Пентхаус в отеле по дизайну Акселя Вервордта

Тhe Greenwich Hotel – один из самых необычных в Нью-Йорке. Он открылся в 2008 году в районе Трайбека, который славится арт-галереями и ресторанами, от него рукой подать до всего интересного в городе, его ресторан Locanda Verde великолепен, и среди владельцев его числится Роберт Де Ниро. Отель позиционирует себя как “убежище в центре городской суеты”. После того как над его пентхаусом поработал Вервордт, с этим девизом точно не поспоришь.

Аксель Вервордт и Тацуко Мики на фоне камина в гостиной.

Аксель Вервордт и Тацуко Мики на фоне камина в гостиной.

Вервордт, который славен на весь интерьерный мир неимоверно выдержанными интерьерами, является, как известно, приверженцем японской эстетической системы ваби, которая пропагандирует уважение к месту и времени,­ декоративную аскезу и “умение находить красоту в несовершенстве”. Применительно к интерьерам это означает чистоту пропорций и линий, минимум излишеств, невероятное внимание к поверхностям и фактурам и множество старинных вещей – не аукционного антиквариата, а просто вещей с историей, впитавших в себя время.

Малая гостиная, как и почти все жилые комнаты, выходит на садовую террасу.

Малая гостиная, как и почти все жилые комнаты, выходит на садовую террасу.

И вот с этими принципами Вервордт и подошел к созданию пентхауса в дорогущей нью-йоркской гостинице. В работу ему достались 6800 кв. футов жилой площади и еще 4000 кв. футов террасы – было где разгуляться. В помощники бельгиец взял японского архитектора Тацуко Мики, с которым уже не раз работал вместе, – они даже написали вмес­те книгу Wabi Inspirations.

Фрагмент основного пространства пентхауса — большой гостиной.

Фрагмент основного пространства пентхауса — большой гостиной.

Мики занимался ­конструк­тивными­ вопросами, в том числе созданием в гостиной пентхауса “живого” камина и планировкой сада, который сделан разноуровневым и обеспечивает постояльцу как массу радостей жизни, вроде бассейна и гриля, так и необходимую в японском саду визуальную сложность и многослойность.

Главная спальня.

Главная спальня.

Возможность жарить барбекю и созерцать, как растут камни, на фоне панорамы Нью-Йорка – уже само по себе круто. Но интерьеры Вервордта – это, конечно, отдельное удовольствие. С самурайской суровостью он оформил номер, в котором, естественно, есть всяческие роскошества типа профессиональной кухни и саун при ванных, как нечто среднее между пещерой и монашеской кельей.

Ванная комната при главной спальне.

Ванная комната при главной спальне.

Темные голые стены, шершавый камень, мебель из грубого дерева, вместо искусства на стенах – старинные японские штуки, вроде иссохших оконных рам. Сделано все из естественных и дорогих материалов, но выглядит не очень... гостеприимно: мол, нечего тут рассиживаться, дорогой постоялец, пора и о душе подумать.

Вторая ванная комната, помимо ванны и душа, оборудована мини-сауной.

Вторая ванная комната, помимо ванны и душа, оборудована мини-сауной.

Понятно, что приехавший в Нью-Йорк сибарит ждет от отельного номера не такого. Но так же очевидно, что все приезжающие в Нью-Йорк сибариты в ближайшее время будут драться друг с другом за право пожить в этом лаконичном и темном пространстве. Потому что оказаться здесь после пребывания в любом стандартном отеле – все равно что глотнуть свежего воздуха в парке после толчеи и духоты подземки.

Третья спальня может также служить кабинетом.

Третья спальня может также служить кабинетом.

В третьей спальне для пущей универсальности кровати заменены кушетками.

В третьей спальне для пущей универсальности кровати заменены кушетками.

Фото: Nikolas Koenig/архив пресс-службы
опубликовано в журнале №10 (133) ОКТЯБРЬ 2014

Комментарии