Квартира в Санкт-Петербурге, 50 м²

Все, что вы видите на фотографиях, неправда. Во-первых, квартира гораздо меньше, чем кажется, – чуть больше пятидесяти метров. Во-вторых, весь исторический антураж – не наследие прошлого, а “фантазия на тему”, созданная архитектором Николаем Друзиным и декоратором Мирой Апраксиной. 

Квартира находится в доме, который построили в XVIII веке, а в XIX столетии перестроили и расширили. Нынешняя перегородка между гостиной и спальней когда-то была внешней стеной здания, а дверь между ними находится на месте окна. Лепной декор сделан по эскизам Друзина петербургскими мастерами. Строительные работы вместе с архитектором курировал Денис Бельков.

Квартира находится в доме, который построили в XVIII веке, а в XIX столетии перестроили и расширили. Нынешняя перегородка между гостиной и спальней когда-то была внешней стеной здания, а дверь между ними находится на месте окна. Лепной декор сделан по эскизам Друзина петербургскими мастерами. Строительные работы вместе с архитектором курировал Денис Бельков.

Ну а в-третьих, как предупреждают авторы проекта, интерьер на картинке, будь то эскиз или фотография, и в трехмерной реальности – это два разных интерьера. И хотя семейный и творческий союз Миры с Николаем существует много лет, каждый законченный проект становится сюрпризом даже для них самих.

Вид на гостиную со стороны спальни. Диван и рекамье при необходимости превращаются в дополнительные спальные места.

Вид на гостиную со стороны спальни. Диван и рекамье при необходимости превращаются в дополнительные спальные места.

В этом интерьере момент игры был заложен с самого начала. “Это квартира-маска, – говорит Николай. – Петербург сам по себе такой город, который прячется за масками”. Хозяева квартиры, москвичи Татьяна и Василий, бывают здесь наездами. Им требовалось то, что французы называют pied-à-terre – место, где можно остановиться на одну-две ночи. Слово “Венеция” прозвучало из уст заказчиков при первой же встрече. Сыграло свою роль и лирическое название Петербурга – Северная Венеция, – и увлечение Татьяны театром, и то, что квартира, как и венецианские палаццо, смотрит на воду (дом стоит на Фонтанке). Эта игра в ассоциации получила развитие в декоре и планировке.

В состаренном зеркале итальянской работы отражается люстра из венецианского стекла. Вместо комплекта из штор для разных времен года Мира сшила для этого интерьера двойные портьеры. На фото — летний вариант, серебряной тканью наружу. А зимой их надо развернуть на 180 градусов, и золотой шелк будет компенсировать недостаток солнца.

В состаренном зеркале итальянской работы отражается люстра из венецианского стекла. Вместо комплекта из штор для разных времен года Мира сшила для этого интерьера двойные портьеры. На фото — летний вариант, серебряной тканью наружу. А зимой их надо развернуть на 180 градусов, и золотой шелк будет компенсировать недостаток солнца.

Гостиная задумана как сцена, куда хозяева и их гости попадают из-за кулис: путь из прихожей в жилое пространство лежит через крохотную кухню. Есть еще потайной ход – через ванную сразу в спальню, придуманный на случай, если в квартире заночует больше двух человек. Гостиная и спальня образуют анфиладу – короткую в реальности, но бесконечную в отражении зеркал. 

Кухня с мебелью Bulthaup и красным потолком — он в кадр хоть и не попал, но выдает себя, бросая рефлексы на стену.

Кухня с мебелью Bulthaup и красным потолком — он в кадр хоть и не попал, но выдает себя, бросая рефлексы на стену.

Помимо этого всем известного приема Мира зрительно расширяла пространства с помощью колористики – в гостиной задействовано сразу двенадцать оттенков серого. Сделано это, по словам декоратора, “чтобы показать цвет во всей полноте”, подчеркнуть архитектурные детали и объем пространства, которое Николай нарочно усложнил, предусмотрев полукруглую нишу для дивана.

Теплые охристые краски в прихожей должны создавать ощущение закатного солнца в Италии. Этому помогает и живой свет, пробивающийся в специально предусмо­тренное отверстие в стене. Тем более что окна квартиры повернуты на северо-запад и солнце приходит сюда как раз по вечерам.

Теплые охристые краски в прихожей должны создавать ощущение закатного солнца в Италии. Этому помогает и живой свет, пробивающийся в специально предусмо­тренное отверстие в стене. Тем более что окна квартиры повернуты на северо-запад и солнце приходит сюда как раз по вечерам.

Бархатная обивка мебели, сочностью красок напоминающая наряды на картинках художников эпохи Возрождения, люстра из цветного венецианского стекла, состаренное зеркало в барочной раме – итальянских аллюзий в интерьере не много, но все они работают на праздничный образ квартиры. “Задача декоратора не в том, чтобы ввести человека в грех сверхпотребления, – говорит Апраксина. – В этом проекте размер квартиры не помешал ощущению простора, блеска и достоинства”.

Фрагмент спальни. ­Стены комнаты выкрашены семью разными оттенками розового цвета. Зеркало имитирует окно, а на настоящем окне имеются ставни — чтобы в белые ночи свет не мешал спать непривычным к этому явлению хозяевам-москвичам.

Фрагмент спальни. ­Стены комнаты выкрашены семью разными оттенками розового цвета. Зеркало имитирует окно, а на настоящем окне имеются ставни — чтобы в белые ночи свет не мешал спать непривычным к этому явлению хозяевам-москвичам.

Текст: Анастасия Ромашкевич 
Стилист и продюсер: Наталья Онуфрейчук

Комментарии