Дом "эпохи джаза" в Брюсселе

Окрестности Брюссельской обсерватории – как Остоженка в Москве: район, что называется, элитного жилья. Дома и квартиры здесь во все времена стоили немалых денег, и покупка недвижимости сама по себе была заявкой о том, что деньги эти есть. Как часто бывает в такой ситуации, застройка в районе Брюссельской обсерватории получилась разношерстная. Бельгийскую столицу недаром называют иногда “столицей китча” – есть тут рококо и фламандская псевдоготика, колониальный стиль и модернизм, отголоски османовского Парижа и хоффмановской Вены.

Кованые входные ворота виллы выдержаны в одном стиле со зданием.

Кованые входные ворота виллы выдержаны в одном стиле со зданием.

Именно влияние “венского” варианта ар-нуво, стиля сецессион, чувствуется в доме, который в 1924 году построил в районе обсерватории архитектор Йозеф Диерикс. Первым владельцем дома был Пауль-Густав ван Хеке, интеллектуал, денди, владелец художественной галереи и покровитель бельгийских сюрреалистов. Жена его, Онорина (для друзей – Норина) де Шрийвер, была модельером – ее даже называли “Северной Шанель”. 

В помещении гостиной когда-то был зимний сад. Софа, дизайнер Жан-Жак Эрви. Стулья эпохи Наполеона III. Складная табуретка, дизайнер Теренс Гарольд Робсджон-Гиббингс, Saridis.

В помещении гостиной когда-то был зимний сад. Софа, дизайнер Жан-Жак Эрви. Стулья эпохи Наполеона III. Складная табуретка, дизайнер Теренс Гарольд Робсджон-Гиббингс, Saridis.

Платья Норины пользовались успехом у бельгийских дам – в немалой степени этому способствовали необыкновенные показы, которые она устраивала прямо в вестибюле своего дома. Оформлял их протеже ее мужа – Рене Магритт: он украшал интерьер вестибюля своими рисунками. От рисунков этих, конечно, не осталось и следа – да и весь образ жизни, который вела брюссельская богема между двумя мировыми войнами, безвозвратно канул в прошлое.

Декоратор Жан-Жак Эрви тщательно отреставрировал брюссельскую виллу 1920-х годов. Пол во входном вестибюле вымощен керамической плиткой. Кресла, дизайнер Карло Бугатти, 1920-е годы.

Декоратор Жан-Жак Эрви тщательно отреставрировал брюссельскую виллу 1920-х годов. Пол во входном вестибюле вымощен керамической плиткой. Кресла, дизайнер Карло Бугатти, 1920-е годы.

Новую жизнь в великолепное старое здание вдохнул французский декоратор Жан-Жак Эрви. Поселившись здесь вместе со своей женой Софи, он рьяно взялся за восстановление в своем доме не просто интерьеров, но самого духа “эпохи джаза”.

Вестибюль. Фонтан у стены украшен мозаикой с мотивами живописи Густава Климта.

Вестибюль. Фонтан у стены украшен мозаикой с мотивами живописи Густава Климта.

Первым принципом в работе Эрви было – не экономить. Нельзя воссоздать мебель и интерьеры ар-деко, пользуясь дешевыми материалами. Тем более что сохранившиеся детали декора сами диктовали соответствующий уровень: лестница, ведущая на второй этаж, сделана в технике терраццо, полы в вестибюле выложены разноцветной керамической плиткой, двери покрыты пластинками золотой слюды, а у стены стоит мозаичный фонтан.

В 1920-е годы хозяйкой виллы была модельер Онорина де Шрийвер. Показы ее коллекций проходили прямо в вестибюле дома. Ступени лестницы выполнены в технике терраццо.

В 1920-е годы хозяйкой виллы была модельер Онорина де Шрийвер. Показы ее коллекций проходили прямо в вестибюле дома. Ступени лестницы выполнены в технике терраццо.

Все эти детали Эрви воссоздал невероятно тщательно. Кроме того, он восстановил по сохранившимся фрагментам цвет стен (яично-белый), отчистил старинные оконные переплеты, выстелил полы ванной мрамором. Окончив ремонт, декоратор закупил в дом множество антикварной мебели. За абсолютным единством стиля, впрочем, он гнаться не стал. В вестибюле (эта комната, как и во времена ван Хеке, выполняет также функции гостиной) у Эрви стоят кресла работы Карло Бугатти, мастера раннего итальянского ар-деко. 

Поверхность кухонного стола сделана из керамической плитки (дизайнер Адо Шале). Стулья, дизайнер Йозеф Хоффман. Люстра, дизайнер Мариано Фортуни.

Поверхность кухонного стола сделана из керамической плитки (дизайнер Адо Шале). Стулья, дизайнер Йозеф Хоффман. Люстра, дизайнер Мариано Фортуни.

В столовой висит неоготическая люстра и стоят стулья в стиле французского Регентства. Стену ванной украшает живопись 1920-х годов. Еще одну гостиную – она расположилась в помещении бывшего зимнего сада – Эрви обставил мебелью собственного дизайна и стульями в стиле Наполеона III. Здесь же расположилась полинезийская маска, отдающая дань этническим элементам ар-деко. 

Через открытую дверь спальни видна лестничная площадка. В дверном проеме стоит этническая скульптура, на тумбочке — лампа в стиле ар-деко.

Через открытую дверь спальни видна лестничная площадка. В дверном проеме стоит этническая скульптура, на тумбочке — лампа в стиле ар-деко.

Смешение мебельных стилей на фоне цельной архитектуры дало неожиданно гармоничный эффект, которым хозяева с полным основанием гордятся. Правда, Эрви, будучи дизайнером и коллекционером, не отрицает возможных изменений – появления, к примеру, произведений современного искусства. Но Софи решительно против. “Если муж изменит в доме хоть что-то, я подам на развод”, – говорит она. И в этой шутке – лишь доля шутки.

Ванная. Пол вымощен мрамором. На стене — картина 1920-х годов “Адам и Ева”. Стул Klismos, дизайнер Теренс Гарольд Робсджон-Гиббингс, Saridis.

Ванная. Пол вымощен мрамором. На стене — картина 1920-х годов “Адам и Ева”. Стул Klismos, дизайнер Теренс Гарольд Робсджон-Гиббингс, Saridis.

Текст: Барбара Стоэлти

Фото: РЕНЕ СТОЭЛТИ
опубликовано в журнале №3 март 2005

Комментарии