В гостях у Брэдли Дэррил Вонга

Эта во всех смыслах необычная квартира неподалеку от Нью-Йоркского университета досталась Вонгу чудом. “Когда я начал искать, у меня были жесткие требования и не очень много денег. Я хотел, чтобы квартира была в богемном районе, с историей, на первом этаже, достаточно большая, чтобы устраивать в ней вечеринки, и еще чтобы спальня была без окон”, – рассказывает он.

Брэдли Дэррил Вонг стал знаменитым после роли доктора Джорджа Хуанга в сериале “Закон и порядок: Специальный корпус”.

Брэдли Дэррил Вонг стал знаменитым после роли доктора Джорджа Хуанга в сериале “Закон и порядок: Специальный корпус”.

Его приятель-­риелтор сбился с ног, подыскивая подходящий вариант, а когда наконец нашел, оказалось, что тот никак не проходит по бюджету. “Я тогда даже не стал смотреть ее, – говорит Вонг. – Не хотел расстраиваться”. Когда же через несколько лет деньги появились, он был уверен, что лофт давно продан, и позвонил риелтору без всякой надежды. Но тот обрадовал его заявлением: “Приятель, тебе страшно повезло. Тогда его сняли с продажи и выставили обратно буквально пятнадцать минут назад”. Таким стечением обстоятельств грех было не воспользоваться.

Картины в гостиной Вонг купил во время съемок в Китае. Его тепло приняли в одной общине художников, и он не смог уйти с пустыми руками.

Картины в гостиной Вонг купил во время съемок в Китае. Его тепло приняли в одной общине художников, и он не смог уйти с пустыми руками.

Дом 1900-х годов постройки, на нижнем этаже расположился доставшийся Вонгу 900-метровый лофт. Здание многое ­повидало на своем веку: сначала его занимала швейная фабрика, потом большая еврейская община, в 1980-х здесь устроили подпольный порнокинотеатр – и наконец его выкупил декоратор Билл Софилд.

Пространство лофта очень глубокое, поэтому, чтобы свет проникал всюду, внутренние помещения отделены дверями с витражным остек­лением.

Пространство лофта очень глубокое, поэтому, чтобы свет проникал всюду, внутренние помещения отделены дверями с витражным остек­лением.

Он разбил пространство на отдельные лофты и стал продавать своим богемным друзьям. Квартиру, которую потом перекупил Вонг, Софилд оставил себе. “Он устроил здесь жесткий микс из диско 1970-х и лакшери-бутика, – описывает Вонг. – Серебряные стены, кругом картины Энди Уорхола и шедевры дизайнерской мысли вместо кресел и стульев. Очень модно и круто, но вообще не похоже на дом”.

Вид на общественную зону. “Каждая вещь в этом доме имеет свою историю: за чем-то мы долго охотились на аукционах, что-то находилось сразу, на первой барахолке, а что-то доставалось мне по наследству”, — говорит Вонг.

Вид на общественную зону. “Каждая вещь в этом доме имеет свою историю: за чем-то мы долго охотились на аукционах, что-то находилось сразу, на первой барахолке, а что-то доставалось мне по наследству”, — говорит Вонг.

Они вместе с декоратором Джеком Уэтлингом смело взялись за переделку – убрали пластиковый декор со стен, обнажив кирпичные стены, восстановили старые оконные переплеты, положили деревянные полы. “Мы специально покрыли их жестким, почти рояльным лаком, мне хотелось, чтобы они блестели, как китайские шкатулки”, – говорит Вонг.

Спальня. “Как создать уют среди кирпичных стен и индустриальных труб? Поставьте винтажную кровать, повесьте хороший ковер и используйте теплые оттенки”.

Спальня. “Как создать уют среди кирпичных стен и индустриальных труб? Поставьте винтажную кровать, повесьте хороший ковер и используйте теплые оттенки”.

Все гигантское помещение было разделено на две зоны: одна, общественная, с гостиными, кинозалом, открытой кухней, – наверху, а другая, куда закрыт вход гостям и где располагаются спальни Вонга и его сына, – в подземном помещении. На пол Уэтлинг положил множество пестрых тибетских ковров (“с ними в лофте сразу появилось тепло”), а мебель собрал по барахолкам и блошиным рынкам.

Минималистичная кухня — бетон и металлические поверхности — отделяется от гостиной раздвижной стеной: так их легко объединять во время веселой вечеринки.

Минималистичная кухня — бетон и металлические поверхности — отделяется от гостиной раздвижной стеной: так их легко объединять во время веселой вечеринки.

“Завершающим штрихом оказалась драгоценная антикварная кровать, доставшаяся мне от прабабушки, – рассказывает Вонг. – С ней индустриальный интерьер мгновенно стал домашним и уютным!”

Глубокий зеленый, в который выкрашены лестничные пролеты и коридор, для Вонга подобрала художница и специа­лист по колористике Ева Эшкрафт.

Глубокий зеленый, в который выкрашены лестничные пролеты и коридор, для Вонга подобрала художница и специа­лист по колористике Ева Эшкрафт.

Массивные двери достались Вонгу после начала реконструкции Пак-билдинга, расположенного неподалеку. Этот шедевр нью-йоркского историзма датируется 1886–1896 годами.

Массивные двери достались Вонгу после начала реконструкции Пак-билдинга, расположенного неподалеку. Этот шедевр нью-йоркского историзма датируется 1886–1896 годами.


Текст: Анастасия Углик

Фото: TREVOR TONDRO/gma/LIVING INSIDE
опубликовано в журнале №2 (136) Февраль 2015

Комментарии