Вилла Розенхаут в Бельгии

Хозяин дома, модельер и декоратор Эдуард Вермёлен

На встречу, которую он нам назначил у себя в бутике, Эдуард Вермёлен опоздал на полтора часа. Впрочем, причина оказалась уважительной: модельер и хозяин марки Natan был срочно вызван во дворец к своей главной клиентке, королеве Бельгии. Наряды для особ голубых кровей (в том числе подвенечные) – специализация ­Вермёлена, в бутике которого даже имеется особая примерочная для родовитых заказчиц. Да и “простые” покупательницы, за которыми мы с фотографом имели возможность понаблюдать, пока хозяин отсутствовал, прибывают сюда не иначе как в сопровож­дении личного шофера.

Осеннее утро в поместье Эдуарда Вермёлена. Садовые скульптуры — из брюссельской анти­кварной лавки.

Осеннее утро в поместье Эдуарда Вермёлена. Садовые скульптуры — из брюссельской анти­кварной лавки.

Вообще-то Вермёлен учился на декоратора и модельером стал по стечению обстоятельств. Отучившись в Королевской академии изящных искусств, он снял небольшую студию в том же здании, где располагалось ателье модельера Поля Натана, а когда тот отправился в мир иной, решил перехватить бизнес, оставшийся без хозяина. Эдуард дал в газету ­объявление о найме белошвейки, и дело пошло. Как видите, на редкость удачно.

Диваны, кресла, стул и журнальный столик для гостиной куплены у Акселя Вервордта. На заднем плане стол в густавианском стиле и каменная садовая ваза из Франции. Обе вещи — XVIII века. Стены обшиты антикварными резными панелями.

Диваны, кресла, стул и журнальный столик для гостиной куплены у Акселя Вервордта. На заднем плане стол в густавианском стиле и каменная садовая ваза из Франции. Обе вещи — XVIII века. Стены обшиты антикварными резными панелями.

Большой разницы между работой модельера и декоратора Вермёлен не видит, хотя одно отличие все же есть: “Занимаясь модой, ты должен меняться, иначе просто не выжить, – говорит он. – А хороший интерьер может существовать вне времени. Потому-то мне и было так интересно заниматься реконструкцией виллы Розенхаут”. Именно туда мы сейчас направляемся.

Деревянные панели сделаны на заказ и искусственно состарены.

Деревянные панели сделаны на заказ и искусственно состарены.

За окнами машины мелькают зеленые луга, по земле стелется дымка. Неподалеку от дома модельера – пруд, в зеркальной глади которого отражается растущий вдоль берегов орешник, отчего вода кажется совсем зеленой. Нетрудно понять, почему в XVII–XVIII веках эти места пользовались популярностью у представителей знати. Вилла Розенхаут – как раз из тех времен.

Мебель для медиакомнаты, за исключением секретера в стиле Директории, Эдуард купил у своего друга, ­декоратора и антиквара Акселя Вервордта.

Мебель для медиакомнаты, за исключением секретера в стиле Директории, Эдуард купил у своего друга, ­декоратора и антиквара Акселя Вервордта.

Если верить надписи на плите при входе в дом, она была построена в 1790 году. Первым хозяином дома был тогдашний мэр города Мехелена, он приезжал в эти места поохотиться. Позже здание перестроили, добавив сбоку новое крыло и тем самым нарушив его симметрию. Новый хозяин, купивший виллу в начале 1990-х годов, постарался это если не исправить, то хотя бы спрятать, для чего пустил по фасаду плющ.

Каменная лестница в холле сделана на заказ. Секретер куплен в одном из антикварных магазинов Брюсселя. Кресло по дизайну Акселя Вервордта.

Каменная лестница в холле сделана на заказ. Секретер куплен в одном из антикварных магазинов Брюсселя. Кресло по дизайну Акселя Вервордта.

Внутреннее пространство потребовало более существенного вмешательства – дом достался Вермёлену с обстановкой в стиле 1960-х годов, и он решил здесь все переделать, вернув интерьеру, насколько это возможно, исторический облик. “Я люблю романтический стиль XVIII столетия, – говорит Вермёлен. – Мне нравится жить в доме, из окон которого открываются прекрасные виды, и при желании ты всегда можешь вздремнуть у себя в саду”.

Вид из столовой на гостиную: благодаря анфиладной планировке дом просматривается насквозь.

Вид из столовой на гостиную: благодаря анфиладной планировке дом просматривается насквозь.

Для реконструкции он, где можно, использовал старинные материалы: например, черно-белые мраморные плиты, которые прежде лежали на полу какого-то французского замка. А где нельзя, применял декоративные хитрости: деревянные панели сделаны в наши дни, но так тщательно состарены, что их не отличить от антиквариата.

Рабочий уголок. Стол в стиле Чиппендейла и кресло в стиле Людовика XV — из Англии. Портрет военного куплен у Акселя Вервордта.

Рабочий уголок. Стол в стиле Чиппендейла и кресло в стиле Людовика XV — из Англии. Портрет военного куплен у Акселя Вервордта.

“Я не люблю орнаменты, поэтому использовал простые цвета, которые выглядят современно, но в то же время соответствуют духу старого дома”, – объясняет хозяин выбор палитры, которая строится на серовато-зеленых, как бы покрытых патиной времени оттенках. Интерьер у Вермёлена получился хоть с иголочки, но очень благородный – на то он и королевский портной. 

Фрагмент гостиной. На барочном столе XVIII века с мраморной столешницей — коллекция антикварных китайских ваз и тарелок.

Фрагмент гостиной. На барочном столе XVIII века с мраморной столешницей — коллекция антикварных китайских ваз и тарелок.

Традиционная кухня со столешницей, выло­женной плиткой, была сделана на заказ во время реконструкции.

Традиционная кухня со столешницей, выло­женной плиткой, была сделана на заказ во время реконструкции.

Два деревянных бюста — из старинной шляпной мастерской.

Два деревянных бюста — из старинной шляпной мастерской.

Садом вокруг виллы Розенхаут занимался ландшафтный архитектор Марк Моррис. За старинной металлической оградой видна дверь, ведущая на кухню.

Садом вокруг виллы Розенхаут занимался ландшафтный архитектор Марк Моррис. За старинной металлической оградой видна дверь, ведущая на кухню.

Текст: Марк Хельденс

Комментарии