Квартира в Москве по проекту Кирилла Истомина, 80 м²

Декоратор Кирилл Истомин

Кирилл Истомин – самый иностранный из русских декораторов. Благодаря учебе и работе в Америке он подходит к интерьерам по-западному: великолепно разбирается в исторических стилях, знает антиквариат и винтаж, виртуозно сочетает вещи и прибегает в работе к экзотическим для России штукам типа “использование старинного паркета из разрушенного особняка” – когда мы пишем о европейских интерьерах, этот мотив встречается сплошь и рядом. О русских – только в случае с истоминскими проектами.

Китайская люстра ранее висела в прихожей Брук Астор в Нью-Йорке; ореховый секретер, Франция, XIX век, из коллекции Элен Роша, куплен в Париже; коллекция винтажных ботанических литографий и пара старинных английских стульев приобретены в Лондоне; деревянный портал в китайском стиле и настенное панелирование с зеркальными вставками выполнены по эскизам Истомина; бра с подвесками из горного хрусталя, Bagués.

Китайская люстра ранее висела в прихожей Брук Астор в Нью-Йорке; ореховый секретер, Франция, XIX век, из коллекции Элен Роша, куплен в Париже; коллекция винтажных ботанических литографий и пара старинных английских стульев приобретены в Лондоне; деревянный портал в китайском стиле и настенное панелирование с зеркальными вставками выполнены по эскизам Истомина; бра с подвесками из горного хрусталя, Bagués.

И одновременно Истомин – возможно, самый русский из наших декораторов. Понимание прекрасного у него очень... национальное: он смотрит на свои объекты, по-моему, так же, как смотрели архитекторы Екатерины Великой на оформляемые ими комнаты в Царском Селе.

Кресло с крутящимся сиденьем из коллекции Ли Анненберг обтянуто бархатом, Allegra Hicks; антикварные китайские подсвечники куплены в Париже; винтажные “китайские” обои ручной росписи, de Gournay, были специально заново скомпонованы для стен коридора.

Кресло с крутящимся сиденьем из коллекции Ли Анненберг обтянуто бархатом, Allegra Hicks; антикварные китайские подсвечники куплены в Париже; винтажные “китайские” обои ручной росписи, de Gournay, были специально заново скомпонованы для стен коридора.

Не удивительно, что заказчики у Кирилла в основном самого высокого полета и в портфолио его множество домов, ни в чем не уступающих дворцам. Этот проект, однако, совершенно необычен – работающие на Истомина прекрасные девушки-пиарщицы показывали мне его с колебанием.

Женский портрет над диваном, Россия, конец XVIII века; люстра, Россия, конец XIX века; антикварный китайский журнальный столик из коллекции Элен Роша; настольная лампа слева от дивана, Россия, конец XIX века, — собственность хозяев; диван сделан на заказ и обтянут бархатом от Scalamandré; пара кресел обтянута стеганым шелком от Highland Court; подушки на диване из фиолетового бархата от Manuel Canovas; стеллаж с зеркальным задником выполнен по эскизам Истомина в Москве.

Женский портрет над диваном, Россия, конец XVIII века; люстра, Россия, конец XIX века; антикварный китайский журнальный столик из коллекции Элен Роша; настольная лампа слева от дивана, Россия, конец XIX века, — собственность хозяев; диван сделан на заказ и обтянут бархатом от Scalamandré; пара кресел обтянута стеганым шелком от Highland Court; подушки на диване из фиолетового бархата от Manuel Canovas; стеллаж с зеркальным задником выполнен по эскизам Истомина в Москве.

Дело в том, что площадь интерьера, о котором идет речь, совсем не дворцовая и не “истоминская”. Это не дом, не вилла, а квартира – маленькая, 80 м², квартира в тихом доме 1950-х годов. Принадлежит она семье, с которой Истомин уже работал раньше – оформлял им загородный дом; эта квартира должна была использоваться два-три дня в неделю.

Покрывало на кровать из старинного кружева и накидки на подушки сделаны по аналогу личной спальни императрицы Александры Федоровны в Царском Селе; восточный ковер на стене — собственность хозяев; шерстяной ковер на полу выполнен на заказ.

Покрывало на кровать из старинного кружева и накидки на подушки сделаны по аналогу личной спальни императрицы Александры Федоровны в Царском Селе; восточный ковер на стене — собственность хозяев; шерстяной ковер на полу выполнен на заказ.

“Мы с этими людьми очень сошлись и оказались душевно близки, работать с ними вместе над интерьером было невероятным удовольствием. Они любят антиквариат, любят все старинное и винтажное – в России это редкость”, – рассказывает Кирилл.

Французский антикварный комод ранее принадлежал роду князей Оболенских; встроенные шкафы выполнены по эскизам Истомина и изготовлены в Москве.

Французский антикварный комод ранее принадлежал роду князей Оболенских; встроенные шкафы выполнены по эскизам Истомина и изготовлены в Москве.

В основу интерьера легли... винтажные обои 1950-х годов в стиле шинуазри, которыми оклеена стена в коридоре. “Мы купили эти обои и стали от них “танцевать”. Монтировать их было нелегко: винтажные обои сняты с чьей-то стены, в них есть потертости и дырки, пришлось все перекраивать. Высоты не хватило на всю стену – так по низу коридора появился зеркальный фриз”. Коридор, кстати, был единственным фрагментом квартиры, который Истомин перестраивал – делал шире. “Секретер, который там сейчас стоит, в спальню все равно не вставал. Мы расширили коридор, чтобы обеспечить там полноценное рабочее место”.

Занавески выполнены из шелка, Jim Thompson; ламбрекен и кресло обиты льном ручной печати с авторским орнаментом. Портрет персидского шаха над кроватью — копия оригинала XVIII века; подушка на кровати из винтажного тигрового бархата от Le Manach; изголовье сделано на заказ по эскизам Истомина и обтянуто тканью от Kravet Couture; покрывало на кровать сделано на заказ из шелка от Clarence House; пара восточных керамических прикроватных ламп — винтажные; прикроватные тумбочки выполнены по эскизам Истомина.

Занавески выполнены из шелка, Jim Thompson; ламбрекен и кресло обиты льном ручной печати с авторским орнаментом. Портрет персидского шаха над кроватью — копия оригинала XVIII века; подушка на кровати из винтажного тигрового бархата от Le Manach; изголовье сделано на заказ по эскизам Истомина и обтянуто тканью от Kravet Couture; покрывало на кровать сделано на заказ из шелка от Clarence House; пара восточных керамических прикроватных ламп — винтажные; прикроватные тумбочки выполнены по эскизам Истомина.

Интерьер во многом наполнен вещами, которые были куплены для загородного дома хозяев, но “не влезли” туда. “От интерьера есть ощущение, что все эти вещи, пусть и хорошо сочетающиеся между собой, очевидно, не принадлежат этой квартире и были свезены из разных мест – как будто из другого, более широкого мира. При такой небольшой площади это было неизбежно: нужно было делать миниатюру, квартиру-шкатулку. Мне это очень нравится – получилось похоже на квартиру русского аристократа-эмигранта в Париже 1930-х. Я про себя называю этот интерьер “Княгиня Трубецкая в изгнании”. Во всем этом есть нечто ностальгическое и светлое”, – рассуждает Кирилл Истомин. И еще очень, очень русское, добавлю я от себя.

Занавески в гостиной сделаны из цветочной тафты от Oscar de la Renta; французское кресло, 1900‑е годы, куплено в Париже и обтянуто антикварным дамаском эпохи Наполеона III; старинный секретер и часы — собственность хозяев; пара подсвечников с медведями, Россия, Тула, конец XIX века; ковер — сизаль.

Занавески в гостиной сделаны из цветочной тафты от Oscar de la Renta; французское кресло, 1900‑е годы, куплено в Париже и обтянуто антикварным дамаском эпохи Наполеона III; старинный секретер и часы — собственность хозяев; пара подсвечников с медведями, Россия, Тула, конец XIX века; ковер — сизаль.

Почетное место в спальне занимает коллекция икон, все — собственность хозяев.

Почетное место в спальне занимает коллекция икон, все — собственность хозяев.

Люстра в “Персидской” гостевой спальне, Франция, начало ХХ века.

Люстра в “Персидской” гостевой спальне, Франция, начало ХХ века.

Столик с инкрустацией перламутра рядом с креслом, Сирия, начало XX века.

Столик с инкрустацией перламутра рядом с креслом, Сирия, начало XX века.

Стены “Персидской” гостевой спальни обиты тканью от Cowtan & Tout; винтажная настенная полочка из Венеции; керамическая ваза, Турция, XIX век.

Стены “Персидской” гостевой спальни обиты тканью от Cowtan & Tout; винтажная настенная полочка из Венеции; керамическая ваза, Турция, XIX век.

Интерьер опубликован в коллекционном номере "Лучшие дизайнеры и интерьеры России", который можно скачать бесплатно в нашем киоске в app store.

Квартира в Москве по проекту Кирилла Истомина, 80 м²

Текст: Евгения Микулина

Фото: Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург
опубликовано в журнале №10 (133) ОКТЯБРЬ 2014

Комментарии