Субъект культа: Дэвид Коллинз

Мне еще не приходилось писать некрологов о людях, которых я знала, а писать о Дэвиде кажется особенно диким. О неожиданных смертях мы всегда говорим расхожие фразы вроде “не могу поверить, что его больше нет”. 

На этой фотографии Дэвид Коллинз (1955–2013) запечатлен в столовой своей квартиры в лондонском Челси — районе, где всегда мечтал жить.

На этой фотографии Дэвид Коллинз (1955–2013) запечатлен в столовой своей квартиры в лондонском Челси — районе, где всегда мечтал жить.

Боюсь, что я не оригинальна. Последний раз я видела его в апреле в Милане: он приехал представить публике коллекцию, которую сделал для Promemoria – “именной” марки дизайнера Ромео Соцци

Демонстрационная квартира, которую Коллинз оформил для владельцев небоскреба MahaNakhon в Бангкоке. “Я не хотел, чтобы восточный колорит бил в глаза. Всё сделано тоньше благодаря цветам и фактурам, которые так важны в восточной культуре”, — объяснял Дэвид.

Демонстрационная квартира, которую Коллинз оформил для владельцев небоскреба MahaNakhon в Бангкоке. “Я не хотел, чтобы восточный колорит бил в глаза. Всё сделано тоньше благодаря цветам и фактурам, которые так важны в восточной культуре”, — объяснял Дэвид.

Коллекция Коллинза стала первой, заказанной “на стороне”. Все говорили о том, что, похоже, старик-хозяин решил уйти на пенсию. Странно сознавать, что спустя три месяца Соцци, дай бог ему здоровья, прекрасно себя чувствует. А Дэвида больше нет.

Лестница в коллинзовской квартире “образца” 2004 года. Квартира двухэтажная, но спальня в ней всего одна. “Когда риелтор узнал, что я делаю пентхаус в Челси с одной спальней, он меня чуть не убил: сказал, что при продаже я здорово потеряю в цене. Но я живу один, мне не нужна вторая спальня. А вот места для приема гостей нужно много”, — объяс­нял Дэвид. Гости, о которых идет речь, — это Мадонна, Элтон Джон, Том Форд, Стелла Маккартни и прочие.

Лестница в коллинзовской квартире “образца” 2004 года. Квартира двухэтажная, но спальня в ней всего одна. “Когда риелтор узнал, что я делаю пентхаус в Челси с одной спальней, он меня чуть не убил: сказал, что при продаже я здорово потеряю в цене. Но я живу один, мне не нужна вторая спальня. А вот места для приема гостей нужно много”, — объяс­нял Дэвид. Гости, о которых идет речь, — это Мадонна, Элтон Джон, Том Форд, Стелла Маккартни и прочие.

Мы встретились на квартире Соцци – он традиционно приглашает ужинать ближний круг партнеров и важной прессы. Дэвид приехал позже меня, и я, стоя на балконе с сигаретой, услышала из прихожей его взволнованный голос: “Женя из AD здесь? Слава богу!” 

Квартира по дизайну Дэвида Коллинза.

Квартира по дизайну Дэвида Коллинза.

Дело не в том, что я очень уж важный для Коллинза человек, хотя мы дружили и провели вместе много веселых часов, обсуждая всякую ерунду, от мюзиклов (он любил Эндрю Ллойда Уэббера) до странных заказчиков (Дэвид был ужасное трепло и часто выбалтывал секреты клиентов). Просто он был мучительно застенчив, ему предстоял вечер среди малознакомых людей, и он радовался дружескому лицу.

Cтоловая (“зеленый — это цвет непринужденности”). Обратите внимание на диванчик: Дэвид уверял, что спит на нем после еды.

Cтоловая (“зеленый — это цвет непринужденности”). Обратите внимание на диванчик: Дэвид уверял, что спит на нем после еды.

Эта застенчивость казалась неожиданной в дизайнере настолько знаменитом. (А он был знаменит – я как-то пришла на встречу и сказала метрдотелю в ресторане, что столик заказан на имя Дэвида Коллинза. “Тот самый Дэвид Коллинз?!” – переспросил он потрясенно.) Но декораторы бывают двух типов. 

Спальня из “показательной” квартиры небоскреба MahaNakhon в Бангкоке.

Спальня из “показательной” квартиры небоскреба MahaNakhon в Бангкоке.

Есть люди-витрины, они “делают” себя так же тщательно, как проекты. А есть скромники. Они не самовыражаются за счет заказчиков, их индивидуальность проявляется словно бы исподволь: определенный колорит, характерные, хоть и неброские детали – и профессиональному взгляду критика авторство интерьера сразу ясно. 

Гостиная в квартире Коллинза в Челси, какой она была в 2004 году. Дэвид использовал свой интерьер как полигон для обкатки новой мебели и тканей и поэтому переделывал его не меньше ­двадцати раз.

Гостиная в квартире Коллинза в Челси, какой она была в 2004 году. Дэвид использовал свой интерьер как полигон для обкатки новой мебели и тканей и поэтому переделывал его не меньше ­двадцати раз.

А обычному “пользователю” там просто хорошо: всё выстроено тонко и точно, но ненавязчиво и потому универсально. Интерьеры Коллинза именно таковы.

Ресторан “Кофемания” на Новой площади (Малый Черкасский переулок) в Москве стал одной из последних работ Коллинза. Это великолепный этюд на тему ар-деко с легким налетом стимпанка.

Ресторан “Кофемания” на Новой площади (Малый Черкасский переулок) в Москве стал одной из последних работ Коллинза. Это великолепный этюд на тему ар-деко с легким налетом стимпанка.

Он родился в 1955 году в Дублине – младший сын местного архитектора. Подумывал стать юристом, но не смог освоить латынь и пошел по стопам отца. Окончил Дублинскую школу архитектуры и интерьерами занялся случайно – знакомым помог: “Я ничего не смыслил в этом. Но заказчик знал, чего хочет, и у меня всё получилось”. 

Обеденный зал отеля London в Лос-Анджелесе. Шеф-поваром этого ресторана числится Гордон Рамзи.

Обеденный зал отеля London в Лос-Анджелесе. Шеф-поваром этого ресторана числится Гордон Рамзи.

То, что у Дэвида получилось, увидел шеф-повар Пьер Коффман и заказал Коллинзу дизайн ресторана La Tante Claire. И понеслось: в 1985 году Дэвид открыл свое бюро. По словам одного остроумца, он проделал с ресторанным Лондоном то же, что Тарантино с Джоном Траволтой. Созданные им бары и отели легендарны. Бар в отеле Claridge’s называли самым сексуальным в мире, про “Голубой бар” в The Berkeley Джон Гальяно заявил: “Я хочу здесь жить!” 

Одна из самых известных работ Коллинза — The Blue Bar в отеле The Berkeley в Лондоне. Здесь он в полной мере выразил свою любовь к синему цвету и всем его оттенкам.

Одна из самых известных работ Коллинза — The Blue Bar в отеле The Berkeley в Лондоне. Здесь он в полной мере выразил свою любовь к синему цвету и всем его оттенкам.

В чайной The Wolseley рядом с лондонским “Ритцем” не отказалась бы жить я. К его услугам прибегали Марко Пьер Уайт и Гордон Рамзи. Наш Новиков тоже приценивался. Частных клиентов было много – самая знаменитая, конечно, Мадонна.

Чайную The Wolseley Коллинз переделал из автосалона. Это одно из the it place Лондона, куда ходят все звезды.

Чайную The Wolseley Коллинз переделал из автосалона. Это одно из the it place Лондона, куда ходят все звезды.

Что хотели получить – и получали – люди, обратившиеся к Коллинзу за дизайном? Гармонию, которой он добивался исключительным колористическим чутьем и виртуозным умением сочетать фактуры – всегда роскошные (он ценил качество). 

Интерьер модного магазина Larusmiani в Милане — Дэвид страшно им гордился и считал одной из своих больших удач.

Интерьер модного магазина Larusmiani в Милане — Дэвид страшно им гордился и считал одной из своих больших удач.

“Ориентальное”, “английское” или “голливудское” в его проектах было не прямой цитатой, но элегантным намеком: понимая его, посетитель чувствовал себя умным и тонким. Дэвид увлекался модой (наша дружба началась с того, что он влюбился в мои босоножки Manolo Blahnik с ярко-желтым каблуком), но всегда покупал себе только темно-синие костюмы. 

Интерьер бутика Alexander McQueen на Сэвил-роу в Лондоне. Коллинз также сделал для марки магазин в Майами.

Интерьер бутика Alexander McQueen на Сэвил-роу в Лондоне. Коллинз также сделал для марки магазин в Майами.

Он любил синий и всё гадал, было ли это из-за того, что он провел детство у моря, или потому, что у него была синяя спальня. Он вводил синий во все проекты, хотя и не навязывал его заказчикам (он им вообще ничего не навязывал). Я не очень верю в загробную жизнь. Но в случае с Дэвидом я рада, что небо – синее. 

  • Обложка AD, сентябрь 2010. На фото фрагмент спальни квартиры в Бангкоке.
  • Обложка AD, март 2010. На фото фрагмент гостиной квартиры Элтона Джона.
  • Текст: Евгения Микулина

    Фото: RICHARD POWERS; THOMAS SHELBY; FRITZ VON DER SCHULENBURG; RICARDO LABOUGLE; АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБЫ; АРХИВ AD
    опубликовано в журнале №10 (122) ОКТЯБРЬ 2013

    Комментарии