В гостях у музыканта Адама Ливайна

Каждый человек, хотя бы изредка смотрящий канал MTV, знает: “холостяцкие гнездышки” лос-анджелесских рокеров делятся на две категории. В одних царят пошловатые сибаритские роскошества в стиле отелей Лас-Вегаса. Вторые представляют собой вылизанные хайтековские “машины для жилья”, напичканные новейшими мачистскими игрушками.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Однако дом Адама Ливайна, парня, которого сегодня можно (пусть и с оговорками) назвать самым популярным рокером планеты, опровергает стереотипы. Он живет в тщательно отреставрированном особняке 1940-х годов, расположенном на вершине одного из Голливудских холмов, высоко над городом. 

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Интерьер его обставлен тем, что называется “классикой дизайна ХХ века”: мебелью Жана Пруве, Людвига Мис ван дер Роэ, Арне Якобсена и им подобных. Атмосфера – тихая, достойная, благородная. Сразу создающая ощущение: вот дом человека, у которого есть собственный вкус, и он в нем абсолютно уверен. Да и чего бы сомневаться, вкус-то отменный.

 

В гостях у музыканта Адама Ливайна

 

У Адама Ливайна есть основания для уверенности в себе. Серия запоминающихся, чтобы не сказать прилипчивых, хитов – таких как She Will Be Loved, Makes Me Wonder и Moves Like Jagger – принесла его группе Maroon 5 три премии “Грэмми”, продалась тиражом более пятнадцати миллионов экземпляров и дала солисту шанс стать еще и телезвездой: он ведет популярное шоу The Voice на канале NBC. 

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Звездная харизма у Ливайна тоже в наличии – в комплекте и татуировки, и броская внешность. Есть ощущение, что карьера и дом Адама стоят друг друга. “Создание интерьера ничем не отличается от процесса создания музыки, – подтверждает он. – Нужно удостовериться, что все детали учтены и каждая мелочь – твоя, и только твоя”.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

На сцене Ливайн ведет себя вызывающе, но при личной встрече оказывается очень вежливым и скромным малым. Буквально после обмена первыми фразами становится ясно: он не солдат музыкальной удачи, прибывший в город с записью домашнего джем-сейшена и молитвой о внезапном успехе на устах. Нет, Адам рос в Лос-Анджелесе, шел к своему успеху медленно и использовал время на то, чтобы отточить мастерство. Всё началось пятнадцать лет назад. Одноклассники Ливайна по школе Брентвуд поступали в престижные колледжи, а он с тремя приятелями пошел другим путем. Сначала была неудачная рок-группа, потом появился пятый участник и более проникновенное звучание в духе r’n’b. “Мы жили скромно, жилье снимали в складчину, я за свою комнату платил восемьсот баксов в месяц. Когда отправился в турне, от комнаты пришлось отказаться”, – вспоминает Ливайн ранние годы Maroon 5. В течение двух лет группа ездила с гастролями, а тем временем их дебютный альбом Songs About Jane (Ливайн изливал там тоску по бывшей подружке) набирал популярность. Когда длинный гастрольный тур закончился и Ливайн вернулся в Лос-Анджелес, он обнаружил, что стал звездой. “Карьера у меня наладилась. Но жить было негде!” – смеется Адам.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Поиски жилья привели его к скромному дому с четырьмя спальнями на краю каньона Бронсона. “Мне очень понравилось место и еще то, что район оказался тихий и без претензий. Дом находился в Голливуде, но был совершенно не голливудским”, – объясняет Ливайн.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Чтобы навести в доме истинную красоту, Адам обратился к своему другу Марку Хаддави, коллекционеру дизайна середины ХХ века и совладельцу бутиков винтажной одежды Resurrection. По его совету музыкант снес несколько внутренних стен, сведя количество спален к одной. Полы сделали бетонными, по всему интерьеру появились панели из розового дерева, а в ванной – каррарский мрамор. “Марк привнес в дом цвет и душу”, – говорит Ливайн. “Секрет успеха – в умении смешивать самые разные вещи: и материалы, и предметы искусства”, – высказывается Хаддави. Коллекция, которую Ливайн начал собирать по его наущению, включает работы Жан-Мишеля Баския, Марка Зелигера, Энди Уорхола.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

“Марк маниакально относится к отбору вещей для интерьера, и я от него этим заразился”, – смеется Адам. Хаддави был особенно строг с покупкой ковра для гостиной, где больше всего дизайнерских вещей 1950-х. Ковров примерили штук тридцать, подошел один – персидский красавец 1920-х годов. Марк рассказывает об этой процедуре самым рутинным образом, как будто тратить столько времени и сил на ковер – дело само собой разумеющееся. Другой пример – настольная лампа с основанием в виде автомата, сделанная Филиппом Старком для Flos. Эта вещь появилась в интерьере уже по инициативе Ливайна. “Во всем Ленни Кравиц виноват, – говорит Адам. – Я увидел ее у него в парижской квартире, когда был во Франции на гастролях, и понял – хочу такую же. Несколько месяцев выяснял, что за вещь и откуда”.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Как и положено заядлому холостяку, постоянно Ливайн проживает в доме только с одним живым существом – золотистым ретривером Фрэнки. След передней лапы этого пса впечатан в бетон на террасе, а также вытатуирован на спине хозяина. Среди важных для Ливайна татуировок имеется еще изречение на санскрите, размещенное у него на груди. Это дань увлечению рокера йогой, которой он регулярно занимается дома. Йога эффективна в заботе не только о душе, но и о теле Адама – достаточно посмотреть на его великолепную фигуру в клипе Moves Like Jagger. Или на съемку, появившуюся в ноябре 2011 года на обложке русского Vogue, – Ливайн там голый, стратегически важные места прикрыты только нежными ручками Анны Вялицыной.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Ну да, у воспитанного, трудолюбивого парня из Лос-Анджелеса имеется склонность к театральным эффектам. И некоторому чувственному сибаритству тоже. Это заметно и по интерьеру его дома. Чего стоят только толстые бархатные шторы цвета бургундского – благодаря им даже в самый солнечный день спальня Адама погружена в полумрак, как лаундж-зона ночного клуба. У Ливайна, правда, есть вполне пристойное объяснение: “Я по долгу службы работаю допоздна. Благодаря этим занавескам хотя бы днем высыпаюсь”. Ладно, ладно... Речь о человеке, написавшем хит Never Gonna Leave This Bed. И то сказать – в такой кровати любой захотел бы оставаться как можно дольше.

В гостях у музыканта Адама Ливайна

Текст: Финн-Олаф Джонс

Комментарии