Дом в Лондоне

Вообще говоря, слово Bower, которое и в самом деле обозначает птичку-шалашника, было связано с этим домом в лондонском районе Айлингтон изначально. Только оно не имело никакого отношения к пернатым. Просто когда-то, на рубеже XVIII–XIX веков, некто Томас Боуэр жил в этом доме и держал здесь лавку, и имя его было написано на фасаде. 

Дом в Лондоне
Нынешнему хозяину, амбициозному архитектору Доминику Макензи, понравилась многозначность фамилии коммерсанта. Bower – не только шалашник, но и особый тип садового павильона-трельяжа. “Беседка, сад – это было кстати: садик у заднего фасада дома просто чудесный. Плюс шалашники – главные архитекторы птичьего мира: чтобы привлечь внимание “девушек”, они строят причудливые гнезда.
Дом в Лондоне
Собственно, от их гнезд и название садовых павильонов появилось. Из-за птичек и беседок у меня мотивы сада и шалаша повторяются по всему дому”, – рассказывает Доминик.
Дом в Лондоне

Доминику, в отличие от среднестатистического шалашника, дом был нужен не для привлечения будущей невесты, а для размещения уже имеющейся: жилье он подыскивал вместе с женой Саскией Грин (она работает в рекламе). Найденный вариант был идеален: “тихая улочка и прекрасный потенциал для перестройки”. Реконструкцией и дизайном интерьера Доминик, естественно, занялся сам.

Дом в Лондоне

Вместо того чтобы создать в задней части дома две небольшие комнаты, он совместил столовую и гостиную в одном грандиозном двусветном пространстве с зеркальным потолком. Помещение раскрывается в сад, куда ведут пятиметровой высоты витражные двери. 

Дом в Лондоне

“Как же меня проклинали строители во время их монтажа!” – смеется Доминик. Поскольку помимо архитектуры он занимается еще и живописью, то решил развить “садовую” тему в картинах, которыми полон интерьер. На стенах гостиной изображен абстрактный коричнево-зеленый лес. Но самое главное – триптих, который Доминик написал для столовой, чтобы занять огромную стену. 

Дом в Лондоне

Размер полотна – под стену, членения триптиха соответствуют переплетам витража рядом. Сюжет – декоративное продолжение ветвей плетистых растений, украшающих фасад дома, причем всё это богатство еще и в зеркальном потолке отражается. “Меня увлекли сказочные ассоциации – ну, знаете, с зарослями, окружившими замок Спящей красавицы”, – комментирует автор.

Дом в Лондоне

Доминик считает, что живописец и архитектор в нем отлично дополняют друг друга. В отличие от модернистов начала XX века, он не враг декоративности, просто предпочитает вносить ее в интерьер не за счет орнаментов, а путем элегантного подбора материалов. 

Дом в Лондоне

Отличный пример – кухня: вдохновленный столешницами в парижских бистро, Макензи сделал кухню в виде медного “острова”. Массивный куб кажется золотым и наполняет полуподвальное помещение теплыми рефлексами.

Дом в Лондоне

Доминик слегка надстроил дом – добавил к нему мансарду. Снаружи она выглядит стандартно. “Внутри же я ставил эксперимент: как придать традиционному пространству современность минимумом средств”, – говорит архитектор. Так, окон тут вдвое больше – те, что в стенах, и еще люки в потолке. Стены и потолок обиты досками вертикально – прием, подсмотренный в мастерской художника Фрэнсиса Бэкона. 

Дом в Лондоне

“Выровнять эту обшивку по сторонам окон – еще одна задача, которая сводила моих строителей с ума”, – ухмыляется хозяин. Он вообще человек с юмором и мыслит парадоксами: не испугался открыть свое бюро в самый разгар кризиса. “Ну кризис, ну рецессия. Но как раз в самые мрачные времена возникали самые интересные процессы в искусстве. В том числе и потому, что у художников было время на эксперименты. В текучке ничего интересного не сделаешь – не успеваешь думать”. Свой дом Доминик делал, явно хорошо поразмыслив.

Дом в Лондоне

Текст: Уильям Прайс

Фото: Уильям Прайс
опубликовано в журнале №8 (98) август 2011

Комментарии