Субъект культа: Карло Моллино

Моллино слыл туринским Казановой, притягательным и опасным, причем не столько для своих возлюбленных, сколько для заказчиков, – говорил про него Джо Понти. – В интерьерах, которые он создавал, была дрожь предчувствия, противиться которой не представлялось возможным”.

Карло Моллино, Турин, 1940 год.

Карло Моллино, Турин, 1940 год.

Сейчас приходится верить Понти на слово – до наших дней дошел лишь один дом, созданный Карло Моллино: его резиденция в Турине, где он толком никогда не жил, а лишь устраивал эротические фотосессии и сеансы столоверчения.

В Casa Mollino (1965) в Турине сейчас музей, куда можно попасть по договоренности. Интерьер “усыпальницы”: ампирная кровать, лазурный ковер и коллекция бабочек, кото­рая имела для хозяина особый смысл.

В Casa Mollino (1965) в Турине сейчас музей, куда можно попасть по договоренности. Интерьер “усыпальницы”: ампирная кровать, лазурный ковер и коллекция бабочек, кото­рая имела для хозяина особый смысл.

В 1960 году, в возрасте пятидесяти пяти лет, Карло Моллино решил, что пришло время готовиться к смерти. Он купил виллу на высоком берегу реки По и стал перестраивать ее по собственному разумению. Комната, которая должна была стать его усыпальницей, обставлялась с особым тщанием: кровать в форме лодки, чтобы переплыть в загробный мир, голубой ковер, символизирующий воды реки памяти, стена, украшенная бабочками – в каждой из них зашифрована женщина, которая услаждала Моллино при жизни и последует за ним после смерти.

После смерти Моллино в его доме была найдена многотысячная коллекция “полароидов” с изображениями обнаженных и полуобнаженных женщин.

После смерти Моллино в его доме была найдена многотысячная коллекция “полароидов” с изображениями обнаженных и полуобнаженных женщин.

Его кумир, египетский архитектор Кха, чью мумию он навещал регулярно в туринском Египетском музее, был бы доволен своим последователем. Но всё пошло не по плану – Моллино умер от сердечного приступа в отцовской мастерской, не успев не только добраться до своей гробницы, но даже рассказать о ней кому-нибудь.

Кабинет в Casa Orengo в Турине, 1949.

Кабинет в Casa Orengo в Турине, 1949.

В конце 1970-х “Дом на холме”, как прозвали его туринцы, приобрел историк архитектуры и антиквар Фульвио Феррари. Он устроил там музей и фонд имени великого и ужасного соотечественника и вместе со своим сыном Наполеоне собрал по крупицам начавший было разрушаться особняк. Так что сейчас, проходя по выложенному сине-белой керамической плиткой холлу и попадая в гостиную, украшенную драматическими портьерами из красного бархата и обставленную эксцентричной мебелью по дизайну Моллино, легко представить себя одной из его многочисленных натурщиц.

Интерьер Casa Miller в Турине, 1938.

Интерьер Casa Miller в Турине, 1938.

Как и большинство людей его поколения, он был без ума от технического прогресса: в его интерьерах много плексигласа, а среди фотографий – “полароидов”. Но и этим не исчерпывалась его жажда скорости.

Идея сделать дизайн гоночного автомобиля пришла Моллино в голову, пока он оформлял дом знаменитого гонщика Марио Дамонте в 1955 году. Спорткар назвали Bisiluro, что означает “две торпеды”, хотя рекорд скорости он так и не побил.

Идея сделать дизайн гоночного автомобиля пришла Моллино в голову, пока он оформлял дом знаменитого гонщика Марио Дамонте в 1955 году. Спорткар назвали Bisiluro, что означает “две торпеды”, хотя рекорд скорости он так и не побил.

Моллино был изобретателем новой техники горнолыжного спуска, сам сконструировал болид и испытал его на гонках “24 часа Ле-Мана”. Правда, машина сошла с дистанции в первый же час, потому что оказалась слишком легкой, но Карло нашел способ быстро исправить ситуацию и вернуться на трассу. Он испытывал новые модели самолетов и пережил пять авиа­катастроф, которые каждый раз оканчивались долгими месяцами в больнице. И вызывал недоумение у коллег, которым его образ жизни казался чересчур эксцентричным.

  • Конный клуб в Турине, 1937.
  • Конный клуб в Турине, 1937.
  • Пока братья Кастильони и Джо Понти рассуждали о целесообразности чистого рационализма в архитектуре, Моллино строил сюрреалистический конный клуб с гигантскими лошадиными головами, будто сошедшими с картин Дали. Или главный зал туринской радиовещательной компании, которым гордились бы лучшие архитектурные умы русского революционного авангарда.

  • Зрительный зал RAI в Турине был построен в 1952 году и полностью перестроен в 2006 году.
  • “Если бы после Политехнического он остался в Милане и стал работать на крупные фабрики, у него был бы шанс заразиться модернизмом и влиться в дизайнерский бум 1940–1950-х, – говорит Фульвио Феррари. – Но упрямство и крупное состояние, которое оставил ему отец, позволяли выбирать свой путь”. Поэтому Моллино вернулся в Турин и стал делать антропоморфные кресла и лампы, поклоняться Гауди и воспевать ар-нуво. 

    Торшер Suora по дизайну Карло Моллино, 1947. В 1994 году Galleria Colombari перевыпустила его лимитированной серией.

    Торшер Suora по дизайну Карло Моллино, 1947. В 1994 году Galleria Colombari перевыпустила его лимитированной серией.

    Моллино нашел мебельную мастерскую, владелец которой согласился на кабальный контракт: над всеми заказами дизайнера должно было работать только по воскресеньям и глубокой ночью, чтобы никто не мог подсмотреть, как рождается трехногий стул или асимметричный стол. Но Моллино неплохо платил, и мастера готовы были терпеть его почти невыносимый перфекционизм, заставлявший доводить до технического совершенства любую деталь. В такие моменты опереточный злодей, имидж которого Моллино старательно поддерживал густыми усами и мрачным взором, превращался в бескомпромиссного художника.

    Канатная дорога над озером Неро в местечке Саузе-д’Улькс под Турином, 1947.

    Канатная дорога над озером Неро в местечке Саузе-д’Улькс под Турином, 1947.

    Подход Моллино к дизайну, как и мебель по его эскизам, находят куда большее понимание сейчас, чем в годы его молодости. Новое поколение итальянских дизайнеров – вроде Фабио Новембре и Ферруччо Лавиани – обожает его за бескомпромиссность и ничем не стесненный полет фантазии. А коллекцио­неры – за то, что его мебель, хо­тя и несет совершенно явный оттенок моды 1950-х, не похожа ни на какое фабричное производство того времени.

    В кондоми­ни­уме для горнолыжников на высоте 3500 м в Альпах, Casa del Sole, Карло Моллино отвечал и за архитектуру,  и за интерьеры.

    В кондоми­ни­уме для горнолыжников на высоте 3500 м в Альпах, Casa del Sole, Карло Моллино отвечал и за архитектуру,  и за интерьеры.

    Один любитель экзотики в 2005 году купил на Christie’s письменный стол из гостиной Casa Orengo за $3,8 млн. И, по мнению Фульвио Феррари, совершенно зря потратился: “Мебель Моллино – это не кирпичик, из которого можно сложить какой угодно интерьер, это скорее часть пазла, идеально работающая только в одном-единственном месте комнаты, для которого она была создана”.

  • Знаменитые трехногие стулья сделаны по дизайну Карло Моллино в 1950 году в мастерской Apelli e Varesio.
  • Стул, спроектированный Моллино в 1951 году для переговорной издательского дома Editrice Lattes.
  • Письменный стол по дизайну Моллино стал самым дорогим предметом мебели XX века, проданным на торгах Christie’s. Эстимейт $3,8 млн.
  • Королевский оперный театр Турина по проекту Моллино был закончен в год его смерти, но на первом спектакле в новом здании архитектор успел побывать – давали “Сицилийскую вечерню” Верди с Марией Каллас и Джузеппе ди Стефано.

    Субъект культа: Карло Моллино

    Зал на 1750 мест и имеет эллиптическую форму, идеальную для акустики.

    Субъект культа: Карло Моллино

    Субъект культа: Карло Моллино

    Текст: Анастасия Углик

    Фото: E. Invernizzi/Courtesy Museo Casa Mollino; C. Mollino/Courtesy Museo Casa Mollino; Adam Bartos/Courtesy Museo Casa Mollino; Courtesy Museo Casa Mollino; R. Moncalvo/Courtesy Museo Casa Mollino; Publifoto/Courtesy Museo Casa Mollino; F. Ferrari/Courtesy Museo Casa Mollino; Cavalli/Courtesy Museo Casa Mollino; Gonella/Courtesy Museo Casa Mollino; A. Bootz/Courtesy Museo Casa Mollino; akg-images/east news russia; архив пресс-службы
    опубликовано в журнале №6 (129) ИЮНЬ 2014

    Комментарии