Квартира в Париже, 97 м²

Мари-Тереза Перрен (а для друзей просто Мате) давно коллекционирует фотографии, современное искусство и предметы дизайна. Основу ее коллекции положила черно-белая фотография Синди Шерман, которую неожиданно для себя самой Мате купила на аукционе в Версале в 1980-х годах.

Гостиная-библиотека. Над камином — фотография Андреаса Гурски Zurich Bankprojekt 1997 года. На каминной полке — бронзовый канделябр скульптора Сезара Бальдаччини. Перед камином — табуреты дизайна Шарлотты Перриан, 1950-е, и столик на одной ножке дизайна Алессандро Мендини. В глубине слева — бумажное кресло, дизайнер Токудзин Йосиока.

Гостиная-библиотека. Над камином — фотография Андреаса Гурски Zurich Bankprojekt 1997 года. На каминной полке — бронзовый канделябр скульптора Сезара Бальдаччини. Перед камином — табуреты дизайна Шарлотты Перриан, 1950-е, и столик на одной ножке дизайна Алессандро Мендини. В глубине слева — бумажное кресло, дизайнер Токудзин Йосиока.

Позже ее страсть к фотографии вылилась в собственный фотофестиваль, носящий с 2001 года название “Тулузская весна”. Несколько лет Мате провела в Лондоне, но в 2005 году решила вернуться к корням – в Париж. “Париж – это что-то неизбежное. Я его обожаю”, – говорит Мате.

Мари-Тереза Перрен в столовой. Стол и скамьи сделаны на заказ по эскизу Тристана Оэ. На стене фоторабота Питера Берда “Озеро Рудольф”,1968.

Мари-Тереза Перрен в столовой. Стол и скамьи сделаны на заказ по эскизу Тристана Оэ. На стене фоторабота Питера Берда “Озеро Рудольф”,1968.

Вместе с мужем Аленом Домиником Перреном, президентом Фонда Картье в Париже, Мате нашла квартиру площадью девяносто семь квадратных метров в особняке Ришелье на набережной Бетюн на острове Сен-Луи. Это место супруги выбрали не случайно: “Дом должен делать меня счастливой, и Сена играет здесь большую роль, – говорит Мате. – Река успокаивает, она абсолютно необходима для моего психологического равновесия”. 

Гостиная.  На стенах — фотография Жан-Марка Бюстаманта (в центре) и фотография Ширин Нешат “Восторг” (слева). Журнальный столик дизайна Пьера Дельтомба, табуреты дизайна Шарлотты Перриан. Слева в углу столик для вина, дизайнер Даниэль Вайль, на столике — скульптура Сезара.

Гостиная.  На стенах — фотография Жан-Марка Бюстаманта (в центре) и фотография Ширин Нешат “Восторг” (слева). Журнальный столик дизайна Пьера Дельтомба, табуреты дизайна Шарлотты Перриан. Слева в углу столик для вина, дизайнер Даниэль Вайль, на столике — скульптура Сезара.

Фасад особняка украшают кованые балконы, из-за них в XVIII веке улица называлась набережной Балконов. Оформить новую квартиру Мари-Тереза пригласила одного из самых известных декораторов Франции Кристиана Лиэгра

Библиотека в уголке гостиной. Кушетка Barcelona, дизайнер Людвиг Мис ван дер Роэ.

Библиотека в уголке гостиной. Кушетка Barcelona, дизайнер Людвиг Мис ван дер Роэ.

Она попросила его так организовать пространство, чтобы в нем выигрышно смотрелись предметы искусства и дизайна. “Каждый раз, когда предстоит декорировать новый дом, я точно, до малейшей детали, представляю себе, как он будет выглядеть”, – говорит она.

Кухня. На стене картина Элгера Эссера “Этрет”. Справа фоторабота “Губы” Наташи Лезюёр.

Кухня. На стене картина Элгера Эссера “Этрет”. Справа фоторабота “Губы” Наташи Лезюёр.

Интерьер сделан безо всяких реверансов в сторону XVIII века. Все выглядит просто и в то же время благородно: основной цвет в спальнях, гостиной, столовой и кабинете – черный, который заставляет играть остальные цвета. Только благодаря черному так заметен в библиотеке хрустальный “Палец” французского скульптора Сезара Бальдаччини, того самого Сезара, чье имя носит престижная кинопремия.

Спальня. Кресло Liba, дизайнер Борек Шипек, Driade. Стол Tokyo, дизайнер Сиро Курамата, Memphis. Скульптура Кеити Тахары. Над кроватью картина Эрика Пуатвена.

Спальня. Кресло Liba, дизайнер Борек Шипек, Driade. Стол Tokyo, дизайнер Сиро Курамата, Memphis. Скульптура Кеити Тахары. Над кроватью картина Эрика Пуатвена.

В конечном счете Мари-Терезе удалось создать простой и теплый дом, своеобразное убежище и место для медитации. Пока велись ремонтные работы, она “постоянно думала о вещах из своей коллекции”. Например, при оформлении кабинета она отталкивалась в первую очередь от них, ведь в таком маленьком пространстве ей, очевидно, пришлось сделать выбор, и она остановилась на фотографии и безделушках. 

Окна квартиры выходят на Институт арабского мира, построенный Жаном Нувелем.

Окна квартиры выходят на Институт арабского мира, построенный Жаном Нувелем.

В ее квартире есть и дизайнерская мебель, классические образцы модернизма, такие как табурет Шарлотты Перриан или кресло Чарлза Имза. Впрочем, у Мари-Терезы нет одного любимого стиля, она уверена, что современный дизайн и искусство удачно вписываются в любой интерьер. Но здесь нет ни одной случайной вещи: все продумано, подобрано и связано между собой – от Инго Маурера до Алессандро Мендини, от Шарлотты Перриан до Андреаса Гурски.

Хрустальная скульптура “Палец” Сезара Бальдаччини, Baccarat.

Хрустальная скульптура “Палец” Сезара Бальдаччини, Baccarat.

Коллекция Мари-Терезы постоянно пополняется, так что она уже подыскивает жилье побольше: “Мое собрание расширяется, и мне бы хотелось за ним поспевать”.

На книжных полках — художественные альбомы вперемежку со скульптурными работами Сезара.

На книжных полках — художественные альбомы вперемежку со скульптурными работами Сезара.

Фотография Хельмута Ньютона и коллекция “снежных шаров”.

Фотография Хельмута Ньютона и коллекция “снежных шаров”.

Текст: Софи Джерлаль

Фото: ИВАН ТЕРЕЩЕНКО
опубликовано в журнале №10 (56) октябрь 2007

Комментарии