Итоги 2014: Лучшие декораторы и архитекторы России

В нашем списке  люди, которые неимоверно талантливы в сложном и увлекательном деле дизайна интерьеров. Кто-то из них предпочитает называть себя декоратором, кто-то  архитектором. Но суть одна: это профессионалы, в руках которых не будет упущена ни одна деталь проекта, а результат будет радовать заказчиков, а также журнал AD  их работы мы печатали много раз и будем ­печатать еще.

1. za bor


Архитектурную мастерскую с брутальным названием два выпускника МАРХИ Арсений Борисенко и Петр Зайцев придумали в 2003 году. Несмотря на молодость (обоим основателям нет еще сорока), za bor имеет и узнаваемый стиль, и серьезное портфолио. На их счету десять офисов “Яндекса”, включая московский и стамбульский, проект перестройки кинотеатра “Пушкинский” и несколько частных интерьеров, которые полюбились бы Петеру Цумтору. Борисенко и Зайцев проектируют для своих интерьеров минималистичную встроенную мебель, обожают сложные динамичные формы и считают, что белый – король всех цветов. “Мы очень любим экспериментировать с геометрией пространства, – говорит Арсений. – Мы его ломаем, рвем, жуем и чего только не делаем”. Но их изломы всегда подчинены общей логике здания. Впрочем, когда заказ того требует, za bor прекрасно работает с яркими деталями и мягкой мебелью. Отличный пример – недавно открывшийся ресторан сербской кухни “Н. Тесла” с интерьером от za bor (где, кстати, хорошо кормят).

2. Майк Шилов


На первый взгляд, смена рода деятельности Шилова – от глянцевого журналиста к дизайнеру интерьеров – довольно стремительна: еще семь лет назад выходили его статьи про ароматы, а сейчас только проекты в профессиональных журналах. На самом деле Майк подготовился основательно: отучился в Международной школе дизайна, прошел несколько зарубежных стажировок (в том числе и редких японских) и подружился со всеми главными игроками. Свой стиль называет “артистическим минимализмом” и любит работать с необычными помещениями, мебелью и людьми. В последнем своем проекте впервые выступил не только как декоратор, но и как архитектор и ландшафтный дизайнер. “Мне всегда не нравилось в наших домах то, что они часто выглядят как медали за борьбу архитектора с внешними обстоятельствами – с рельефом, пейзажем и заказчиком. А я хочу рассказать историю сосуществования, причем модную и эффектную”. И у него точно получится, шиловская дотошность всегда была притчей во языцех.

Дом в Подмосковье.

Дом в Подмосковье.

3. Юлия Голавская


Выпускница школы “Детали” 2004 года, Юля негласно считается главным в Москве специалистом по маленьким квартирам. И действительно – она умеет сделать из шестидесятиметровой крошки не просто пригодное для жизни, но и гармонично устроенное пространство. Впрочем, большие проекты у Голавской тоже получаются уютными и домашними. С заказчиками она старается построить доверительные отношения, поэтому клиенты буквально передают ее из рук в руки. Она любит работать с текстилем, винтажными вещами и всегда оставляет что-то из прошлой жизни хозяев, чтобы новый дом не выглядел уж слишком новым. Ее дизайн вообще “с человеческим лицом”, она уверена: если присутствие людей портит интерьер, значит, с ним что-то не так. Вдохновение черпает из книжек. Самой полезной считает “Стиль жизни” авторства Жиля де Шабанье и Стаффорда Клиффа. “В ней собраны интерьеры, стиль которых можно определить как “поэтическая повседневность”, – объясняет Голавская свою привязанность. В свободное время много фотографирует, и карточки у нее получаются такими же “поэтическими”, как и квартиры.

Деревянная дача в Подмосковье.

Деревянная дача в Подмосковье.

4. Олег Клодт и Анна Агапова


“Архитектурное бюро Олега Клодта” основано в 2000 году и много лет уже строит дома и оформляет квартиры для людей с классическими представлениями о прекрасном. Сам Клодт (потомок питерского скульптора Петра Карловича Клодта, разумеется) называет свою манеру “интеллигентной”, всегда заботится о том, чтобы заказчик не отрывался от корней, но и про модные тенденции не забывал. За них в тандеме отвечает Анна Агапова: она подбирает мебель и аксессуары, находя вещи, соответствующие по духу сдержанной манере Олега Клодта. Обычно в проектах домов у архитекторов бóльшая часть бюджета уходит на дорогостоящее оформление фасадов и прочие внешние премудрости. Клодт же уверен, что вкладываться надо скорее в интерьер. “В ­современ­ной  жизни человек обычно много переезжает, поэтому имеет больший смысл обзаводиться качественным и дорогим движимым имуществом, чем драгоценными стенами, которые ­никак нельзя взять с собой”.

Квартира на Саввинской набережной.

Квартира на Саввинской набережной.

5. “Цимайло Ляшенко & партнеры”


Александр Цимайло и Николай Ляшенко – выпускники МАРХИ. После института Александр около десяти лет работал в бюро “Группа АБВ”, а Николай жил в Германии, где возглавлял креативный отдел компании Köhler Architekten. Бюро “Цимайло Ляшенко & парт­неры” основано в 2001 году. На его счету десятки частных домов и победы в крупных градостроительных конкурсах. Это одно из тех бюро, про которые вспоминают, когда хотят похвастаться перед западными коллегами тем, что в России тоже есть современная архитектура. Они начинали с частных домов в модернистском духе на Рублевке и Новой Риге – много дерева и стекла, мало мебели и декора, а сейчас строят жилые комплексы самого разного калибра. За последнее время сделали проекты нескольких домов в центре Москвы и умудрились почти не раздражить защитников исторической правды. Не то чтобы их обтекаемый кондоминиум с витражным остеклением в Ордынском тупике похож на доходный дом XIX века, но он не спорит по высоте с окружающей застройкой, функционально зонирован, и при его строительстве не должен пострадать ни один памятник архитектуры.

6. Павел Абрамов


Окончил МАРХИ, сотрудничал с “Моспроектом-2”, участвовал в проекте строительства здания Московской межбанковской валютной биржи и реконструкции здания Сената в Кремле, придумывал московский офис “Билайна”. В 1997 году основал свое бюро “Ардепо”, в котором кроме него постоянно работают шесть человек – по большей части все те же, с кем Абрамов начинал. Стиль свой определяет как классический минимализм и уверяет, что адаптироваться под заказчика ему не приходится. “Люди, которые обращаются к нам, в основном знают, чего ждать, так что сюрпризы случаются нечасто, – говорит Павел. – Тем более что я сразу предупреждаю: архитектор на проекте главный человек. Вы можете высказать свои пожелания, но не более того”. И его слушают, и возвращаются снова и снова. Возможно, потому, что он один из немногих русских архитекторов, который достаточно близко подошел к пониманию концепции идеального пустого пространства. Почти как настоящий японец.

7. Екатерина Гердт


Два года назад Екатерина открыла на Фрунзенской набережной “Мастерскую” – что-то среднее между антикварным магазином, клубом по интересам и дизайн-бюро. Как уверяет дизайнер, то была вынужденная мера. Как только она бралась за интерьер, оказывалось, что в Москве невозможно отыскать для него то люстру, то вазу, то еще какую-нибудь жизненно важную мелочь. Пришлось взять дело в свои руки: выучить все входы и выходы на парижских и барселонских блошиных рынках, наладить поставки в Москву, а затем собрать вокруг таких же любителей нефабричных и необычных предметов. Где-то сработало сарафанное радио, кто-то просто заглянул на огонек, увидев приветливо горящие в окнах люстры. Но сейчас, по словам Екатерины, она больше не говорит заказчикам: “Это невозможно найти”. Проектам эта история только пошла на пользу – в “Мастерской” всегда оказывается вещь, которая станет точкой отсчета для нового интерьера. А главное, другой такой точно ни у кого не будет.

Парижская квартира старого друга и клиента Екатерины Гердт.

Парижская квартира старого друга и клиента Екатерины Гердт.

8. Татьяна Боронина


Выпускница МАРХИ, основательница студии, которая называется, как наш журнал, AD (только расшифровывается аббревиатура как Architecture & Design), и последовательная поклонница классических интерьеров. Татьяна уверена, что проверенные годами и веками рецепты работают лучше новомодных изобретений. Хотя и тут она готова сделать исключение, если того требуют условия игры. У Татьяны необычные отношения с заказчиками – она предпочитает въедливых, тех, кто всегда держит руку на пульсе. В таком соавторстве рождаются истина и продуманный дом, в котором будет хорошо многим поколениям семьи. Она берет в свою студию только архитекторов, хотя в основном занимается оформлением интерьеров. “Они гораздо лучше дизайнеров, а тем более декораторов, знают, как работать с пространством”. Кстати, традиционные вкусы совсем не мешают Татьяне постоянно использовать необычные проектировочные решения, заменять всю мебель на встроенную или придумывать квартиры-трансформеры.

9. Сергей Огурцов


Выпускник Рижского авиационного университета, он некоторое время проработал маркетологом, но потом понял, что это совсем не его стезя. Окончил Академию искусств в Сан-Франциско по специальности “дизайнер интерьеров” и в 2010 году открыл бюро SOG Interiors. Из Калифорнии Сергей привез нежную любовь к американскому дизайну (он поклонник Келли Уирстлер) и клиентоориентированный подход к декору. “Я стараюсь сделать процесс работы приятным для всех сторон, и мне кажется, так и должно быть, когда создаешь гармоничный интерьер”, – говорит он. Для него часто проект начинается с деталей, к которым подбирается все остальное: иногда это ткань, иногда необычная ориентация помещения по сторонам света, иногда бабушкино кресло, без которого семья не представляет себе уютную гостиную. Квартиры у Огурцова получаются универсальные и простые, но совсем не скучные – ровно такие, “куда хочется возвращаться снова и снова”, как он пишет на своем сайте.

Рижские апартаменты автомагната Олега Пименова.

Рижские апартаменты автомагната Олега Пименова.

10. Георгий и Надежда Ананьевы


Оба учились в “Строгановке” на художников-керамистов, но сейчас рисуют только планы и эскизы новых квартир и загородных домов. Ананьевы – один из самых правильно построенных брендов на русском декораторском рынке: их лица знают по многочисленным публикациям, они преподают в школе “Детали” и в Британской школе дизайна, у них налажена четкая линия общения с заказчиком, которая не допускает даже тени конфликта. Сказать, что Ананьевы работают в каком-то определенном стиле, нельзя, они умеют делать все, от классики до скандинавского минимализма. Сами любят стиль 1960-х, но клиентам его никогда не навязывают. Отлично работают с текстилем, принтами и декоративными элементами, но не забывают и про объемы: в их интерьерах всегда все на своих местах. А еще их обожают студенты и говорят, что никто так, как Ананьевы, четко и по делу не рассказывает о главных подвод­ных камнях, с которыми придется столкнуться будущим декораторам.

11. Suite Home Interiors


Три выпускницы школы “Детали” – Полина Белякова, Екатерина Григорьева и Екатерина Понятовская – работали вместе с 2008 года, но недавно трио превратилось в дуэт – Понятовская сменила работу. Уверяют, что, как только увидели первые мудборды друг друга, поняли: им по пути. Между собой на проектах барышни никогда не спорят (что не мешает им иметь собственные квартиры в абсолютно разных стилях), только иногда с заказчиком. “Мы всегда просим сначала внимательно изучить наше портфолио и понять, что радикально другого мы точно не сделаем, – говорят они. – Но все равно приходится многое объяснять уже в процессе работы”. Девушки часто сетуют, что им не хватает архитектурной подготовки: в современных квартирах такие беспомощные планировки, что приходится в первую очередь исправлять их, а потом уже заниматься дизайнерскими вопросами. Интерьеры получаются у Suite Home взрослые, сдержанные и абсолютно европейские. Раньше, как и многие ученики “Деталей”, увлекались дополнительными цветами, сейчас полюбили светлые, солнечные интерьеры.

Квартира в Ружейном переулке в Москве.

Квартира в Ружейном переулке в Москве.

12. Николай Белоусов


Выпускник МАРХИ 1980 года, Белоусов не пошел по обычному пути своего архитектурного поколения и не стал признаваться в любви Людвигу Мис ван дер Роэ и Фрэнку Гери. Он выбрал другой объект поклонения – дерево. Сначала организовал мастерскую, специализирующуюся исключительно на деревянном строительстве, потом производство в Костромской области. Сейчас можно сказать, что никто в России не разбирается в традиционных (а значит, проверенных) способах обработки, хранения и использования дерева лучше, чем Николай. При этом в его архитектурном стиле ничего антикварного и в помине нет – он строит современные, минималистские дома, но по технологиям XVII века. Белоусов – постоянный участник конференций и лауреат многочисленных премий. Его любят за то, что, глядя на дома, выходящие из-под его метафорического топора, сразу можно сказать, на какой земле они выросли. А еще он уверяет, что в деревянных домах продолжительность жизни куда больше, чем в любых других. Стоит проверить!

Охотничье имение в Рязанской области.

Охотничье имение в Рязанской области.

13. “Акант”


Архитектурное бюро “Акант”, или “Бюро на Яузе”, как они себя сами называют, – одно из старейших в Москве, образовано в 1987 году. Главные люди в нем – Федор Арзаманов, Антон Атлас и Олег Зареченский. Все выпускники МАРХИ и большие трудяги – берутся за сложные перепланировки квартир, строительство с нуля и другие задачи, которые могут напугать среднестатистического русского декоратора. Работают в самых разных стилях – от уютнейшей дачной классики до модернизма, успешно сотрудничают с западными декораторами и стараются не привлекать к себе особого внимания русских коллег по цеху. Заказчиков по возможности пытаются образовывать, прививать им вкус к хорошим интерьерам и грамотным постановкам задач. Больше всего любят работать со свободными планировками (сами всегда делают такие) и много и к месту используют в проектах современное искусство.

14. Петр Костелов


До 1996 года трудился по своей первой специальности – художником-постановщиком в кино, а потом решил попробовать себя в “реальном мире”. Стал одним из немногих русских архитекторов, которых неплохо знают на Западе: его печатали Frame и Wallpaper*. Работает один, без команды, и считает это своей сильной стороной. “Я полностью отвечаю за свой проект от начала до конца, и мои клиенты не платят за имя, за которым стоит армия подмастерьев”. Еще одно неоспоримое достоинство Костелова – умение использовать  пространство полностью и зонировать его всеми возможными способами. В ход идут перепады уровней, ниши, перегородки со встроенными полками и прочие хитрости. В результате его интерьер будто ведет хозяина по единственно верной дорожке, не позволяя отклониться ни на шаг. Оформление Петр предпочитает выбирать без особых излишеств: дерево, бетон, иногда металлические листы. Главное – найти функциональное объяснение любой детали или распрощаться с ней навсегда. С заказчиками работает так же последовательно: составляет поэтапный план действий, в котором прописаны все права и обязанности сторон.

Зона отдыха на даче в деревне Зенькино.

Зона отдыха на даче в деревне Зенькино.

15. Максим Лангуев


Петербургский дизайнер, владелец галереи “Атмосфера” и арт-директор Galerie 46. Среди его известных проектов – рестораны Le Borshch, “Де Факто”, “Зима-бар” и чайное кафе “Унция” на Невском проспекте. Окончил Аграрный университет и даже проработал несколько лет по специальности, потом переметнулся в сторону ландшафтного дизайна, а с 1999 года стал практиковать как декоратор. Начал с того, что расписал стену в кафе, принадлежавшем друзьям. Максим – любимец хипстерской прессы вроде The Village и Wonderzine, но сам он относится к такой славе с опаской, считая свой стиль спокойным и небрежно-уютным. Предметы для своих интерьеров (и магазина, разумеется) ищет на блошиных рынках и в магазинчиках Англии, Франции и Марокко. Не любит, когда его спрашивают “про концепцию”: говорит, что всегда просто собирает понравившиеся предметы так, чтобы они звучали рядом друг с другом.

Квартира в Санкт-Петербурге.

Квартира в Санкт-Петербурге.

16. Лейла Улуханли


Ее проекты не часто появляются на страницах журналов, но исключительно потому, что все клиенты Улуханли боятся публичности как огня. А вот сама азербайджанская красавица, напротив, с удовольствием позирует для Tatler на светских вечеринках. Но на этом и заканчивается ее беспечность – интерьеры Лейла делает основательные, часто с элементами ар-деко, в котором она большой специалист. Любит, когда удается использовать настоящий антиквариат или “остатки былой роскоши” вроде сохранившейся лепнины или наборного паркета. Но в то же время знает, что жить в музее не хочет никто, поэтому в ее проектах старина выглядит всегда с иголочки. Работает Лейла тоже серьезно, по старинке сопровождая каждую идею прекрасно выполненной акварелью: говорит, что ее аудитория не понимает 3D-рендеров. “Мой главный секрет, может, и звучит банально, но всегда действует, – говорит она. – Я каждый интерьер делаю как для себя. И это не значит, что наши вкусы с заказчиком обязательно совпадают. Просто уровень ответственности всегда очень высок”.

Квартира в Гранатовом переулке.

Квартира в Гранатовом переулке.

17. Алексей Козырь


Самый “железобетонный” из русских архитекторов – материал этот обожает и без устали доказывает всем и вся, что в нем нет ничего холодного и мрачного. Козырь окончил МАРХИ в 1993-м и уже через год вместе с Иваном Чувелевым и Натальей Лобановой открыл бюро Arch4, а в 2006 году отправился в свободное плавание. Лауреат всех возможных архитектурных наград и участник множества художественных выставок, строит Козырь не слишком много, зато убедительно: его дом-самолет или квартира в высотке на Кудринской набережной, которая в процессе работы стала в два раза больше по метражу, мало кого может оставить равнодушным. Несмотря на внешнюю суровость как самого Алексея, так и его работ, для него любой проект является аттракционом, который необходимо напичкать как можно большим количеством придумок. Если ванна – то в аквариуме, если камин – то крутящийся вокруг своей оси, и так до бесконечности. “В моей архитектуре нет ничего серьезного, кроме веса, – говорит Козырь. – Что я ни придумаю, все не меньше трех тонн”.

Ресторан Loft в Обнинске.

Ресторан Loft в Обнинске.

18. Елена Лазаренко


Выпускница Санкт-Петербургского реставрационного училища, оформлением частных и общественных интерьеров занимается больше десяти лет. В ее послужном списке – московские рестораны Bistrot, “Дом Карло”, “Остерия Оливетта” и “Остерия Монтироли”. Елена много работала с Александрой Вертинской, они вместе участвовали в первой выставке “Неделя декора” в России. О своем собственном стиле предпочитает не говорить: “Интерьер – это в первую очередь чей-то дом. Поэтому я внимательно и с уважением слушаю его хозяев”, – говорит Лазаренко. Свою миссию видит в том, чтобы направить заказчика в сторону функциональности, комфорта и правильного распределения пространства. Уверяет, что с первого взгляда может определить, будет ли удобно сидеть в том или ином кресле. И, вероятнее всего, не обманывает, по крайней мере, в оформленных ею ресторанах стоит только самая правильная мебель.

Жилой дом в Горках-8.

Жилой дом в Горках-8.

19. Pole Design


Владимир Кузьмин и Владислав Савинкин – выпускники кафедры дизайна архитектурной среды МАРХИ и ученики легендарного Александра Ермолаева. Впервые громко заявили о себе в 1998-м, получив Госпремию за фирменный стиль продукции компании “Биоинъектор”, выпускающей сейфы. Основатели студии Pole Design, которая занимается по большей части выставочными экспозициями. Самая известная из них – дизайн Русского павильона на XI Венецианской архитектурной биеннале. Но Савинкин и Кузьмин вообще от забвения не страдают. Эта яркая пара выделяется на любом архитектурном сборище: цеховая застенчивость и закрытость им совсем не свойственны. Вот и проекты у них получаются эффектные и часто эпатажные – то дом-рыба, то женщина-сейф, то лапша из кориана. Своей путеводной звездой они считают Фрэнка Гери и активно пропагандируют синтез современного искусства и архитектуры. Не забывают и о национальных традициях – этим летом соорудили в Никола-Ленивце многоярусный ступенчатый сруб “Ленивый зиккурат”.

“Ленивый зиккурат” в Никола-Ленивце.

“Ленивый зиккурат” в Никола-Ленивце.

20. Arch4


Бренд Arch4 существует с 1994 года – в 2000 году студия Arch4 открылась в Москве и Базеле, затем последовал офис в Париже. Сейчас во главе студии стоят Наталья Лобанова и Иван Чувелев, которые называют себя “последовательными лофтистами”. Arch4 для русского архитектурного поля – явление уникальное. Они не только являются авторами того сложноуловимого стиля, который безошибочно опознается московской публикой как luxury, но и создателями интерьеров всех главных бутиков Столешникова переулка. Среди их клиентов – Louis Vuitton, Vacheron Constantin, Cartier, Piaget, Chanel и Hermès (для последних Arch4 строили бутик и в Базеле). И при этом они остаются очень русскими, или, как говорит про них Григорий Ревзин, советскими, архитекторами – не уходят ни в бездумное преклонение перед западными образцами, ни в лубок. И делают высокотехнологические, основательные и безупречные интерьеры, используя бетон, дерево и стекло.

M-House на берегу Истры.

M-House на берегу Истры.

Продолжение читайте на следующей странице

страница 1 из 2 Читать далее
Фото: Tim Beddow/ELLE DECORATION Russia; сергей ананьев; Frank herfort; Аня Митрохина; михаил степанов; mads mogensen; William webster; анастасия яцкевич; Елена Каёкина; richard powers; fritz von der schulenburg; Зинон Разутдинов; тимур артамонов; дмитрий лившиц; дмитрий пленкин; Karim Kouki; кирилл овчинников; xavier béjot; manolo yllera; алексей народицкий; михаил степанов; василий буланов; архив пресс-службы

Комментарии