Дом с видами на горы в Кансае

Заказчики архитектора Томоко Икегаи несколько лет прожили за границей, а когда вернулись в Японию, решили построить себе нечто среднее между частным музеем и пансионатом. К такому решению располагали как имеющаяся у них коллекция современного искусства, так и сам участок – строить предполагалось в регионе Кансай, популярном у японцев курортном месте, которое знаменито своими горячими источниками.

Вид из столовой на двусветный холл. Металлическая скульптура высотой 5,5 м служит ограждением лестницы. Еще на пол-уровня выше находится гостиная.

Вид из столовой на двусветный холл. Металлическая скульптура высотой 5,5 м служит ограждением лестницы. Еще на пол-уровня выше находится гостиная.

Томоко в лучших традициях органической архитектуры решила “вживить” дом в ландшафт. Получилось здание П-образной формы, обнимающее небольшой внутренний двор и одновременно карабкающееся вверх по склону горы. Чем выше, тем лучше виды из окон.

Гостиная. Кресла, диван и журнальный столик, Promemoria.

Гостиная. Кресла, диван и журнальный столик, Promemoria.

Поскольку хозяева дома собирают не только современное искусство, но и шедевры автопрома, весь цокольный этаж отведен под гараж. Он единственный не просматривается с улицы – в отличие от других помещений, которые видны буквально насквозь.

Вид из окна гостиной. В дно бассейна встроена оптоволоконная подсветка, поэтому в темное время суток вода и покрывающая ее корочка льда излучают голубоватое сияние.

Вид из окна гостиной. В дно бассейна встроена оптоволоконная подсветка, поэтому в темное время суток вода и покрывающая ее корочка льда излучают голубоватое сияние.

В общественной зоне на первом этаже нет ни единой перегородки. “Я хотела, чтобы пространства абсолютно свободно перетекали друг в друга, – объясняет Томоко. – Глаз не встречает никаких препятствий, а благодаря раздвижным дверям граница между домом и ландшафтом размыта”. 

Обеденный стол раскладывается с помощью встроенного электронного механизма. Светильники, Brand van Egmond.

Обеденный стол раскладывается с помощью встроенного электронного механизма. Светильники, Brand van Egmond.

Ощущение единства приро­ды и архитектуры усиливает отделка – ­натуральное дерево и грубый камень, которым выложен не только фасад, но и часть внутренних стен. Однако, в отличие от дикой и непредсказуемой природы за окном, интерьер строго подчинен единой схеме. “Я хотела максимально унифицировать пространство”, – рассказывает архитектор, которая намеренно избегала ярких визуальных акцентов. 

Кухонные шкафчики сделаны на заказ из зебрано. Столешницы из гранита. На стене —  скульптура Эйсаку Андо.

Кухонные шкафчики сделаны на заказ из зебрано. Столешницы из гранита. На стене —  скульптура Эйсаку Андо.

Всё самое интересное находится снаружи – заросшие горные склоны видны из любой точки дома. Стоящая в комнатах мебель привлекает к себе не больше внимания, чем банкетки в музейных залах. Даже высота потолков во всех комнатах одинаковая.

Стены ванной выложены мрамором. Ванна, Jaxson.

Стены ванной выложены мрамором. Ванна, Jaxson.

Заказчики Томоко просили у нее “дом в западном стиле”. Формально она это требование выполнила. Но на самом деле в нем всё проникнуто восточной философией.

По широким ступеням вода каскадом стекает в бассейн — это один из приемов, который помог архитектору вписать дом в горный ландшафт.

По широким ступеням вода каскадом стекает в бассейн — это один из приемов, который помог архитектору вписать дом в горный ландшафт.

Икегаи верит, что дома, в которых мы живем, влияют на состояние нашей души. Устройство этого располагает к характерной для японцев созерцательности и вызывает ощущения, сравнимые с тем, что переживает человек во время медитации – полную ясность и глубокий покой.

Одна из трех гостевых комнат. Вся мебель, B&B Italia. В изголовье кровати — работа  корейского художника  Ли Чже Хё.

Одна из трех гостевых комнат. Вся мебель, B&B Italia. В изголовье кровати — работа  корейского художника  Ли Чже Хё.

Книжные стеллажи в библиотеке отделаны ­кожей, потолки и пол из тика.

Книжные стеллажи в библиотеке отделаны ­кожей, потолки и пол из тика.

На бетонной стене гаража — картина Aoki Tora Акиры Нагасавы.

На бетонной стене гаража — картина Aoki Tora Акиры Нагасавы.

Металлическая лошадь — работа израильского скульп­тора Менаше Кадишмана.

Металлическая лошадь — работа израильского скульп­тора Менаше Кадишмана.

Текст: Марио де Кастро

Фото: джимми корссен
опубликовано в журнале №12 (102) декабрь-январь 2011/2012

Комментарии