Дача на Оке

Кружевные скатерти, укрытые пледами диваны, полированные серванты на тонких ножках – по этим ностальгическим деталям легко угадывается почерк Юлии Голавской. Кажется, что декоратор не реконструирует прошлое, а честно в нем живет – если где-то в ее интерьере стоит старенький транзистор, можете не сомневаться, что он в рабочем состоянии и в положенный момент сообщит строгим дикторским голосом: “В Петропавловске-Камчатском полночь”. Умение Голавской путешествовать во времени пришлось очень кстати в этом проекте – ее заказчики, взрослая семейная пара, купили участок на Оке, чтоб “отдыхать здесь от всего – в доме нет ни вай-фая, не телевизора”.

Фрагмент малой гостиной. Ковер с репродукцией картины “Утро в сосновом лесу” куплен по случаю у прораба. Кресло из магазина “Градеж”, торгующего антиквариатом из Бельгии и Голландии. Антикварная скатерть из запасов хозяйки дома.

Фрагмент малой гостиной. Ковер с репродукцией картины “Утро в сосновом лесу” куплен по случаю у прораба. Кресло из магазина “Градеж”, торгующего антиквариатом из Бельгии и Голландии. Антикварная скатерть из запасов хозяйки дома.

Оформлять интерьер было решено тоже без лишнего напряжения: хозяева просили ограничиться минимальной отделкой, а сама Юлия хотела, чтобы “интерьер выглядел как попало”, и до сих пор переживает, не слишком ли в нем видна рука декоратора. Созданию слегка “непричесанного” антуража помог и сам дом – брус, из которого сложены его стены, начал трескаться уже в процессе стройки. “Вообще-то это не очень хорошо, но хозяева отнеслись к трещинам как к элементу декора”, – рассказывает Юлия.

Вид со стороны кухни на столовую. Стол застелен кружевной скатертью из коллекции хозяйки. Шторы сшиты из ткани “Трехгорной мануфактуры”.

Вид со стороны кухни на столовую. Стол застелен кружевной скатертью из коллекции хозяйки. Шторы сшиты из ткани “Трехгорной мануфактуры”.

Никто особо не расстроился, даже когда строители напутали с планировкой и забыли возвести одну из межкомнатных перегородок на втором этаже, отчего у заказчиков образовалась огромная спальня, зато поставили лишнюю стенку на первом. Из-за этого вместо открытой общей зоны там получилось две комнаты: гостиная, совмещенная со столовой, и так называемая телевизионная, хотя вообще-то никакого телевизора там нет. Место голубого экрана на стене заняли обложки журнала “Советский экран” в рамочках, а если хозяева хотят посмотреть какой-нибудь фильм, то включают кинопроектор.

Малая гостиная. Винтажный столик, Mobeledom. На стене — обложки журналов “Советский экран”, которые Юлия купила на сайте “Авито”. А шкаф — основание от серванта, которое ей подарила поклонница.

Малая гостиная. Винтажный столик, Mobeledom. На стене — обложки журналов “Советский экран”, которые Юлия купила на сайте “Авито”. А шкаф — основание от серванта, которое ей подарила поклонница.

Работа над интерьером шла около двух лет, потому что спешки никакой не было, и декоратор появлялась на объекте урывками – в основном приезжала летом, вместе с заказчиками. Зато в промежутках между этими визитами происходило много интересных событий. Например, после первой публикации в AD с Голавской связалась некая дама, пожелавшая отдать ей винтажный советский “подсервантник”. Ковер с мишками, который Юлия с заказчицей обнаружили в офисе у своего прораба и тут же решили: “Надо брать!” Антикварное напольное зеркало и круглый стол для спальни купили по случаю у друзей Голавской, а еще один винтажный шкафчик переехал сюда с другого ее объекта. Нескончаемые кружевные скатерти и салфетки – из запасов хозяйки, наконец-то им нашлось применение.

Фрагмент спальни. Стол и зеркало — российская мебель начала ХХ века. Диванчик — часть гарнитура, купленного в магазине “Градеж”. Светильник с абажуром из ткани сделан Голавской.

Фрагмент спальни. Стол и зеркало — российская мебель начала ХХ века. Диванчик — часть гарнитура, купленного в магазине “Градеж”. Светильник с абажуром из ткани сделан Голавской.

Все это очень похоже на естественный процесс, знакомый каждому дачнику, когда вещи приходят в дом без всякой системы: что-то достается тебе по наследству, что-то отдают друзья за ненадобностью, а что-то переезжает из городской квартиры. Ну а потом оказывается, что все как-то само собой сложилось и выглядит очень живописно. Только в реальной жизни этот эволюционный процесс тянется десятилетиями, а Юлия сжала его до пары лет, но на результат это никак не повлияло.

Из-за наличия газовой колонки изолировать небольшую кухню было невозможно, поэтому Голавская прикрыла рабочую зону льняными шторами. Кухонный гарнитур сделан на заказ.

Из-за наличия газовой колонки изолировать небольшую кухню было невозможно, поэтому Голавская прикрыла рабочую зону льняными шторами. Кухонный гарнитур сделан на заказ.

Получился настоящий дачный интерьер, готовый к любым экспромтам: уже на съемках для AD Голавская решила, что стол на кухне выглядит как-то голо, и положила на него банальную клеен­чатую скатерть. Это один из тех редких случаев, когда мы публикуем клеенку в нашем журнале, но что поделать – из песни слова не выкинешь.

На стене кухни — винтажная афиша к фильму “Старик Хоттабыч”. Стены из бруса покрыты белым лаком.

На стене кухни — винтажная афиша к фильму “Старик Хоттабыч”. Стены из бруса покрыты белым лаком.

Спальня хозяев. Покрывало ручной работы связано Наталией Марковой, Голавская познакомилась с ней через фейсбук. Скатерть — антиквариат, а подушка — из Zara Home.

Спальня хозяев. Покрывало ручной работы связано Наталией Марковой, Голавская познакомилась с ней через фейсбук. Скатерть — антиквариат, а подушка — из Zara Home.

Фрагмент спальни. На столе — антикварная скатерть из коллекции хозяйки. Картина — тоже из старых запасов хозяев дома.

Фрагмент спальни. На столе — антикварная скатерть из коллекции хозяйки. Картина — тоже из старых запасов хозяев дома.

У стены под лестницей —  основание старинной швейной машинки, задрапированное старинной кружевной салфеткой. Роль вазы выполняет антикварный зольник.

У стены под лестницей —  основание старинной швейной машинки, задрапированное старинной кружевной салфеткой. Роль вазы выполняет антикварный зольник.

Текст: Анастасия Ромашкевич

Фото: Сергей Ананьев
опубликовано в журнале №11 (134) НОЯБРЬ 2014

Комментарии