Квартира декоратора Хьюберта Зандберга в Лондоне

Страсть к собирательству обнаружилась у Зандберга еще в детстве, которое он провел в Южной Африке. Его отец был садовником и часто ездил по окрестным фермам, консультируя заказчиков. Он брал сына с собой, и специфическая колониальная эстетика (абсолютно “английские” дома, стоящие на фоне африканских пейзажей), произвела на Хьюберта неизгладимое впечатление, наградила стремлением сочетать несочетаемое и натренировала глаз подмечать и ценить яркие детали – отсюда и возникла его страсть к собирательству необычных предметов.

Декоратор Хьюберт Зандберг в гостиной своей квартиры в Ноттинг-Хиле, в кресле собственного дизайна.

Декоратор Хьюберт Зандберг в гостиной своей квартиры в Ноттинг-Хиле, в кресле собственного дизайна.

Сначала мальчик коллекционировал открытки, бутылки и ластики (всё это сотнями). Сейчас в его холостяцкой квартире в районе Ноттинг-Хилл имеются ритуальные предметы с Мали, викторианские стеклянные глаза, шкуры, ракушки, рога и чучела, винтажные ткани... “Я практически живу на блошиных рынках, – говорит Хьюберт. – Везде на них хожу: в Нью-Йорке, Париже, Лондоне. Покупаю всё, что мне нравится, и почти себя не ограничиваю. Мне повезло с профессией: декоратор интерьера может использовать в своей работе любую диковину”.

Гостиная. На полу — коврики из рафии, купленные в Замбези. На переднем плане — стол 1930-х годов, его столешницу переделывали по дизайну хозяина. Шторы на окнах сшиты из армейских покрывал. Большая часть мебели куплена на блошиных рынках (за исключением плетеных кресел и консоли — они сделаны по дизайну Зандберга). Голова тигра на стене — Викторианской эпохи.

Гостиная. На полу — коврики из рафии, купленные в Замбези. На переднем плане — стол 1930-х годов, его столешницу переделывали по дизайну хозяина. Шторы на окнах сшиты из армейских покрывал. Большая часть мебели куплена на блошиных рынках (за исключением плетеных кресел и консоли — они сделаны по дизайну Зандберга). Голова тигра на стене — Викторианской эпохи.

О везении говорить не приходится – Зандберг построил свою карьеру сознательно, приехав в Лондон юнцом и устроившись работать ассистентом известного декоратора Дэвида Кэмпиона (позже они стали бизнес-партнерами). В 2002 году Зандберг открыл собственное бюро. Он создает интерьеры, во многом похожие на его квартиру, дизайном ­которой он занимается с конца 1990-х. “Я ничего не планирую, мой дом развивается по мере накопления странных вещичек”, – говорит он.

Спальня. Кровать по дизайну хозяина квартиры. На стене над ней в рамке висит коллекция африканских золотых грузил. Голова бульдога куплена в одном из лондонских антикварных магазинов.

Спальня. Кровать по дизайну хозяина квартиры. На стене над ней в рамке висит коллекция африканских золотых грузил. Голова бульдога куплена в одном из лондонских антикварных магазинов.

Пространство невелико – в квартире всего одна спальня, – но, как можно ожидать, весьма насыщено предметами. Зандберг гордится тем, как естественно и непринужденно в его интерьере сочетается всякая всячина. Например, на кухне на ценном винтажном столе по дизайну Жана Пруве у него “сидит” чучело попугая, а на стене закреплены игрушечные машинки. Есть, само собой, и африканские мотивы – звериные головы на стенах, шкура зебры в спальне, коврики из рафии.

Кухня. Сосновые шкафы покрашены черной краской. Стены украшают коллекции туристических флажков и детских машинок. Желтый кухонный стол — винтажный, по дизайну Жана Пруве.

Кухня. Сосновые шкафы покрашены черной краской. Стены украшают коллекции туристических флажков и детских машинок. Желтый кухонный стол — винтажный, по дизайну Жана Пруве.

Хотя многие предметы в коллекции Зандберга представляют очень высокую ценность, он не цепляется за них. Ну, не слишком маниакально: “С возрастом я научился расставаться с вещами – я их продаю, обмениваю, использую во “внешних” проектах. В глубине души я до сих пор остался мальчишкой, и меня окружают мои игрушки.

Прихожая квартиры дизайнера Хьюберта Зандберга. Анатомическая модель из Германии. Большая красная шляпа на стене — из Камеруна, остальные зулусские. Винтажный столик 1960-х годов куплен на блошином рынке, лакированный стул — китайский.

Прихожая квартиры дизайнера Хьюберта Зандберга. Анатомическая модель из Германии. Большая красная шляпа на стене — из Камеруна, остальные зулусские. Винтажный столик 1960-х годов куплен на блошином рынке, лакированный стул — китайский.

Иногда я смотрю на свою квартиру словно бы со стороны и думаю: “Господи, ЧТО было у меня в голове, когда я покупал вот это или вон то?” Но вообще-то какой смысл стесняться своих причуд? Куда лучше ими хвастаться – не теряя чувство юмора, конечно. Интерьер должен отражать личность хозяина, но в театральном, преувеличенном ключе. Моя собственная квартира – как раз такой случай”.

Ванная. Ширма, скрывающая унитаз, сделана по дизайну Хьюберта Зандберга. Шкафчики на кафельных стенах винтажные.

Ванная. Ширма, скрывающая унитаз, сделана по дизайну Хьюберта Зандберга. Шкафчики на кафельных стенах винтажные.

Фрагмент спальни. В стеклянных контейнерах — коллекция американских бильярдных шаров и (ниже) викторианских глазных протезов.

Фрагмент спальни. В стеклянных контейнерах — коллекция американских бильярдных шаров и (ниже) викторианских глазных протезов.

Фрагмент гостиной. На столе 1930-х годов лежат черепаховые панцири, рострум рыбы-меч и головной убор из Мали — всё из разных хозяйских коллекций.

Фрагмент гостиной. На столе 1930-х годов лежат черепаховые панцири, рострум рыбы-меч и головной убор из Мали — всё из разных хозяйских коллекций.

Фрагмент спальни. На ­консоли по дизайну хозяина — чучело фламинго и винтажные металлические коробки для семян. <br />
На стене — фоторабота Жоржа Дюро (он был учителем Роберта Мапплторпа).

Фрагмент спальни. На ­консоли по дизайну хозяина — чучело фламинго и винтажные металлические коробки для семян.
На стене — фоторабота Жоржа Дюро (он был учителем Роберта Мапплторпа).

Текст: Мартина Ханглингер

Фото: марк ласкомб-уайт
опубликовано в журнале №7 (119) ИЮЛЬ 2013

Комментарии