Таунхаус в центре Петербурга

Лада Гусева и Анна Муравина

В день, когда была назначена съемка этой петербургской квартиры, в городе устроили массовый забег. Центр перекрыли, на мостах выставили патрули ГИБДД, в итоге дорога вместо запланированных пятнадцати минут заняла полтора часа. 

Когда мы с фотографом Уиллом Уэбстером оказываемся наконец на месте, то застаем поздний воскресный завтрак. За столом – хозяйка квартиры Лариса, только что приехавшие из Москвы декораторы Анна Муравина и Лада Гусева и некая дама в белоснежном мохеровом свитере. Как выясняется через минуту, это учительница английского, с которой хозяйка познакомилась на Майорке, где гостила у дочери (интерьер виллы AD печатал в мае 2009 года), а теперь вот решила пригласить в Петербург – показать ей город, а заодно самой попрактиковаться в иностранном языке. 

Изразцовая печка в гостиной была еще до начала ремонта.­ В ­обновленном интерьере ее дополняют сделанный на заказ шкаф, кресла и пуф, Baker, а также ковер, The Rug Company.

Изразцовая печка в гостиной была еще до начала ремонта.­ В ­обновленном интерьере ее дополняют сделанный на заказ шкаф, кресла и пуф, Baker, а также ковер, The Rug Company.

Квартира Ларисы находится в закрытом жилом комплексе — несколько таунхаусов стоят вокруг детской площадки, машины за ограду не пускают. С архитектурной точки зрения это не шедевр, зато ощущение от самой ­квартиры замечательное. Кажется, что ты не в центре ­Питера, а где-то за городом, в старой усадьбе. Тем более что хозяйка отлично подходит на роль барыни — умной, образованной и очень деятельной. Она умеет носить шляпы, собирает антиквариат (гордость коллекции – ваза из дома Билибина), обожает Петербург, в котором прожила всю жизнь. Когда после съемочного дня мы отправляемся на прогулку по каналам, она показывает нам особняк на набережной – это один из пушкинских адресов, который был надолго забыт, а недавно открыт заново. Мемориальная доска на стене дома сделана за счет нашей героини. 

Антикварную люстру для столовой хозяйка купила в Италии. Обеденный стол сделан на заказ. Льняные чехлы для стульев, Marie’s Corner, сшиты в мастерской при бюро MuGu-Interiors.

Антикварную люстру для столовой хозяйка купила в Италии. Обеденный стол сделан на заказ. Льняные чехлы для стульев, Marie’s Corner, сшиты в мастерской при бюро MuGu-Interiors.

Квартира, которую для Ларисы оформили московские декораторы, очень подходит своей хозяйке. Это классический интерьер с яркими стенами и русскими мотивами. Проект делался не с нуля и не под ключ. До ремонта хозяйка прожила здесь несколько лет. От тех времен остались антикварная мебель и светильник по центру лестницы – металлический стержень с шарами-абажурами, пронизы­вающий дом сверху донизу. Его Лариса придумала сама. И вообще, не такой она человек, чтобы равнодушно смотреть, как кто-то другой преображает ее дом.

Вся мебель для кух­ни сделана на заказ. По стенам развешаны антикварные тарелки из коллекции хозяйки.

Вся мебель для кух­ни сделана на заказ. По стенам развешаны антикварные тарелки из коллекции хозяйки.

Фотограф начинает съемку, а я присоединяюсь к дамам, чтобы обсудить интерьер. Но речь за столом идет о чем угодно, только не об этом. Диеты, политика, погода (в Москве жара, а в Питере ледяной ветер) – вот это действительно важно, а декорации, в которых мы находимся, – нечто само собой разумеющееся. 

Книжные стеллажи в библиотеке сделаны на заказ. Кресла, KA International; кресла, Flamant; настольные лампы по дизайну Ники Хэслема.

Книжные стеллажи в библиотеке сделаны на заказ. Кресла, KA International; кресла, Flamant; настольные лампы по дизайну Ники Хэслема.

Обсудив раздельное питание и аюрведу, переключаемся на путешествия. Это уже ближе к теме – люстру, которая находится как раз у нас над головами, Лариса накануне привезла из очередной поездки. Она с самого начала решила, что непременно купит люстру сама, долго выбирала и наконец нашла вещь, которая по стилю точно попала в придуманный декораторами интерьер. 

Лестничный холл второго этажа. Консоль сделана на заказ. Настольные лампы, Porta Romana; подвесные светильники, Tindle. Металлический стержень с круглыми лампами, который пронизывает дом сверху донизу, сделан по эскизам хозяйки дома.

Лестничный холл второго этажа. Консоль сделана на заказ. Настольные лампы, Porta Romana; подвесные светильники, Tindle. Металлический стержень с круглыми лампами, который пронизывает дом сверху донизу, сделан по эскизам хозяйки дома.

Тут вообще многое удачно совпало. К примеру, Анне и Ладе нравится экспериментировать с цветом стен. Палитра, которую они выбрали, напоминает ту, что встречается в русских классицистских усадьбах. Эти краски дают ощущение “настоящего петербургского дома” и при этом отлично работают при неярком северном солнце. Еще Муравина и Гусева любят делать мебель на заказ. Придуманные ими шкафы, посудные горки и книжные стеллажи действительно очень нужны в хозяйстве – у Ларисы много памятных вещей, книг, фотографий. Библиотека в этом доме – не просто еще одно помещение, которое на самом деле служит гостевой спальней, и не признак статуса. Огромная комната с книжными стеллажами, парадным портретом дочери, лэптопом на антикварном столе из карельской березы и множеством старых чемоданов, в которых хранится архив, оставляет сильное впечатление. Это комната женщины, которая живет удивительной жизнью – немного старомодной, но по сути своей очень правильной. А дом ей в этом помогает.

Кровать в гостевой спальне переделана из принадлежавшего хозяйке дивана. Стену в изголовье украшает портрет хозяйки. На зеркальных столиках, Speer, — лампы, William Yeoward.

Кровать в гостевой спальне переделана из принадлежавшего хозяйке дивана. Стену в изголовье украшает портрет хозяйки. На зеркальных столиках, Speer, — лампы, William Yeoward.

Текст: Анастасия Ромашкевич

Комментарии