Усадьба Лунаганга в Шри-Ланке

Архитектора Джеффри Баву в Европе знают мало, но в Юго-Восточной Азии он был настоящей звездой. На его счету больше двухсот проектов на Шри-Ланке, в Индии, Индонезии и на Мадагаскаре. А собственный, окруженный парком дом в Лунаганге – возможно, лучшая его работа. 

Северный фасад дома, построенного архитектором Джеффри Бавой на Шри-Ланке. На газоне — две гигантские плюмерии.

Северный фасад дома, построенного архитектором Джеффри Бавой на Шри-Ланке. На газоне — две гигантские плюмерии.

В 1948 году он обнаружил в двух шагах от Индийского океана долину площадью десять гектаров с озером. Как раз в таком месте он мечтал построить себе “сельский дом”.

Северная терраса выполняет роль открытой столовой. Здесь Бава любил принимать гостей — в том числе английского принца Чарльза.

Северная терраса выполняет роль открытой столовой. Здесь Бава любил принимать гостей — в том числе английского принца Чарльза.

Когда Бава нашел “свою” долину, она представляла собой заросшую старую плантацию тростника и каучука. Первым делом Бава решил выкорчевать обильную растительность, чтобы “раскрыть” плато в сторону океана. В результате открылась чудесная панорама. Дом архитектор расположил на холме, естественно вписав его в окружающий пейзаж.

“Зимний сад”, как и большинство помещений в Лунаганге, открыт природе. Кушетка, начало XIX века.

“Зимний сад”, как и большинство помещений в Лунаганге, открыт природе. Кушетка, начало XIX века.

Архитектура дома учитывает природное окружение, климат, топографию долины – те факторы, в которых, как считали англичане в XVIII веке, проявляется “гений места”. В Лунаганге у “гения” было имя – Джеффри Бава.

“Стеклянная” комната. На окнах хлопковые шторы. Шезлонг красного дерева, XIX век. Кровать из семейной коллекции Бавы. Пол залит бетоном.

“Стеклянная” комната. На окнах хлопковые шторы. Шезлонг красного дерева, XIX век. Кровать из семейной коллекции Бавы. Пол залит бетоном.

Дом организован живописно: жилые комнаты, веранды, стены без крыш, крыши без стен, внутренние дворики, садики, множество разных по декору спален. Центр композиции – северная терраса: она исполняет роль столовой, гостиной и даже отчасти кухни. 

Номер “Комната Дональда”. Основание кровати из черного дерева, над изголовьем висит батик. К балкам подвешены шторы из москитной сетки. Черно-белый ковер на стене напротив — по дизайну Бавы.

Номер “Комната Дональда”. Основание кровати из черного дерева, над изголовьем висит батик. К балкам подвешены шторы из москитной сетки. Черно-белый ковер на стене напротив — по дизайну Бавы.

С террасы открывается прекрасный вид на парк, где есть озеро с рисовыми плантациями, водоемы с цветами лотоса, лестницы, обсаженные гигантским бамбуком, и островок, на котором гнездятся зимородки и белые хохлатые цапли.

Ванная при “Комнате Дональда”. На полу итальянская плитка, деревянная колонна — антикварная. Окна можно закрыть жалюзи.

Ванная при “Комнате Дональда”. На полу итальянская плитка, деревянная колонна — антикварная. Окна можно закрыть жалюзи.

Бава был радушным хозяином – в Лунагангу приезжали гости со всего света, даже принц Уэльский Чарльз как-то пил чай на террасе. После смерти Бавы в 2003 году его усадьбой управляет трастовый фонд. Усадьба открыта для посещений, здесь можно даже пожить – снять номер или арендовать ее целиком.

С садовой террасы открывается вид на озеро, рисовые плантации и кокосовые рощи. По углам парапета стоят римские скульптуры.

С садовой террасы открывается вид на озеро, рисовые плантации и кокосовые рощи. По углам парапета стоят римские скульптуры.

Новую роль Лунаганги Джеффри Бава явно бы одобрил, ведь он всегда был рад гостям.

Лестница при входе в усадьбу заставляет вспомнить архитектуру буддийских храмов. Под навесом из тика устроено сиденье.

Лестница при входе в усадьбу заставляет вспомнить архитектуру буддийских храмов. Под навесом из тика устроено сиденье.

Граница между интерьером дома и его окружением стерта — не всегда можно сразу понять, где настоящий сад, а где его отражение в окне “оранжереи”.

Граница между интерьером дома и его окружением стерта — не всегда можно сразу понять, где настоящий сад, а где его отражение в окне “оранжереи”.

Текст: Биби Жекс

Фото: ГИ ЭРВЕ
опубликовано в журнале №8 (54) август 2007

Комментарии