Интервью с Томасом Физантом

Американец Томас Физант (для друзей Том) успешно проектирует и интерьеры, и мебель. Он рассказал Евгении Микулиной, как трудно выбрать одно из двух.

Декоратор и дизайнер Томас Физант.

Декоратор и дизайнер Томас Физант.

Краткая справка: Томас Физант родился в 1954 году в Вашингтоне. Получил степень бакалавра в Университете Мэриленда. В 1980 году основал бюро Thomas Pheasant. Помимо интерьеров проектирует и мебель. В октябре 2012 года Физант посетил Москву и представил публике последнюю коллекцию для Baker. Коктейль по этому поводу прошел при поддержке AD.

Прихожая в собственной квартире Физанта в Париже. Именно этот кадр был обложкой русского AD в сентябре 2004 года.

Прихожая в собственной квартире Физанта в Париже. Именно этот кадр был обложкой русского AD в сентябре 2004 года.

Впервые Томас Физант появился в русском AD в сентябре 2004 года. И сразу на обложке. Историю про квартиру дизайнера в Париже переводила я. Я пишу о многих интерьерах, и далеко не всегда они откладываются в памяти. Этот запомнился из-за удивительного умиротворения, которым веяло от фотографий. И из-за изобретательного использования скромной вроде бы серо-бежевой гаммы. И из-за отменной авторской мебели, которая стояла в квартире. Я запомнила квартиру и запомнила имя Физанта.

Гостиная дома в Вашингтоне, проект 1998 года.

Гостиная дома в Вашингтоне, проект 1998 года.

А потом, годами позже, представители компании Baker спросили у меня совета, кого из дизайнеров их мебельных коллекций стоит пригласить в Москву. К ним уже приезжали Билл Софилд и Жак Гарсия, дизайнеры очень броские. Но у меня не было сомнений, кто произведет на русскую публику большее впечатление. Томас Физант.

Гостиная в доме семьи Ванс на Потомаке (проект 1996 года). По просьбе заказчиков Физант избавился от цветочных мотивов и сделал интерьер классическим, но “сдержанно-­нейтральным”.

Гостиная в доме семьи Ванс на Потомаке (проект 1996 года). По просьбе заказчиков Физант избавился от цветочных мотивов и сделал интерьер классическим, но “сдержанно-­нейтральным”.

Прошло несколько лет. Baker внял совету, и в октябре 2012-го мы с Физантом наконец встречаемся в отеле “Арарат Парк Хаятт”. Физант – особенный дизайнер: работает давно и успешно, но о нем самом мало что известно. Он не устраивает громких презентаций и эффектных выставок, он вообще, как оказалось, застенчив.

Столовая дома в окрестностях Вашингтона.

Столовая дома в окрестностях Вашингтона.

Родился в Вашингтоне, семья не имела отношения к искусству, но учиться Томас пошел на архитектурный факультет Университета Мэриленда. Там один профессор заметил: он уделяет в проектах равное внимание и архитектуре, и декору. И посоветовал сосредоточиться на дизайне.

Ротонда особняка семьи Голдштейн в Лас-Вегасе. Физант полностью перестроил для них дом в период с 2003 по 2006 год.

Ротонда особняка семьи Голдштейн в Лас-Вегасе. Физант полностью перестроил для них дом в период с 2003 по 2006 год.

– Я сначала напрягся, подумал: “Он хочет сказать, что архитектор из меня не выйдет?” В класс по дизайну пошел через силу. Но мне так понравилось, что я уже не мог себе представить другой жизни и карьеры.

Карьера складывалась постепенно.

– Сначала я работал в текстильном шоу-руме – складывал тряпочки в кладовке. Потом устроился ассистентом к одному дизайнеру. И еще четыре года складывал тряпочки в его кладовке. На самом деле я у него многому научился, в частности тому, как строится бизнес. А бизнес-сторона дизайна иногда важнее, чем творчество. Я на первом же самостоятельном проекте прокололся: столкнулся с непривычной формой контракта, растерялся и не договорился с заказчиком. После пятиминутного катастрофического разговора шел к машине и молился: “Только бы завелась!” Возиться с чихающим мотором на глазах у несосто­явшегося клиента было бы страшно унизительно. Но потом всё наладилось и теперь вспоминается как дурной сон.

  • Эскиз вестибюля в доме под Вашингтоном и реализованный проект (смотрите следующее фото).
  • Как можно видеть по этим иллюстрациям, Физант очень точно исполняет свои замыслы. “Я прихожу в дом, осматриваю пространство и слушаю, что оно мне “говорит”. И просто зарисовываю свои мысли”, — рассказывает он.
  • Всё и правда наладилось. У Физанта множество заказов по всему миру, и заказов дорогих: тонкая игра фактурами и оттенками материалов, которой он славится, стоит немалых денег. Как и вообще интерьеры в классическом стиле, составляющие большинство его проектов.

    Мне интересно: как он подойдет к работе с маленьким бюджетом?

    – Главное не бюджет, а чтобы люди были хорошие и интересные. Я уже не молод и не трачу время на проходные вещи: занимаюсь только тем, что способствует моей, простите за пафос, личностной эволюции. Когда ко мне приходят симпатичные заказчики с ограниченными средствами, я им делаю хорошие пространства. Пропорциональные, выверенные по цвету и свету. И ­говорю: “­Мебель купите какую хотите, пусть дешевую, главное – удобную”. Мебель легко сменить, пространство – нет. Не всем такой подход нравится – многие хотят всё и сразу. А в интерьере должна быть легкая незавершенность, чтобы было место для хозяев и их жизни. Иначе получается либо фальшиво, либо банально. Сейчас с интерьерами непросто работать. Люди, выросшие на культуре универмагов, когда всю одежду можно сразу увидеть и купить, не хотят ломать голову над тем, как обставлять квартиру. Они хотят и в интерьер тоже всё сразу купить. Им нужны “беспроигрышные” вещи, но ждать чего-то особенного они не готовы. Вот и возникают во множестве интерьеры, в которых стоит “классика дизайна ХХ века”. Одинаковые, как близнецы. Архитектурный фастфуд.

  • Эскиз кресла Athens. Работа над коллекцией длилась полтора года. “Baker терпеливо ждали, пока я ездил по миру и вдохновлялся”, — говорит Том.
  • Кресло Athens, Baker. “Эта вещь была первым эскизом новой коллекции и последним изготовленным предметом. Его оказалось очень непросто рассчитать!”
  • Если он считает, что мебель в интерьере второстепенна, зачем же сам ее делает?

    – Даже оставляя в стороне тот факт, что с Baker работать легко и приятно (они дали мне полную свободу), в дизайне мебели есть особый смысл. В последней коллекции я ни много ни мало свою версию античности создал. Дизайн мебели – способ прославиться на века. Я не смеюсь. Интерьеры меняются: хозяева переезжают. Но ценную мебель берут с собой. Так что мебель оказывается вневременным продуктом творчества, именно она остается, когда всё остальное уже изменилось. Лет через двести в каком-то интерьере – бог знает, каким он будет, – люди увидят мой стул и скажут: “Это работа Томаса Физанта!”

  • Эскиз гостиной квартиры в Париже.
  • Гостиная квартиры в Париже. Белые кресла Физант спроектировал для Baker.
  • Некоторое время мы шутим о том, что они тезки со знаменитым краснодеревщиком Чиппендейлом и что в XXII веке он будет известен как Томас-не-Чиппендейл. Физант рассказывает о своей книге, которая осенью выйдет в Rizzoli: “Это не просто альбом с картинками. Я хочу, чтобы читатель понял, как работает мой мозг. Там много моих черно-белых фотографий – во время поездок я постоянно снимаю. Я хочу, чтобы между снимками и проектами установилась связь и читатели поняли, что именно я вижу, когда смотрю на вещи”.

    Зеркало Blossom, Baker. Рисунок рамы, по мысли Физанта, стилизованно воспроизводит цветки вишни на кимоно.

    Зеркало Blossom, Baker. Рисунок рамы, по мысли Физанта, стилизованно воспроизводит цветки вишни на кимоно.

    Потом мы идем гулять по Москве, которая потрясает воображение американца и он делает сотни снимков (ВДНХ при холодном осеннем солнце и правда выглядит сногсшибательно). Беседовать с этим хрупким, изящным человеком невероятно приятно и весело. И я думаю: вот дизайнер, который виртуозно делает две разные вещи. Такое, в принципе, случается. Удивительно, что он делает их по взаимо­ис­клю­чающим принципам. В архитектуре ему важно только пространство. Но его надежды на посмертную славу связаны с “предметным рядом”. Словно есть два Тома Физанта – интерьерщик и мебельщик. Возможно, секрет в том, что оба перфекционисты.

    Сервант St Honore, Baker назван в честь одной из улиц Парижа, рю Сент-Оноре — на ней расположено множество антикварных магазинов, куда Физант ходит за вдохновением.

    Сервант St Honore, Baker назван в честь одной из улиц Парижа, рю Сент-Оноре — на ней расположено множество антикварных магазинов, куда Физант ходит за вдохновением.

    Беседовала Евгения Микулина

    Фото: яков титов; Durston Saylor; gordon beall; thomas pheasant; архив пресс-службы
    опубликовано в журнале №3 (115) МАРТ 2013

    Комментарии