Квартира в “Городе яхт”

Если возвращаться в Москву из Шереметьево по Ленинградскому шоссе, никак нельзя не обратить внимание на дом, похожий на большой белый пароход, который почему-то стоит на берегу, касаясь воды лишь носом. Этот дом вызывает много разных ассоциаций. Одним он напоминает кита, оставшегося на отмели после отлива, другим – Годзиллу, выползающего на сушу. Журналисты прозвали его упавшим небоскребом. 

Гостиная. Диван, Dexter. Большое общее пространство объединяет гостиную, столовую и кухню.

Гостиная. Диван, Dexter. Большое общее пространство объединяет гостиную, столовую и кухню.

И действительно, если смотреть на “Город яхт” и окружающие здания из окна автомашины, может показаться, что одна из башен, стоящих между Ленинградкой и Химкинским водохранилищем, упала и ее верхушка вместе с пентхаусами осыпалась в воду.

Зона столовой. На стене над обеденным столом — работа австралийского фотографа Питера Лика “Безмятежность”, Екатерина привезла ее из Нью-Йорка.

Зона столовой. На стене над обеденным столом — работа австралийского фотографа Питера Лика “Безмятежность”, Екатерина привезла ее из Нью-Йорка.

Николай Лызлов много раз рассказывал, для чего он “уронил” небоскреб, но, может быть, стоит напомнить всю историю. “Город яхт” строился рядом с башнями кооператива “Лебедь”, спроектированного в начале 1970-х годов классиком советской архитектуры Андреем Дмитриевичем Меерсоном. Сначала предполагалось возвести одну башню рядом с уже стоящими, но Лызлов убедил девелоперов сделать на этом месте не вертикаль, а горизонталь, чтобы башни Меерсона оставались единственной высотной доминантой.

Кухня немецкой фабрики Häcker Kitchen. Стол, Malerba, коллекция One & Only.

Кухня немецкой фабрики Häcker Kitchen. Стол, Malerba, коллекция One & Only.

Дом был построен, и на этом участие “Архитектурной мастерской Лызлова” в его жизни закончилось. “Наше присутствие дальше входных групп не предполагалось, – вспоминает Николай. – Хотя, когда наш вестибюль появился в одном из эпизодов фильма “Елена”, было приятно”.

Комната сына. Письменный стол, Malerba. Лампа британской марки Charles Edwards привезена из Лондона.

Комната сына. Письменный стол, Malerba. Лампа британской марки Charles Edwards привезена из Лондона.

Дальнейшее – результат частной инициативы. Супружеская чета с двумя взрослыми детьми была настолько околдована этим домом с его чистыми линиями, причалами, яхтами и простором вокруг, что решила доверить создание интерьера той же мастерской, которая проектировала здание. “Вообще-то частные интерьеры – не совсем наша стихия, – говорит Лызлов. – Мы не заточены под психоанализ – не хотим никого лечить и не хотим, чтобы нас лечили, поэтому работаем с теми людьми, с которыми возникает эстетический резонанс. Когда к нам пришли симпатичные супруги Екатерина и Сергей, мы ни секунды не сомневались, браться ли за эту работу”.

Дочь хозяев квартиры занимается конным спортом, поэтому “лошадиная” тема то здесь, то там врывается в интерьер. Рисунок Омара Гальяни. Пуфик в форме седла, Fendi.

Дочь хозяев квартиры занимается конным спортом, поэтому “лошадиная” тема то здесь, то там врывается в интерьер. Рисунок Омара Гальяни. Пуфик в форме седла, Fendi.

О том, как шло строительство, и заказчики, и архитекторы вспоминают с удовольствием, что само по себе редкий случай. Все, что Екатерина добавляла в интерьер, оказывалось кстати, начиная с фотографии, украсившей стену над обеденным столом. Ее смысл – вода, воздух, горизонталь. То есть все то, что Лызлову хотелось иметь вокруг дома, который своей архитектурой подчеркивает линию горизонта. В квартире появился символ романтики открытых пространств, и с ним ее обитатели вряд ли расстанутся.

Спальня. Прикроватные тумбы, Malerba, коллекция M Place, изголовье кровати выполнено на заказ.

Спальня. Прикроватные тумбы, Malerba, коллекция M Place, изголовье кровати выполнено на заказ.

Все остальное в квартире может меняться – к тому, что интерьер неизбежно обрастет новыми предметами и утратит свой изначальный минимализм, Николай Лызлов и Анна Шошина, помогавшая ему в работе над проектом, относятся легко. 

Санузел. Палубная укладка напольной доски — напоминание о кораблях и пирсах “Города яхт”. Бойлер и стиральная машина спрятаны в технической комнате, в которую ведет потайная дверь.

Санузел. Палубная укладка напольной доски — напоминание о кораблях и пирсах “Города яхт”. Бойлер и стиральная машина спрятаны в технической комнате, в которую ведет потайная дверь.

“Понимаете, есть два противоположных подхода к работе с заказчиком, – говорит Лызлов. – Если привлечь в качестве примера классиков архитектуры, можно обозначить их как подход Фрэнка Ллойда Райта и Ле Корбюзье. Райт, как пишут, очень ревниво относился к тому, что делал, и, после того как дом был сдан, навещал своих клиентов и орал на них, если они позволили себе передвинуть кресло или переклеить обои. А Ле Корбюзье, напротив, философски относился ко всем метаморфозам, которые переживали построенные им дома. Мы придерживаемся такой же точки зрения на этот вопрос”.

Зона столовой. Подбор мебели и предметов декора взяла на себя хозяйка квартиры Екатерина Продайвода. Этот опыт помог ей определиться с выбором профессии — сейчас она работает как дизайнер интерьеров.

Зона столовой. Подбор мебели и предметов декора взяла на себя хозяйка квартиры Екатерина Продайвода. Этот опыт помог ей определиться с выбором профессии — сейчас она работает как дизайнер интерьеров.

Текст: Татьяна Филиппова 

Фото: сергей ананьев
опубликовано в журнале №7 (141) Июль 2015

Комментарии