Особняк в Париже

Юбер де Малерб

В доме, расположенном в парижском районе Сен‑Жермен-де-Пре, когда-то находились квартира и канцелярия протестантского священни­ка, служившего в церкви по соседству. Перед новыми владельцами, мечтавшими превратить особняк в семейное гнездо, стояла непростая­ задача: нужно было не только сделать его бо­лее “светским”, но и избавить от неуютной деловой атмосферы. Для этого они пригласили дизайнера и декоратора Юбера де Малерба, известного своими эклектичными интерьерами и необычным подходом к оформлению бутиков, например, для Dior.

Гостиная. Ковер, диваны и светильники выполнены по дизайну де Малерба. Справа — круглое окно на лестницу, соединяю­щую четыре этажа особняка.

Гостиная. Ковер, диваны и светильники выполнены по дизайну де Малерба. Справа — круглое окно на лестницу, соединяю­щую четыре этажа особняка.

Состояние, в котором пребывал дом, потрясло де Малерба: “Интерьер был просто уничтожен офисными помещениями, а паркет отсутствовал вообще”. Зато фасад здания с красивыми округлыми очертаниями архитектурных деталей ему понравился. “Увидев его, я сразу захотел воспроизвести такие же изгибы в интерьере, – рассказывает дизайнер. – Поэтому на каждом этаже я разместил по круг­лому окну”. Футуристическая лестница, соединяющая четыре этажа и сверху похожая на треугольную спираль, продолжила тему.

Белая округлая лест­ница и потолочный светильник по дизайну Юбера де Малерба.

Белая округлая лест­ница и потолочный светильник по дизайну Юбера де Малерба.

Распределить комнаты в доме было легко: первый этаж занимает общественная зона, второй отдали хозяевам, третий – их детям, а полуподвальное ­помещение отвели под гостевые спальни. “Мои бабушка и дедушка любили повто­рять, что в доме всегда нужно иметь место для случайно заглянувших друзей”, – рассказывает де Малерб.

Стены в хозяйской спальне отделаны черной плиткой, похожей на окрашенную бумагу. Антикварное зеркало с парижского блошиного рынка.

Стены в хозяйской спальне отделаны черной плиткой, похожей на окрашенную бумагу. Антикварное зеркало с парижского блошиного рынка.

На большое число гостей рассчитана и столовая, в которой он разместил три похожих на ресторанные столика. “Их можно сдвигать и раздвигать в зависимости от того, обедают ли хозяева вдвоем, с детьми или друзьями”.

Столовая, кресла и ди­ван по дизайну Юбера де Малерба и Жерома Файана-Дюма. На стене — семейные фотографии владельцев дома.

Столовая, кресла и ди­ван по дизайну Юбера де Малерба и Жерома Файана-Дюма. На стене — семейные фотографии владельцев дома.

Подбирая мебель, де Малерб действовал как смелый бармен, смешивая самые, казалось бы, несовместимые ингредиенты. Современная живопись и семейные фотографии на стенах соседствуют с антикварными комодами эпохи Людовиков XIV и XV, лаконичной мягкой мебелью и светильниками по дизайну самого де Малерба.

Кухня. Кирпичную кладку, обнаруженную под старой штукатуркой, решили оставить нетронутой. Светильники на стене сделаны по дизайну де Малерба из винтажных столиков 1970-х годов. Барные стулья были найдены на парижском блошином рынке. В углу — статуя Святого Петра середины XVII века.

Кухня. Кирпичную кладку, обнаруженную под старой штукатуркой, решили оставить нетронутой. Светильники на стене сделаны по дизайну де Малерба из винтажных столиков 1970-х годов. Барные стулья были найдены на парижском блошином рынке. В углу — статуя Святого Петра середины XVII века.

Он не побоялся использовать в интерьере темные поверхности, которые, по его мнению, помогли выделить яркие декоративные детали. Отделку стен черной плиткой, похожей на окрашенную бумагу, в спальне и ванной хозяев дизайнер вообще считает одной из своих главных удач.

Ванная. Вертикальные зеркала по обеим сто­ронам раковины ночью превращаются в ставни — с обратной стороны они отделаны дубовыми па­нелями. Кушетка эпо­хи Людовика XVI была заново обита мехом.

Ванная. Вертикальные зеркала по обеим сто­ронам раковины ночью превращаются в ставни — с обратной стороны они отделаны дубовыми па­нелями. Кушетка эпо­хи Людовика XVI была заново обита мехом.

Довольны и хозяева особняка: он стал похож на гостеприимный дом, в котором современный дизайн и антикварные детали отлично уживаются под одной крышей.

Уголок столовой. Комод эпохи Людовика XIV. Кресла приобретены на блошином рынке в Каире. На стене — работа Рено Огюст-Дормея, на комоде — картина Себастьяна Дезарбра и фоторабота Верзероли.

Уголок столовой. Комод эпохи Людовика XIV. Кресла приобретены на блошином рынке в Каире. На стене — работа Рено Огюст-Дормея, на комоде — картина Себастьяна Дезарбра и фоторабота Верзероли.

Уголок спальни. Комод эпохи Людовика XIV. Справа на стене — два рисунка Рено Огюст-Дормея. Над комодом — эскизы Андре Дюнуайе де Сегонзака и небольшая картина Тимоте Тайсхерста.

Уголок спальни. Комод эпохи Людовика XIV. Справа на стене — два рисунка Рено Огюст-Дормея. Над комодом — эскизы Андре Дюнуайе де Сегонзака и небольшая картина Тимоте Тайсхерста.

Лестница и дверь в одну из детских комнат.

Лестница и дверь в одну из детских комнат.

Текст: Анна Марен

Фото: ДИДЬЕ ДЕЛЬМА
опубликовано в журнале №8 (87) август 2010

Комментарии