7 лучших итальянских режиссеров

Великие итальянские режиссеры ХХ века изменили привычный способ восприятия действительности – в объективах их кинокамер реальность преображалась. И с тех пор мы смотрим на мир так же, как они.

1. Микеланджело Антониони

Все свои фильмы этот мизантроп посвятил одной теме – отчужденности людей, их неспособности понять друг друга. Кадры у Антониони всегда композиционно совершенны и неимоверно холодны. Сюжеты фильмов запутанны и смутны, и мало кто помнит, из-за чего страдали герои, кто с кем кому изменил и почему все расстались. Но жженые краски индустриальной Равенны в “Красной пустыне”, карнавальная графичность интерьеров в “Ночи” или пыльное солнце римских квартир в “Затмении” – незабываемы.

“Красная пустыня”, 1964

“Красная пустыня”, 1964

2. Федерико Феллини

Феллини был по сути сюрреалистом – прозревал и показывал нечто за гранью реальности. Всегда гротескно, с помощью преувеличений. Его “Дорога” – абсурдистский, сам себя отрицающий неореализм. “Казанова” художественными средствами превращает биографию бонвивана в историю автомата. А в “И корабль плывет...” он под хор кочегаров утопил европейскую цивилизацию, изображенную в виде картонного “Титаника”.

“И корабль плывет...”, 1983. Фильм содержит типичный для Феллини прием — замкнутое место действия (огромный корабль) становится метафорой мироздания

“И корабль плывет...”, 1983. Фильм содержит типичный для Феллини прием — замкнутое место действия (огромный корабль) становится метафорой мироздания

3. Пьер Паоло Пазолини

Если сопоставлять великих итальянских живописцев и режиссеров, то “парой” Пазолини, безусловно, будет Караваджо. Одинаково бурные биографии. Одинаково буйный нрав. Одинаковая беспощадность в показе самых яростных сторон жизни и превращение этой беспощадности в новое понимание красоты. Лучший пример – “Медея” с Марией Каллас. Пазолини взял великую диву, которая не могла больше петь, снимал ее увядшее лицо крупным планом, обнажил трагедию – и сделал Медею, облаченную в варварские одежды и бредущую по камням в турецком Гёреме, символом эстетизированного страдания.

“Медея”, 1969

“Медея”, 1969

4. Франко Дзеффирелли

Принципиальный консерватор, он чувствует себя легко только в костюмном жанре. И в нем не знает равных. История в фильмах Дзеффирелли живая: точнейшие костюмы и декорации вместо ощущения пыли и скуки создают эффект присутствия. Какую бы эпоху он ни взял – Флоренцию 1930-х, условный мир “венецианского мавра” или Париж 1850-х, – кажется, что снимал “на натуре”. Дзеффирелли объясняет успех тем, что все детали воссоздает по великой живописи.

“Брат Солнце и сестра Луна”, 1972, — история жизни святого Франциска Ассизского

“Брат Солнце и сестра Луна”, 1972, — история жизни святого Франциска Ассизского

5. Витторио де Сика

Большинство зрителей считает де Сику обычным неореалистом, но ничего обычного в нем, конечно, не было. Он и правда делал реалисти­ческие по картинке филь­мы, но выдавал себя сценариями. “Затвор­ники Альтоны” сняты по Сартру, “Брак по-итальянски” – по Эдуардо де Филиппо. Экзистенциалист и абсурдист – те еще авторы для неореализма. Де Сика шел по стопам раннего Феллини с его “Дорогой”: показывал черно-белой свето­тенью скрытую реальность. В его случае – безумноватую.

“Брак по-итальянски”, 1964

“Брак по-итальянски”, 1964

6. Бернардо Бертолуччи

Самый атмосферный из великих итальянских режиссеров – в его картинах место действия, будь то Запретный город в “Последнем императоре”, старые римские дома в “Осажденных” и “Конформисте” или тосканские пейзажи в “Ускользающей красоте”, всегда важнее самого действия. Свет и звуки заменяют сюжет и говорят больше слов. При этом – никакого реализма: всё, что ­показывает Бертолуччи, он и его герои видят исключительно субъективно.

“Конформист”, 1970. Большинство архитекторов на вопрос о любимом фильме называют этот — за построение кадра и работу с цветом

“Конформист”, 1970. Большинство архитекторов на вопрос о любимом фильме называют этот — за построение кадра и работу с цветом

7. Лукино Висконти

Оперный театральный ре­жиссер, в фильмах Висконти был фанатиком правды – эмоциональной и бытовой. В костюмной точности до­ходил до абсурда: снимая “Леопарда”, отремонтировал парочку дворцов на Сицилии и раскладывал по ящикам комодов батистовые платки. Платки в фильме не фигурировали, а ящики даже не открывали, но Висконти уверял: знание того, что платки есть и они настоящие, поможет актерам играть реалистичнее. Фундаментальность под­готовки и правда чувствуется в кадре, и иногда она как мертвый груз: фильмы Висконти часто кажутся тя­желовесными и затянутыми. Они словно сняты в реальном времени. Но это ведь и есть высшее проявление реализма. То есть правды жизни.

“Леопард”, 1963

“Леопард”, 1963

Текст: Евгения Микулина

Фото: Everett collection/east news; Getty images/fotobank
опубликовано в журнале №6 (107) июнь 2012

Комментарии