Дом архитектора Андре Воженски во Франции

Шел 1936 год. Двадцатилетний Андре Воженски топтался перед дверями проектной мастерской Ле Корбюзье на улице де Севр в Париже. И никак не решался постучаться в дом человека, который радикально изменил представления об архитектуре, казавшиеся незыблемыми в течение многих столетий. Со времен Ренессанса в архитектуре так и не было создано новой пропорциональной системы, способной заменить ту, которая досталась в наследство от древних греков. Но Воженски хотел найти новый путь, и он понимал: только Ле Корбюзье подскажет ему, что делать. Он набрался смелости и постучал.

Сразу после постройки дом архитектора Андре Воженского раскритиковали все, кроме Ле Корбюзье, который сказал: “Браво! Теперь вы такой же художник, как я”. Время подтвердило его правоту: в марте 1997 года здание объявили историческим памятником.

Сразу после постройки дом архитектора Андре Воженского раскритиковали все, кроме Ле Корбюзье, который сказал: “Браво! Теперь вы такой же художник, как я”. Время подтвердило его правоту: в марте 1997 года здание объявили историческим памятником.

Через несколько дней он уже ночевал в мастерской на связках чертежей, которые Ле Корбюзье дал ему для изучения. Отличное знание математики и начертательной геометрии, упорство и необыкновенная педантичность Воженски сделали свое дело. Первое послевоенное десятилетие он был ведущим архитектором мастерской, а с 1956-го стал компаньоном своего наставника. 

Стальной камин с коническим дымоходом спроектировала Марта Пан. Около обеденного стола, который примыкает к внешней части кухонного блока, — стулья Арне Якобсена. Лестница ведет в две спальни и в студию Андре Воженского.

Стальной камин с коническим дымоходом спроектировала Марта Пан. Около обеденного стола, который примыкает к внешней части кухонного блока, — стулья Арне Якобсена. Лестница ведет в две спальни и в студию Андре Воженского.

В 1945 году Воженски участвовал в создании принципов “Модулора” Ле Корбюзье. В буквальном переводе с латинского это слово означает “ритмически размерять”, а Модулор Корбюзье – это система, которая позволяет проектировать дома исходя из пропорций человеческого тела. Именно с помощью Модулора Воженски и построил в 1952 году свое первое здание – дом-студию для себя и своей жены, скульптора Марты Пан. 

Один из ранних эскизов Модулора Ле Корбюзье.

Один из ранних эскизов Модулора Ле Корбюзье.

Это здание в парижском пригороде Сен-Реми ле Шеврез “собиралось” вокруг квадратной кухни площадью чуть больше пяти квадратных метров. И дело вовсе не в недостатке места. По подсчетам Воженски, именно такие размеры позволяют чувствовать себя на кухне комфортно: до всего можно достать руками, не сдвигаясь с места.

Для новой мастерской Марты Пан было оборудовано помещение в саду около дома. В отделке преобладает дерево — материал, с которого она когда-то начинала.

Для новой мастерской Марты Пан было оборудовано помещение в саду около дома. В отделке преобладает дерево — материал, с которого она когда-то начинала.

Модулор сформировал и остальное пространство дома. Каждый предмет интерьера, каждая форма подчиняется здесь единой гармонии, основанной на числе 113 (на высоте 113 сантиметров находится пупок “идеального” человека). Планировка комнат следует основному правилу Воженски-архитектора: проектирование должно осуществляться с максимальным тактом по отношению к человеку.

В комнате Марты доминирует та же “мондриановская” цветовая палитра, что и во всем доме, — белый, черный и красный. Здесь она делала эскизы своих скульптур, а создавала их в мастерской, которая расположена в саду. Кресла Basculant, Thonet, дизайнер Ле Корбюзье.

В комнате Марты доминирует та же “мондриановская” цветовая палитра, что и во всем доме, — белый, черный и красный. Здесь она делала эскизы своих скульптур, а создавала их в мастерской, которая расположена в саду. Кресла Basculant, Thonet, дизайнер Ле Корбюзье.

В любом доме есть две “технологичные” зоны – ванная и кухня. Системы отопления и трубы водоснабжения и канализации – конструкции жестко зафиксированные. Воженски всегда возмущало, что такая жесткость порабощает человека. Стремясь максимально высвободить пространство, он устроил эти помещения друг над другом. Двери хозяин дома тоже недолюбливал – ведь они олицетворяют идею грубого разделения пространства. “В моей маленькой студии нет двери. Но чтобы попасть туда, необходимо преодолеть узкий крутой поворот. Вы не можете вбежать ко мне. Успокойтесь – и только тогда заходите. По этому же принципу устроены и входы в спальни. Вы выполняете последовательный ряд плавных движений – как в танце”. Прямо под студией Воженски находится комната его жены – ее окна выходят в сад, где установлены монументальные скульптуры Марты Пан. “Мне нравится слышать, как она работает, – говорил Воженски. – Эмоционально мы очень близки, поэтому нам важно все время быть рядом”.

В спальне архитектора нет дверей — это часть общего пространства второго этажа. 

В спальне архитектора нет дверей — это часть общего пространства второго этажа. 

Марта работала с самыми разными материалами – деревом, камнем, нержавейкой. “Основной материал скульптора – энергия самой скульптуры. Скульптура не существует сама по себе, она неизбежно меняет среду, в которой ее устанавливают”.

Ванная. Минималистский дизайн, белый цвет.

Ванная. Минималистский дизайн, белый цвет.

Воженски был убежден, что правильно спроектированное здание нуждается в минимальном декоре. Он любил насыщать архитектуру вкраплениями цвета. На выбор цветовой гаммы дома в Сен-Реми повлияла палитра Мондриана, построенная на балансе черного и белого. В своем доме Воженски ограничился строго функциональной мебелью – стульями Якобсена, креслами Ле Корбюзье, обитыми искусственной кожей, встроенными диванами – а для хранения вещей выделил специальные комнаты. “Нам с женой нравится пространство, которое способствует уединенному размышлению, – говорил архитектор. – Ведь самое насыщенное пространство – то, которое ничем не заполнено”.

Рядом с домом — сад скульптур Марты Пан. В 50-х она начала работать с деревом, а позже перешла к камню, плексигласу и нержавеющей стали.

Рядом с домом — сад скульптур Марты Пан. В 50-х она начала работать с деревом, а позже перешла к камню, плексигласу и нержавеющей стали.

В саду — скульптуры Марты Пан из нержавеющей стали.

В саду — скульптуры Марты Пан из нержавеющей стали.

Текст: Сильви Бурон

Фото: ТИМ ЭВАН-КУК
опубликовано в журнале №4 апрель 2003

Комментарии