Загородный дом на острове Файр

Любой, кто подлетал к Нью-Йорку на самолете со стороны Атлантики, видел узкую, длинную полоску земли, разделяющую океан и Южный залив. Это – “остров” (на самом деле – полуостров) Файр. В 1960-х годах большую его часть объявили Национальным парком, но там все же осталось место для “поселка” из сорока восьми загородных домов.

От пляжа к двухэтажному дому ведет песчаная дорожка.

От пляжа к двухэтажному дому ведет песчаная дорожка.

Манхэттен отсюда всего в двух часах езды на машине, но поселок, названный Уотер-Айленд, почти полностью изолирован. Здесь нет ни магазинов, ни дорог, ни ресторанов. Рай для людей, которым необходимо хотя бы на пару дней вырваться из городской суеты, и именно поэтому Уотер-Айленд давно облюбован нью-йоркской артистической элитой.

В гостиной стоят плетеные кресла дизайна Шарлотты Перриан и антикварный диван из Швеции. Полы покрыты дубом.

В гостиной стоят плетеные кресла дизайна Шарлотты Перриан и антикварный диван из Швеции. Полы покрыты дубом.

В июле 1996-го над морем напротив Уотер-Айленда разбился самолет авиакомпании TWA – это был рейс № 800, он направлялся в Париж. На его борту находился Джед Джонсон – знаменитый декоратор, ученик Энди Уорхола, любимец американской богемы. И житель Уотер-Айленда.

Большая комната на первом этаже поделена на две зоны — гостиную и столовую. На консольных столиках лампы дизайна Марчелло Фантони.

Большая комната на первом этаже поделена на две зоны — гостиную и столовую. На консольных столиках лампы дизайна Марчелло Фантони.

Дом на острове Файр Джед Джонсон купил в 1988 году вместе со своим многолетним партнером, архитектором Аланом Ванценбергом. 

В “голубой нише” в гостиной стоят синие вазы французского керамиста Рауля Лашеналя и высокие вазы дизайна Марчелло Фантони.

В “голубой нише” в гостиной стоят синие вазы французского керамиста Рауля Лашеналя и высокие вазы дизайна Марчелло Фантони.

“Нам нужен был обыкновенный дом для уик-эндов, без всяких затей, – рассказывает Алан. – У нас до того был загородный дом по проекту Роберта Вентури. Там, чтобы просто ко входу подойти, надо было подняться на 120 ступенек. Ясно, что после такого нам хотелось простоты”.

Столешница обеденного стола по дизайну Алана Ванценберга изготовлена из вулканического камня, а ножки — из стали. Стулья, дизайнер Шарлотта Перриан.

Столешница обеденного стола по дизайну Алана Ванценберга изготовлена из вулканического камня, а ножки — из стали. Стулья, дизайнер Шарлотта Перриан.

Интерьер, который Джед Джонсон разработал для их с Аланом дома, – типичный пример характерной для его работ сдержанной эклектики. На фоне стен из выбеленного кедра стоит мебель, сделанная местными кустарями, и антикварные шедевры середины ХХ века, вроде кресел Шарлотты Перриан и столиков Финна Юля. 

На лестничной площадке оборудован встроенный диванчик, который легко превращается в дополнительное спальное место.

На лестничной площадке оборудован встроенный диванчик, который легко превращается в дополнительное спальное место.

В юности Джед несколько лет жил с Энди Уорхолом; знаменитый художник не только создавал великое множество своих картин, но и без разбора скупал чужие. “На Джеде лежала обязанность расставлять все это искусство по местам, “редактировать” интерьер Энди. И делал он это виртуозно, – вспоминает Алан. – Постепенно он стал применять свои навыки и “на стороне”.

Кровать из ели в главной спальне сделана по эскизам Алана Ванценберга. На стене — фотографии Карла Блоссфельдта. Столик у окна спроектировал знаменитый датский дизайнер Финн Юль.

Кровать из ели в главной спальне сделана по эскизам Алана Ванценберга. На стене — фотографии Карла Блоссфельдта. Столик у окна спроектировал знаменитый датский дизайнер Финн Юль.

В 1980-м, когда мы познакомились, Джед как раз оформил квартиру Пьера Берже, друга Ива Сен-Лорана. Мы начали работать вместе – одним из первых заказов была вилла Мика Джаггера на Мастике. “Наш” стиль сложился сам собой. Мебель и керамика 1950-х тогда стоили гроши – их можно было купить на блошиных рынках. Мы не собирались формировать интерьерную моду – просто боялись, что эти вещи исчезнут, и пускали их в дело”.

Главный дом и гостевой коттедж соединяет дорожка, выстеленная кедром.

Главный дом и гостевой коттедж соединяет дорожка, выстеленная кедром.

Интерьер дома в Уотер-Айленд создавался неторопливо и тщательно – к моменту гибели Джеда он был еще не закончен. Оставшись один, Алан не стал продавать дом и решил завершить отделку. 

Открытая “палуба” перед домом выстелена кедром. Кресла сделаны по эскизам Алана Ванценберга.

Открытая “палуба” перед домом выстелена кедром. Кресла сделаны по эскизам Алана Ванценберга.

“Дом выглядел нейтрально, даже блекло. Я добавил капельку цвета – голубую керамику, фотографии на стены, подушки, обивки, – говорит Алан. – По любому поводу я мысленно советовался с Джедом. В нашей работе он всегда подбрасывал свежие идеи, а я доводил их до ума. В каком-то смысле с этим домом так же получилось – я просто довел до конца работу, которую мы начали вместе”.

С террасы открывается вид на Атлантику. Лежанку спроектировал архитектор Алан Ванценберг — партнер покойного Джонсона.

С террасы открывается вид на Атлантику. Лежанку спроектировал архитектор Алан Ванценберг — партнер покойного Джонсона.

Текст: Кевин Гайер 

Фото: ДОН ФРИМАН
опубликовано в журнале №5 май 2005

Комментарии