зниберы и Зевако хорошо знали друг друга, оказалось, что со временем их взгляды на архитектуру начали разниться. Заказчикам хотелось получить что-то приближенное к классическому рияду – с патио, огромным залом для семейных праздников и богатым декором. Зевако же к тому времени довольно далеко ушел от национальной традиции.

Вилла в Марракеше

 Впрочем, это не стало поводом для конфликта. Зниберы ценили стиль своего постоянного архитектора и не собирались мешать его самовыражению, Зевако признавал, что выработанные тысячелетиями планировка, техники и материалы оптимально подходят для местного климата, мягкого большую часть года и чудовищно жаркого летом. 

Вилла в Марракеше

Работа шла медленно, но каждый раз сторонам удавалось прийти к компромиссу. Для почти 90-летнего архитектора это стало профессиональным вызовом – сохранить все особенности марокканского дома, преподнеся их так, чтобы ни у кого не возникло ассоциации с риядом.

В нишах “марокканского зала” выставлена старинная керамика. На то, чтобы вырезать на стенах цветочный орнамент, ушло больше года.

В нишах “марокканского зала” выставлена старинная керамика. На то, чтобы вырезать на стенах цветочный орнамент, ушло больше года.

Концепция дома традиционна: глухие наружные стены, разворот во внутренний двор. Однако в отличие от рияда здание представляет собой не четырехугольник, а сочетание нескольких объемов разного размера и высоты с необычным входом-туннелем. Расположение и пропорции помещений напоминают европейский дом. 

Вилла в Марракеше

Тут есть нетипичные для Марокко “зимняя гостиная” с паркетным полом и камином, музыкальная комната, кабинет, большая столовая. Зевако использовал традиционные материалы – бетон, штукатурку таделакт, плитку зелидж, тую, – но не совсем так, как это делается в традиционной архитектуре. Например, дерево пошло на колонны, а не на мебель, плитка выбрана однотонная и положена в том числе в необычных местах вроде лестничных перил.

Вилла в Марракеше

Формы традиционных элементов дома – арок, колонн, ниш – в интерпретации Зевако стали проще и современнее. То же самое и с декором: сложные арабские узоры трансформировались в ромбы и прочие чистые геометрические фигуры. Изломанная лестница в холле и деревянные скульптуры работы француза Оливье Сегена, частого партнера Зевако, вообще не имеют ничего общего с Марокко. 

Вилла в Марракеше

А вот с “марокканским залом” архитектору не удалось совладать: его заказчики хотели видеть совершенно традиционным, от резного потолка до бархатных диванов. “Может быть, он не такой оригинальный, как остальной дом, – говорит Юте Знибер. – Зато это абсолютно то, что нам нужно. Мы уже праздновали тут свадьбу одной из дочерей с шестью сотнями гостей, и это было совершенно волшебно”. 

Вилла в Марракеше

Текст: Джоанна Торникрофт

Комментарии