Дом в Переделкино

Александр Львовский, глава московского представительства компании Honka

Романтика старых дачных мест Подмосковья неистребима. Она не сдается ни рублевскому нашествию, ни транспортным коллапсам, ни модным архитектурным тенденциям. Хозяева этого дома Александр Львовский, генеральный директор русского представительства компании Honka, и его жена Лада много лет снимали “писательскую дачу” в Переделкино и в архитектурное бюро “Цимайло, Ляшенко и партнеры” пришли с совершенно конкретным представлением о том, где они хотят жить со своими тре­мя детьми. “Лада заранее провела титаническую работу, – ­рассказывает Александр Цимайло. – Она написала целый том технического задания, подобрала картинки для вдохновения и даже цитаты из классической литературы не ­забыла приложить”. 

Дом в Ново-Переделкино

Дом в Ново-Переделкино

Семья мечтала сохранить дух, если не букву подмосковного жилья. “Не было у нас задачи добиться какого-то стиля, – говорит Львовский. – Все определила функция, которой мы строго придерживались. В России понятие уюта часто путают с бардаком, для меня же уют – в первую очередь рациональное использование пространства”. 

Дом частично сделан из клееного бруса, частично из бетона.

Дом частично сделан из клееного бруса, частично из бетона.

“Первое, что мы сделали, – вспоминает Цимайло, – это отказались от идеи строить на месте старого дома. Он стоял в центре и делил участок на две почти равные половины – ни то, ни се”. Архитекторы перенесли строительную площадку к красной линии улицы и оформили фасад “­жалюзи” из лиственницы, подозрительно напоминающими дачный забор. 

Выходящий на улицу фасад дома покрыт “жалюзи” из лиственницы, которые скрывают обитателей от любопытных глаз. А внутрь участка конструкция открывается панорамными окнами.

Выходящий на улицу фасад дома покрыт “жалюзи” из лиственницы, которые скрывают обитателей от любопытных глаз. А внутрь участка конструкция открывается панорамными окнами.

“Идея была в том, чтобы все частные помещения выходили огромными панорамными окнами в сад, а со стороны улицы свет в дом попадал, а вот любопытные взгляды нет”. Основная жизнь проходит у Львовских на первом этаже – наверху расположена вторая спальня и бильярдная. По мнению архитекторов, в семейном доме должны быть такие “взрослые” зоны, иначе любая, самая устойчивая психика даст трещину”. 

Из бильярдной на верхнем этаже открывается лучший вид на участок.

Из бильярдной на верхнем этаже открывается лучший вид на участок.

Но и детей никто обижать не собирался: их вотчина – огромная трехчастная игровая зона на первом этаже. “Лада сразу заявила, что гостиная как таковая им не слишком нужна – достаточно будет столовой и пары диванов перед телевизором”, – говорит Цимайло. 

Одним из главных условий проекта было убрать всю лишнюю мебель, и с этой задачей архитекторы справились отлично. Здесь — лаконичная столовая.

Одним из главных условий проекта было убрать всю лишнюю мебель, и с этой задачей архитекторы справились отлично. Здесь — лаконичная столовая.

Склонность обходиться только самым нужным хотя и заметна в интерьере – украшательств здесь минимум, мебели тоже, все жизненно необходимое убрано во встроенные шкафы, – но не распространяется на кухню. Хозяйка готовить любит и умеет, поэтому ее главный рабочий инструмент продумывался особенно тщательно. “Идея с полностью бетонной кухней родилась почти сразу, – рассказывает Цимайло. – Только такую конструкцию можно было легко подогнать к непростым требованиям Лады, плюс фактура бетона создавала живой контраст с многочисленными деревянными поверхностями”. Выливали кухню прямо на месте по чертежам, и получилась она не с первого раза. 

Бетонную кухню выливали прямо на месте, и получилась она не с первого раза. Зато теперь хозяйка очень довольна.

Бетонную кухню выливали прямо на месте, и получилась она не с первого раза. Зато теперь хозяйка очень довольна.

“Это был довольно смелый эксперимент на себе, – говорит хозяин. – В России такого еще никто не делал”. Технику нанесения краски на стены тоже изобретали на месте: целью было создать объемный, бархатный цвет. Для этого краски марки Sikkens наносили под разными углами. “Название этой технологии “труд, труд и еще раз труд”, – смеется хозяин. А Цимайло продолжает: “Мне работать с Львовскими понравилось. Редко когда можно твердо сказать, что дом – продукт коллективного творчества. Не только нашей команды, но и всей семьи. Даже дети поучаствовали в проекте – они выбирали рисунки для лестницы на верхний этаж”. 

Лестница на верхний уровень находится в центре детского игрового пространства и сделана соответственно — в виде кубика Lego.

Лестница на верхний уровень находится в центре детского игрового пространства и сделана соответственно — в виде кубика Lego.

Но разве не в этом секрет неизменной притягательности русского дачного быта: он рукотворен, создается разными поколениями, в нем каждый может найти для себя развлечение по вкусу. И наконец, обязательно сопровождается запахом свежего дерева.

Верхнюю спальню архитекторы называют “интимной” — может, потому, что туда нет доступа детям, а может, из-за большой ванны прямо в центре комнаты.

Верхнюю спальню архитекторы называют “интимной” — может, потому, что туда нет доступа детям, а может, из-за большой ванны прямо в центре комнаты.

Бархатный цвет стен достигается сложной техникой нанесения краски, которую хозяин и архитекторы изобрели сами.

Бархатный цвет стен достигается сложной техникой нанесения краски, которую хозяин и архитекторы изобрели сами.

Текст: Анастасия Углик

Фото: Ричард Пауэрс
опубликовано в журнале №9 (88) сентябрь 2010

Комментарии