Лофт в Валенсии, 350 м²

Фамильные черты испанской семьи Льядро – любовь к фарфоровым статуэткам и собирательству. Первая помогла им прославиться как одной из ведущих мировых компаний по изготовлению фарфора. Вторая – собрать обширную коллекцию живописи и декоративно-прикладного искусства самых разных стилей и эпох. Давид Льядро, сын одного из основателей “фарфоровой империи”, семейных страстей не избежал: они определили интерьер его дома.

В зоне гостиной непринужденно соседствуют кушетка эпохи Людовика XVI (мастер Жан-Батист-Клод Сене, у стены) и диван по дизайну Исаму Ногучи.

В зоне гостиной непринужденно соседствуют кушетка эпохи Людовика XVI (мастер Жан-Батист-Клод Сене, у стены) и диван по дизайну Исаму Ногучи.

Квартира Давида Льядро занимает третий этаж исторического здания в Валенсии (флигель Королевского монастыря Святой Троицы, бывшей монастырской гостиницы XVII века). К 2000 году, когда дом купила семья Льядро, он был в плачевном состоянии. 

Хозяин лофта в Валенсии, Давид Льядро, наследник семейной компании Lladró.

Хозяин лофта в Валенсии, Давид Льядро, наследник семейной компании Lladró.

Давид оказался сторонником “щадящей” реставрации: “Обычно новые владельцы реставрируют только фасад старого здания, полностью разрушая его интерьер. Я же решил отнестись к сохранившимся деталям архитектуры и декора так, как если бы они были предметами антиквариата”.

Интерьер лофта построен по принципу контраста между предметами разного стиля: над консолью эпохи Мин с терракотовыми вазами — абстрактная картина Нанды Ботеллы.

Интерьер лофта построен по принципу контраста между предметами разного стиля: над консолью эпохи Мин с терракотовыми вазами — абстрактная картина Нанды Ботеллы.

Помогал Льядро архитектор Франсиско Рейс Медина из бюро Arquitectura Básica. Медина сохранил то, что еще можно было спасти – первозданную грубую кладку, керамические плитки старого пола, деревянные балки. Все новое он хитроумно скрыл, чтобы не бросалось в глаза. При этом некоторые сбереженные детали поменяли назначение: деревянные фрагменты стали рамой для зеркала, а напольная плитка превратилась в бордюр, обозначающий на полу деление пространства на зоны.

Композиция у стены: алтарный образ Мадонны, XVIII век, терракотовые горшки, фарфоровые кашпо и стиральная машина 1950-х годов.

Композиция у стены: алтарный образ Мадонны, XVIII век, терракотовые горшки, фарфоровые кашпо и стиральная машина 1950-х годов.

В результате реконструкции образовалось пространство площадью триста пятьдесят квадратных метров. Его решили оставить свободным – открытый план лучше всего подходил для создания в монастырском флигеле лофта. За два года, пока шла стройка, Медина и Льядро успели продумать все детали интерьера.

На бархатной оттоманке — подушки из турецкого килима. Кресло XVIII века, Испания.

На бархатной оттоманке — подушки из турецкого килима. Кресло XVIII века, Испания.

Пространство разбито на камерные “сегменты”. В центре каждого – композиционная “пара”, где предметы противопоставлены друг другу по стилю. Антикварный турецкий килим, закрепленный на потолочных балках, служит балдахином для ампирного дивана. 

Над ампирным диваном висит турецкий килим. Шкаф-витрина сделан на заказ в Валенсии.

Над ампирным диваном висит турецкий килим. Шкаф-витрина сделан на заказ в Валенсии.

Есть и более сложные сюжеты: на фоне старинной кладки висит алтарный образ Мадонны, стоят терракотовые горшки и кашпо тонкого фарфора, рядом с ними – сверкающая сталью стиральная машина 1950-х. А смотреть на все это предполагается сквозь позолоченную раму французской ширмы XVIII века.

У камина из корабельной стали стоит антикварное кресло, Thonet.

У камина из корабельной стали стоит антикварное кресло, Thonet.

Фарфору Lladró, естественно, в доме тоже нашлось место. Статуэтки включены в общую игру сопоставлений: в одном месте, например, Мадонна семейной марки соседствует со слоником азиатского происхождения.

При входе в спальню — картина Маноло Касереса и Жозе Миранды, антикварное кресло из Китая и скамья, сделанная валенсийским ремесленником.

При входе в спальню — картина Маноло Касереса и Жозе Миранды, антикварное кресло из Китая и скамья, сделанная валенсийским ремесленником.

Медина и Льядро считали идею смеси поп-арта с антиквариатом и классики с этникой весьма смелой. Сочиняли названия – “поппури”, “абсурдистский поп-арт” и так далее. Но когда все было готово, Давид понял – шокировать им никого не удалось: “Оказалось, что у людей сходные представления о гармонии. Мы просто создали этюд на тему эклектики”.

Ванна выложена старинными керамическими плитками. Сантехника Vola, дизайнер Арне Якобсен.

Ванна выложена старинными керамическими плитками. Сантехника Vola, дизайнер Арне Якобсен.

Текст: Хорхе Аранго   

Фото: ОБЕРТО ДЖИЛИ
опубликовано в журнале №10 (45) октябрь 2006

Комментарии