Офис на Арбате по проекту Алексея Козыря

Архитектор Алексей Козырь

Об архитекторе Алексее Козыре в иностранной прессе сейчас едва ли не больше упоминаний, чем в оте­чественной. А все из-за впервые появившегося на Венецианской биеннале искусств павильона Антарктики, дизайн которого разработал Козырь. В экспозиции собрали работы художников и архитекторов со всего мира на тему концептуального развития шестого континента. В самой выставке Алексей Козырь тоже принял участие – совместно с Ильей Бабаком представил проект оранжереи “Мак полярный”, которая по виду на самом деле смахивает больше на снежинку. Как бы то ни было, но павильон Антарктики был обласкан журналистами, а мак-снежинка засветился и в The Guardian, и в Wallpaper* Magazine.

Вид на Moscow Design Center с Нового Арбата.

Вид на Moscow Design Center с Нового Арбата.

Так случилось, что “ледяная” тема присутствует и в недавнем проекте интерьера в Москве работы Алексея Козыря. “Для меня Калининский проспект (ныне Новый Арбат) – место родное: я здесь вырос и помню его еще таким, каким он был в 1970-е годы”, – говорит архитектор. Сейчас Новый Арбат – зрелище довольно грустное: пестрые вывески и навешанные кондиционеры портят облик зданий, и так потерявших без должного ухода былое очарование.

Три мобильных куба различаются по площади: два из них рассчитаны на работу двух-трех человек, а один — самый большой — вместит небольшую компанию.

Три мобильных куба различаются по площади: два из них рассчитаны на работу двух-трех человек, а один — самый большой — вместит небольшую компанию.

Доставшийся Алексею проект стал поводом поностальгировать по ушедшему. “В этом интерьере я хотел восстановить атмосферу того времени”, – комментирует Козырь. Ему досталось на оформление интересное пространство. Вернее, место-то было самое обычное – пустой зал с проведенной системой вентиляции и видом на Новый Арбат. Но вот концепция компании, которая намеревалась там расположиться, была довольно любопытна. 

В обширной библиотеке собрано много редких книг по архитектуре и искусству.

В обширной библиотеке собрано много редких книг по архитектуре и искусству.

Представители Moscow Design Center го­ворят о себе как о “закрытой профессиональной системе для архитекторов, дизайнеров и декораторов”. По сути, это своего рода место встречи с заказчиком. Здесь можно будет как обсудить архитектурный проект, подобрать мебель и аксессуары из многочисленных каталогов, так и просто вдохновиться и пролистать понравившуюся книгу из обширной библиотеки. Планируется, что блага этого офиса на Арбате будут доступны только по клубным картам ограниченному кругу профессионалов.

Помимо изолированных рабочих пространств, оборудованных в мобильных кубах, можно расположиться также за столами в общих зонах.

Помимо изолированных рабочих пространств, оборудованных в мобильных кубах, можно расположиться также за столами в общих зонах.

Алексей Козырь был верен себе и создал минималистичное пространство, где есть всё, что нужно для работы, и ничего лишнего. Огромные витринные окна заменяют три стены, вдоль четвертой сделали стеллаж во всю высоту. Все коммуникации, идущие по потолку, и сам потолок покрасили в черный цвет.

Из окон во всю стену открывается вид на Новый Арбат.

Из окон во всю стену открывается вид на Новый Арбат.

Жестких разделений пространства нет. Зато есть три мобильных кабинета кубической формы, которые можно передвигать с помощью системы портов-розеток, встроенных в пол, – так образуются независимые и уединенные рабочие зоны. “Отдельно мы продумали систему ширм, – добавляет Козырь. – Они тоже не стационарны. Изначально предполагалось использовать их как своеобразные экспозиционные планшеты. Но в итоге их роль свелась к дополнительной изоляции рабочих кабинетов”.

Нынешние люстры над мобильными кубами возникли уже после завершения проекта.

Нынешние люстры над мобильными кубами возникли уже после завершения проекта.

Вдоль одной из “оконных” стен по низу сделаны несколько каминных порталов. А посередине всего помещения спроектировали колонны, в которые встроен механизм, работающий по принципу холодильника, – с помощью него колонна обледеневает, покрываясь снежной шапкой. К слову сказать, до этого такого рода архитектурный элемент в оформлении интерьера ни разу не применялся. “Таким образом я хотел создать игру льда и пламени в пространстве”, – говорит Алексей Козырь.

Изначально хотели сделать камины по всему “оконному периметру”. Выходило слишком жарко, поэтому остановились лишь на одной стене.

Изначально хотели сделать камины по всему “оконному периметру”. Выходило слишком жарко, поэтому остановились лишь на одной стене.

Moscow Design Center вышел местом оригинальным не только по своей сути (ведь таких пространств в Москве пока крайне мало), но и по интерьеру. Козырю удалось привнести в этот проект модернистский дух 1970-х годов с их приверженностью к ясной геометрии, чистыми линиями и четкой структурой. А извечное противоборство огня, очищающего и сжигающего все старое, и льда, наоборот,  позволяющего сохранить что-то на долгие годы, только поддерживает выбранную архитектурную концепцию.

Потолок стал очень фактурным, когда его и все коммуникации, по нему проходящие, покрасили в черный цвет.

Потолок стал очень фактурным, когда его и все коммуникации, по нему проходящие, покрасили в черный цвет.

Обледеневающая колонна служит и дополнительным “кондиционером”, делая воздух вокруг морозным.

Обледеневающая колонна служит и дополнительным “кондиционером”, делая воздух вокруг морозным.

Покрытые снежной шапкой, такие колонны смотрятся в интерьере очень необычно.

Покрытые снежной шапкой, такие колонны смотрятся в интерьере очень необычно.

Текст: Мария Крыжановская

Фото: портрет: тимур артамонов; кирилл овчинников/архив пресс-службы
опубликовано в журнале №10 (133) ОКТЯБРЬ 2014

Комментарии