Вилла в Калифорнии

Сериал о почти семейной жизни группы друзей, сохраняющих теплоту отношений на протяжении многих лет, – не самая очевидная идея для Голливуда, города, где люди встречаются и расстаются в режиме “быстрого монтажа”. Но продюсеру Кевину Брайту она очень близка. Он и его жена Клаудия вместе уже тридцать четыре года – с тех пор как познакомились в колледже. Клаудия считает, что секрет их прочных отношений в том, что они оба относятся к жизни вообще и к самим себе в частности с юмором. Возможно, так и есть – к оформлению интерьера своей виллы в Брентвуде они определенно подошли без занудства.

Гостиная оформлена в теплых золотистых тонах. Круглая оттоманка сделана на заказ по эскизу Мэг Джоаннидес.

Гостиная оформлена в теплых золотистых тонах. Круглая оттоманка сделана на заказ по эскизу Мэг Джоаннидес.

В доме обитает весьма разномастная компания. Во-первых, это сами Кевин и Клаудия и их сыновья, близнецы Джастин и Захария. Во-вторых, два бульдога – “англичанка” Луиза и “француз” Морис. В-третьих, две кошки – Сара и Лола. А еще в доме живут куклы, изображающие музыкантов группы Kiss – Кевин, видите ли, коллекционирует музыкальные сувениры. Жизнь этого пестрого сообщества протекает на фоне ярких цветных стен. Клаудия Брайт признается, что при слове “коричневый” ей становится дурно, а вот понятия “веселье” и “цвет” для нее – синонимы. “По молодости я была более робкой, – рассказывает она. – К счастью, у меня был друг, в доме которого все было очень ярким. Заходя к нему в гости, я поняла, что мне нужно то же самое. Яркие цвета делают меня счастливой”.

Хозяева дома Клаудия и Кевин Брайт на садовой террасе. Ландшафтом участка занимался лос-анджелесский дизайнер Гаррет Карлсон.

Хозяева дома Клаудия и Кевин Брайт на садовой террасе. Ландшафтом участка занимался лос-анджелесский дизайнер Гаррет Карлсон.

Тем не менее семейство любителей цвета (даже фамилия Брайт в переводе с английского означает “яркий”!) умудрилось купить себе в Брентвуде довольно мрачный дом. Дизайнер Мэг Джоаннидес, уже работавшая с ними над виллой в Малибу, была крайне удивлена. Позже Брайты признались, что дом особо не разглядывали – им просто понравился вид с участка на каньон Мандевиль и Санта-Монику. “Но вообще, конечно, дом был ужасен, – говорит Кевин. – Лепнина, колонны... Когда вывезли мебель предыдущих хозяев, я был шокирован: понял, что в этом пространстве нет ничего, что было бы мне близко”.

Основные цвета в колорите столовой — карамель и гранатово-красный. Ковер на полу антикварный. Покрытые специально состаренной штукатуркой стены расписаны арабесками.

Основные цвета в колорите столовой — карамель и гранатово-красный. Ковер на полу антикварный. Покрытые специально состаренной штукатуркой стены расписаны арабесками.

Джоаннидес получила от Брайтов задание полностью переделать дом. Это была серьезная работа. “Чтобы сделать дом подходящим для Кевина и Клаудии, мне нужно было вычистить и сделать по-новому все – буквально каждую стену”, – рассказывает она. Строительной частью реконструкции заведовал лос-анджелесский архитектор Ричард Блюменберг – и начал он с того, что убрал с фасада здания дюжину колонн. Полы виллы очищали пескоструйным аппаратом, а также всячески терли и осветляли, чтобы придать им “поношенный” вид. 

Комната для завтраков. Светильник Fucsia 1, дизайнер Акилле Кастильони, Flos. Стол по дизайну Кристиана Лиэгра. Яркие цвета в доме повсюду: в комнате для завтраков они представлены картиной Кеннета Ноланда Mysteries: Illuminate (1999).

Комната для завтраков. Светильник Fucsia 1, дизайнер Акилле Кастильони, Flos. Стол по дизайну Кристиана Лиэгра. Яркие цвета в доме повсюду: в комнате для завтраков они представлены картиной Кеннета Ноланда Mysteries: Illuminate (1999).

Всю лепнину с потолков сбили. Стены покрыли штукатуркой, местами в несколько слоев. Потом в некоторых комнатах, например в столовой, штукатурку процарапали, чтобы сделать фактуру интереснее. “Теперь дом ужасно “щупательный”, – говорит Клаудия Брайт. – Все хочется потрогать”.

На стене прихожей — картина Алисон ван Пельт Frida (2001).

На стене прихожей — картина Алисон ван Пельт Frida (2001).

После всех этих мероприятий дом начал оживать. Джоаннидес и Клаудия вместе придумали палитру интерьеров: от цвета лососины в столовой до фиолетового в гостевой спальне (где, кстати, стены выкрашены вручную в полосочку, напоминающую расцветку мужской рубашки).

Декор гостевой спальни построен на использовании разных оттенков фиолетового цвета.

Декор гостевой спальни построен на использовании разных оттенков фиолетового цвета.

В доме все говорит о веселье и развлечениях, причем на все вкусы. Из комнаты для завтраков можно пройти прямо в винный погреб – вдруг кому-то именно этого захочется. В подвале по соседству с хранилищем кукол на тему Kiss имеется музыкальная студия, в которой Брайты-младшие стучат на барабанах и наяривают на бас-гитаре. Есть и огромный аквариум, и спортзал, и баскетбольная площадка в саду – чтобы ее построить, Клаудия пожертвовала розарием.

Ванна, сделанная на заказ по эскизам Мэг Джоаннидес, имеет ширину 120 см — Клаудия и Кевин легко помещаются в ней вдвоем. Фурнитура, Dornbracht. Столик Simplice, Maxalto.

Ванна, сделанная на заказ по эскизам Мэг Джоаннидес, имеет ширину 120 см — Клаудия и Кевин легко помещаются в ней вдвоем. Фурнитура, Dornbracht. Столик Simplice, Maxalto.

Самой трудоемкой (и дорогой) комнатой в доме оказалась хозяйская ванная. Брайты непременно хотели овальную ванну – такую, чтобы они в ней помещались вдвоем. В продаже такой не нашлось – Джоаннидес пришлось отливать ее на заказ из композитной смолы. А потом укреплять полы в комнате: ванна вышла очень тяжелой. Все вместе заняло девять месяцев. “Когда у меня будет ребенок, я проверю, что сложнее – выносить и родить его или построить эту ванну!” – смеялась Мэг Джоаннидес. И буквально через пару месяцев обнаружила, что беременна. Близнецами. Сюжетный ход, вполне достойный сериала “Друзья”.

Фрагмент гостиной. Столик, на котором стоят голова Будды и чаша из Марокко, — антикварный. Полотно Хелен Франкенталер Ticket (1977).

Фрагмент гостиной. Столик, на котором стоят голова Будды и чаша из Марокко, — антикварный. Полотно Хелен Франкенталер Ticket (1977).

Текст: Ингрид Абрамович

Фото: РОБЕРТ ТРАХТЕНБЕРГ
опубликовано в журнале №8 (65) август 2008

Комментарии