В гостях у модельера Жан-Клода Житруа

Из окон своей квартиры знаменитый модельер Жан-Клод Житруа каждый день может видеть Париж как на ладони — и не умирать, а жить припеваючи.

Гостиная на втором этаже дуплекса Жан-Клода Житруа в Париже. Диван по дизайну Рона Арада. Кресло по дизайну Чарлза и Рэй Имз, Vitra. У камина кожаное панно работы Сезара.

Гостиная на втором этаже дуплекса Жан-Клода Житруа в Париже. Диван по дизайну Рона Арада. Кресло по дизайну Чарлза и Рэй Имз, Vitra. У камина кожаное панно работы Сезара.

В книжном шкафу модельера Жан-Клода Житруа хранится множество копий романа Маргерит Юрсенар “Воспоминания Адриана”: он покупает новый экземпляр каждый месяц, и у него есть несколько первых изданий. “Я дарю их друзьям. Мне нравится стиль Юрсенар”, – говорит он. Но еще больше ему нравится то, что она когда-то жила в отеле, который был на месте его парижского дуплекса. “Я убежден, что у меня живет ее призрак!”

Жан-Клод Житруа в гостиной на втором этаже своей парижской квартиры рядом со скульптурой авторства Ричарда Орлински.

Жан-Клод Житруа в гостиной на втором этаже своей парижской квартиры рядом со скульптурой авторства Ричарда Орлински.

Впрочем, на покупку квартиры, случившуюся в 1983 году, Житруа подвигли отнюдь не литературные ассоциации. Просто квартира оказалась шикарнейшая – с видом на сад Тюильри, Лувр и Эйфелеву башню. Житруа помнит времена, когда музей д'Орсе был еще заброшенным вокзалом, а в саду на газоне стоял огромный паук работы Луизы Буржуа.

Фрагмент гостиной. На манекене — одно из прославивших Житруа кожаных боди. На стене фотография Леди Гаги в аналогичном предмете одежды (фотограф Франсуа Бертье).

Фрагмент гостиной. На манекене — одно из прославивших Житруа кожаных боди. На стене фотография Леди Гаги в аналогичном предмете одежды (фотограф Франсуа Бертье).

Модельер с наслаждением описывает ярмарку, которая разворачивается под его окнами зимой: “Так дивно пахнет сахарной ватой и жареными сосисками!” Единственное неудобство – колесо обозрения, оно приходится как раз на уровень окон его спальни. “Просыпаюсь я как-то голышом – а на меня в окошко люди смотрят”, – хихикает модельер.

Столовая на первом уровне квартиры. Комод эпохи Регентства. На стене старинный гобелен — копия картины Рубенса “Смерть Деция Муса”.

Столовая на первом уровне квартиры. Комод эпохи Регентства. На стене старинный гобелен — копия картины Рубенса “Смерть Деция Муса”.

Квартира его изначально была одноуровневой, но двенадцать лет назад он купил второй этаж и попросил дизайнера Кристофа Пийе построить ему между ними геометричную лестницу. “Всякий модельер со времен Шанель мечтает о своей лестнице”, – объясняет Житруа. 

Кабинет Житруа. Секретер времен Медичи (XVII век) и письменный стол эпохи Людовика XV — семейные реликвии. Cтулья периода Директории перетянуты белой кожей.

Кабинет Житруа. Секретер времен Медичи (XVII век) и письменный стол эпохи Людовика XV — семейные реликвии. Cтулья периода Директории перетянуты белой кожей.

Вообще-то модельером он стал сравнительно поздно: по профессии врач, занимался вопросами психомоторики, работал в Институте Юнга в Цюрихе, шесть книг написал. Но в 1976 году, в возрасте тридцати двух лет, внезапно решил заняться модой и сразу преуспел – среди его клиентов и поклонников числятся Элтон Джон, Бейонсе, Селин Дион и Леди Гага.

Коридор первого этажа. Справа фрагмент лестницы, спроектированной Пийе. На консоли скульптура работы Пьера Ле Фаге. В глубине на стене кабинета висит портрет герцога де Монтиньи, XVII век.

Коридор первого этажа. Справа фрагмент лестницы, спроектированной Пийе. На консоли скульптура работы Пьера Ле Фаге. В глубине на стене кабинета висит портрет герцога де Монтиньи, XVII век.

Модный стиль Житруа достаточно радикален, и интерьер квартиры ему под стать. Стены покрашены в нейтральный белый, зато в подборе мебели и предметов искусства царит принцип контраста: полы на одном этаже паркетные, но с черным ковром, на другом – покрыты белым лаком. “Их каждые полгода приходится подновлять. Но уж больно мне нравится контраст шикарного черного и успокаивающего белого”. 

Фрагмент гостиной на втором этаже. Консоль эпохи Наполеона III. На ней скульптура граффити-художника JonOne. Картина Фернана Бельмонте (1927).

Фрагмент гостиной на втором этаже. Консоль эпохи Наполеона III. На ней скульптура граффити-художника JonOne. Картина Фернана Бельмонте (1927).

Вещи либо очень старые и классические, либо очень новые и смелые. Так, в столовой у него висит гобелен по картине Рубенса “Смерть Деция Муса”, в кабинете стоит секретер времен Медичи и стол эпохи Людовика XV (все – семейные реликвии). И там же, в кабинете, висит малопристойная фотография работы Ранкина, изображающая украшенный сердечками лобок его (Ранкина) жены, а в гостиной стоит диван по дизайну Рона Арада. 

Фрагмент кабинета. Над антикварным буфетом эпохи Наполеона III висит фотография работы Ранкина.

Фрагмент кабинета. Над антикварным буфетом эпохи Наполеона III висит фотография работы Ранкина.

Еще один предмет искусства, гораздо менее смелый, модельеру очень дорог – это панно, которое художник Сезар собрал из кусочков кожи, поднятых с пола в ателье Житруа. “Сезар был совершенно раблезианским типом: обожал вино, еду и женщин”, – вспоминает Жан-Клод.

Вид из гостиной второго этажа в спальню Житруа.

Вид из гостиной второго этажа в спальню Житруа.

В жизни Житруа еда занимает периферийное место: кухня у него крохотная, дома он обедов не устраивает, ходит по окрестным ресторанам. “Меня там каждая собака знает, я никогда не ужинаю в одиночестве”. Вечеринки, правда, бывают часто, иногда очень театрализованные. Однажды, например, он вывесил наружу из своих окон стулья, к которым были ремнями безопасности привязаны приглашенные танцоры. То-то было на что с колеса обозрения посмотреть!

Спальня хозяина квартиры. Прикроватные тумбочки Balancing Boxes, дизайн бюро Front, Porro. Ваза с цветами, Lalique, 1930‑е годы. Лампы, Armani Casa. Над кроватью литография Сальвадора Дали.

Спальня хозяина квартиры. Прикроватные тумбочки Balancing Boxes, дизайн бюро Front, Porro. Ваза с цветами, Lalique, 1930‑е годы. Лампы, Armani Casa. Над кроватью литография Сальвадора Дали.

Житруа признается, что интерьер его все время меняется – он любит переставлять вещи с места на место. Но не подумывает ли он сменить квартиру, в которой прожил уже больше тридцати лет? “Да господь с вами. Я отсюда только на тот свет перееду!”

Гостевая спальня. Скульптура пантеры работы Ричарда Орлински сделана из хромированного пластика. Гобелен XVIII века.

Гостевая спальня. Скульптура пантеры работы Ричарда Орлински сделана из хромированного пластика. Гобелен XVIII века.

Вид из окон квартиры Житруа в буквальном смысле открыточный: Эйфелева башня, музей д'Орсе, Дом инвалидов, сад Тюильри. “Я категорически утверждаю, что это лучший вид в Париже!” — говорит модельер.

Вид из окон квартиры Житруа в буквальном смысле открыточный: Эйфелева башня, музей д'Орсе, Дом инвалидов, сад Тюильри. “Я категорически утверждаю, что это лучший вид в Париже!” — говорит модельер.

Текст: Иэн Филлипс

Фото: стефан жульяр
опубликовано в журнале №10 (144) Октябрь 2015

Комментарии