Арт-квартира в Петербурге

Дмитрий Стрижов, художник, архитектор, поэт, музыкант, продюсер и издатель.

Архитектор Дмитрий Стрижов прожил пятнадцать лет в Нью-Йорке, прилетев туда с тремя сотнями долларов в кармане. Вся его жизнь состоит из череды невероятных случайностей, неожиданных знакомств и совпадений. Одно из таких событий – это знакомство c Натальей и Юрием Дормидошиными, известной в Петербурге светской парой. Эпатажные супруги вели несколько лет рубрику светской хроники в журнале “Собака.ru”. Дормидошины быстро нашли общий язык с Дмитрием и его женой Светланой. Продолжением этого знакомства стал проект интерьера салона красоты “Частный клуб”, принадлежащего Наталье и Юрию. Так в Петербурге появился салон красоты, похожий на музей современного дизайна с Эйлин Грей, Пьера Полена, Карима Рашида и Филиппа Старка.

Гостиная. Шкаф, B&B Italia; люстра Pirce, дизайнер Джузеппе Маурицио Скутелла, Artemide; столик Adjustable, ClassiCon; черное кресло PK 22, Fritz Hansen; журнальный столик из коллекции Museum, дизайнер Марсель Брёйер, Alivar.

Гостиная. Шкаф, B&B Italia; люстра Pirce, дизайнер Джузеппе Маурицио Скутелла, Artemide; столик Adjustable, ClassiCon; черное кресло PK 22, Fritz Hansen; журнальный столик из коллекции Museum, дизайнер Марсель Брёйер, Alivar.

Воодушевленные результатом, Дормидошины заказали Светлане и Дмитрию дизайн собственной квартиры. Две вытянутые комнаты, крошечная узкая кухня и длинный холл. “Казалось, что вся квартира – один сплошной коридор!” – вспоминает Светлана. Требовалась глобальная перепланировка. У жилья было лишь одно неоспоримое достоинство – роскошный вид на Мойку. 

Гостиная. Табурет H&M Stool Dark White, Vitra. Справа — вход в кухню.

Гостиная. Табурет H&M Stool Dark White, Vitra. Справа — вход в кухню.

Чтобы побороть недостатки, прихожую, коридор и кухню объединили, там же разместили и скромную гардеробную. Две отдельные комнаты сохранили, но стену между ними сделали под углом. Это фирменный прием Стрижовых – иллюзорно сломать пространство. “Я рассматриваю интерьер как картину в прямоугольной раме, и не обязательно внутри рамы располагать все параллельно и перпендикулярно. Наклонили стену – и ощущение объема совершенно меняется! Появляется динамика, напряжение”, – говорит Дмитрий. 

Гостиная, рабочая зона. Часы Turbine Clock, Vitra; стол-парта Lou Perou, ClassiCon.

Гостиная, рабочая зона. Часы Turbine Clock, Vitra; стол-парта Lou Perou, ClassiCon.

В спальне одна из стен сделана из стекла и в случае необходимости закрывается плотными жалюзи. Все остальное время пространство двух комнат воспринимается как единое, что зрительно увеличивает площадь гостиной.

Гостиная. Диван Coupé e Gran Coupé, Cappellini. Постамент, Memphis, на нем бюст Вольтера. Слева — ванная комната, которую можно скрыть от посторонних глаз черной бархатной шторой.

Гостиная. Диван Coupé e Gran Coupé, Cappellini. Постамент, Memphis, на нем бюст Вольтера. Слева — ванная комната, которую можно скрыть от посторонних глаз черной бархатной шторой.

Как живописец, Дмитрий трепетно относится к цвету: “Стены – не про сто фон для мебели, а активный участник общей картины”. Основную коричнево-черную гамму дополняют охра, салатовый и даже розовый, – всего более десяти цветов. Предметы находятся в цветовом пятне, как в раме. “Наталья и Юрий разбираются в искусстве и любят дизайнерские вещи, – рассказывает Дмитрий. – Нам с ними по-настоящему повезло!” С этим не поспоришь: не часто удается найти заказчиков, которые согласятся жить в арт-объекте.

Кухня. Холодильник 50’s Retro Style (Colour Stripe), Smeg; стулья Maxima, Spring Furniture, Sawaya & Moroni; кухня Modus HT, Binova.

Кухня. Холодильник 50’s Retro Style (Colour Stripe), Smeg; стулья Maxima, Spring Furniture, Sawaya & Moroni; кухня Modus HT, Binova.

Текст: Наталья Корогодова

Комментарии