В гостях у режиссера Майкла Бэя

Знаменитый голливудский режиссер Майкл Бэй, создатель блокбастеров “Трансформеры” и “Армагеддон”, построил себе дом в Лос-Анджелесе. И согласился показать его нашему журналу.

К строительству своего дома Майкл Бэй подошел с таким же размахом и основательностью, как к съемкам эпического боевика. Он сам придумал это сравнение, и он прав. Снимать кино – длительная и кропотливая командная работа, руководит ею режиссер, единственный человек, который видит конечную цель. На постройку дома Бэя ушло четыре года, над его обликом работали архитектор Чад Оппенгейм, конструктор Марк Риос и целых два дизайнерских бюро (Лоррейн Летандр занималась гостиной и спальнями, Линда Мюррей оформляла спа, спортзал и гостевые помещения), не говоря уже о строителях. Да и бюджет был значительным – на фильм такого типа, как делает Бэй, не хватит, но какую-нибудь независимую инди-драму снять вполне можно было бы. А ради чего все затевается и чего нужно добиться, знал, конечно, только сам режиссер.

Дом для Майкла Бэя построил архитектор Чад Оппенгейм. Здание имеет три уровня и замысловато вписано в крутой рельеф участка, а на самом верху разместился блок со спальней хозяина (на фото). Из спальни есть выход на террасу — по сути, это крыша остального дома, и стекло на первом плане фотографии — это световой фонарь над главным входом.

Дом для Майкла Бэя построил архитектор Чад Оппенгейм. Здание имеет три уровня и замысловато вписано в крутой рельеф участка, а на самом верху разместился блок со спальней хозяина (на фото). Из спальни есть выход на террасу — по сути, это крыша остального дома, и стекло на первом плане фотографии — это световой фонарь над главным входом.

Все дело в том, что Майкл Бэй никогда не разменивается на мелочи. Вообще, он живет в Майами, но если уж приходится ездить в Лос-Анджелес, то почему бы не построить дом? Если уж покупать участок, то в три гектара. Затевать стройку, так максимально сложную. И решения режиссер принимает быстро: заказ на проект Оппенгейм получил, показав ему буквально один эскиз. “Я сразу сказал: да, это тот дом, который я хочу!” – говорит Бэй. Ему хотелось, чтобы от дома было ощущение курорта, так что открытость природе была заявлена сразу. Остальная архитектурная эквилибристика началась из-за крутизны участка. Чтобы просчитать и понять все тонкости проекта, Бэй заказал компьютерную анимированную модель будущего дома. Созданная по технологии компьютерной видеоигры, она позволила сразу увидеть, где в доме будет солнце, как будет ощущаться пространство. Для кино такой образ действий естественен и технология привычна, но вот Оппенгейму все было в новинку. “Эти архитекторы словно в Средних веках живут”, – снисходительно смеется Бэй.

Майкл Бэй в прихожей своего дома с двумя английскими мастифами. Зовут собак красноречиво: Rebel (“Бунтарь”, слева) и Bonecrusher (“Костолом”).

Майкл Бэй в прихожей своего дома с двумя английскими мастифами. Зовут собак красноречиво: Rebel (“Бунтарь”, слева) и Bonecrusher (“Костолом”).

Дом площадью примерно 3000 м² практически не бросается в глаза, поскольку почти целиком врезан в склон холма. Начинается все скромно (ну, по голливудским меркам скромно): аккуратный двор, зеркальный бассейн. Холл с фонарем верхнего света, который сразу дает понять, что главное в архитектуре огромного дома – ощущение невесомости и полета (достигнутое, само собой, путем чудовищных конструктивных ухищрений). Но стоит пройти насквозь через гостиную, как открывается панорама Лос-Анджелеса, и у гостей челюсть отвисает так же, как у зрителей на бэевских блокбастерах.

Прямо из гостиной можно выйти к бассейну. Винтажные кресла по дизайну Ле Корбюзье и Пьера Жаннере.

Прямо из гостиной можно выйти к бассейну. Винтажные кресла по дизайну Ле Корбюзье и Пьера Жаннере.

При наличии такого вида в интерьере решено было ничего особенного не затевать. “Майклу не нужен лишний визуальный шум”, – говорит Лоррейн Летандр. Из мебели у него в доме стоят сдержанные и строгие диваны современных итальянских марок вроде Molteni & C, смешанные с винтажными вещами по дизайну Ле Корбюзье. Многое, конечно, сделано на заказ. Искусство подобрано тщательно и лаконично: по одной “сильной” вещи на комнату, будь то скульптура Аниша Капура в гостиной или антикварная голова Будды в спальне режиссера. Но строгость обстановки не означает, что Бэй не позволяет себе в доме никакого баловства. Просто развлечения у него сугубо мальчиковые и технические. Например, панорамная стена лаундж-зоны на первом этаже может... подниматься наверх, превращаясь в навес, и тогда лаундж-зона объединяется с террасой у бассейна. Спа, в котором есть разные виды саун, оснащен иглу, где охладиться после парной позволяет ледяной туман. Бэй на одном спа-курорте такое углядел, и, само собой, ему дома понадобилась такая же штуковина.

Гостиная. Каминный портал оформлен черненой сталью, над ним висит скульптура Аниша Капура (а вовсе не просто зеркало). Диван, Molteni & C. Столик по дизайну Джима Зивика, Ralph Pucci. Ковер, Mansour Modern.

Гостиная. Каминный портал оформлен черненой сталью, над ним висит скульптура Аниша Капура (а вовсе не просто зеркало). Диван, Molteni & C. Столик по дизайну Джима Зивика, Ralph Pucci. Ковер, Mansour Modern.

О том, что в доме имеется кинотеатр, можно было бы и не упоминать, верно? Но придется: он отличается такой суперпрекрасной аудиосистемой, что Стивена Спилберга охватили муки черной зависти. А рядом с кинотеатром находится небольшой музей: как многие киношники, Бэй обожает таскать домой реквизит со своих фильмов. Особая гордость – винтажный автомобиль Camaro, который служит маскировкой роботу Шмелю из саги про трансформеров. “Именно благодаря “Трансформерам” я заработал деньги на этот дом, – говорит Бэй. – По сути, Шмель за эту стройку заплатил, так что он заслуживает почетного места”.

Ванная комната при спальне хозяина. Полы, стены и сама ванна сделаны из итальянского травертина. Душ, Dornbracht.

Ванная комната при спальне хозяина. Полы, стены и сама ванна сделаны из итальянского травертина. Душ, Dornbracht.

При всем размахе сооружения, головокружительных видах и замороченных... спецэффектах (а как иначе сказать?) бэевская резиденция не производит впечатления чего-то холодного и сложного. Это прежде всего дом – настоящий и живой дом. “Я не за эффектами гонялся. Я хотел, чтобы опыт пребывания в моем доме был полноценным путешествием в другой мир. Мой собственный мир”, – говорит он. Ну а в том, что мир создателя “Трансформеров” непрост и очень эффектен, никто и не сомневался.

Вдоль основного жилого уровня дома устроен переливной бассейн. Уличная мебель, James Perse.

Вдоль основного жилого уровня дома устроен переливной бассейн. Уличная мебель, James Perse.

Текст: Майер Рус

Фото: роджер дэвис
опубликовано в журнале №9 (143) Сентябрь 2015

Комментарии