Семейная вилла в Милане

Марко Арозио немножко стесняется своего дома. “Я унаследовал эту удивительную виллу в возрасте двадцати шести лет. Огромный дом для меня, заядлого холостяка, оказался слишком велик”, – рассказывает он. Первоначальная владелица, прабабушка Арозио, была художницей и посещала мастерскую модного ломбардийского портретиста 1920-х годов Аттилио Андреоли. Отец, посчитав это недостаточным, купил ей дом, чтобы она могла писать и на пленэре.

Голубая гостиная. Стол и секретер, красный лак, Fornasetti. Итальянский диван 1950-х обит тканью Eger. Столик по эскизу Томмазо Бурри, 1930‑е годы. Французский камин 1870-х годов, над ним ампирное зеркало 1800-х. Люстра 1940‑х годов с клеймом Rotari. На стене полка Bookworm, дизайнер Рон Арад, Kartell.

Вилла 1910 года, расположенная на берегу канала Мартезана в старинном квартале Милана, досталась Марко Арозио в весьма плачевном состоянии. Многие детали внутренней отделки были утрачены – особенно пострадали оконные рамы и камины. Сад, заросший сорняками, совершенно потерял первоначальную чистоту планировки. Традиционный ремонт как способ восстановления дома был сразу отвергнут. 

Столовая. Люстра 1920-х годов по рисунку архитектора Пьеро Порталуппи, обеденный стол, 1905 год.

Арозио, будучи по призванию антикваром, многие годы доводил виллу до совершенства. Пол из плиток с вкраплением мраморной крошки и садовая скульптура были привезены из шедшего под снос отеля, ровесника виллы, на озере Комо. Мебель в стиле либерти для столовой Марко купил на вилле-двойняшке – она идеально подходила по размеру. Теперь в интерьере все детали – рамы и оконные шпингалеты, зеркала, вешалки, дверные ручки – одного времени и собраны поштучно. С садом пришлось повозиться: ландшафтный дизайнер “снес” подчистую все лишнее и постепенно ввел в композицию растения, характерные для начала XIX века.

Шафрановая гостиная. Рисунок свинцового оконного переплета разработан художником Пьеро Кьезой в начале 1930‑х годов. Стол австрийского производства, 1930-е; люстра муранского стекла, 1920-е; шкаф в стиле либерти, 1905 год.

В большом пространстве невозможно жить, если оно плохо организовано и неудобно. Поэтому Марко устроил на месте бывшего гаража современную профессиональную кухню. Есть еще и “летняя” кухня – на отреставрированной веранде красного салона, она служит дополнительным помещением для распития аперитивов. В стенах овального, как в неоклассических виллах, холла Арозио спрятал гардероб и маленький гостевой туалет.

Зеленый салон. На стене коллекция рисунков XVIII века из семейного собрания. Диван, XVIII век; столик из гарнитура отеля Grand Hotel et de Milan, 1930-е.

Марко постоянно пополняет свою коллекцию старинных рисунков, современной графики и живописи, бокалов, предметов сервировки и мебели. Его особая страсть – антикварное стекло. По всему дому развешаны и расставлены великолепные “экземпляры” муранских светильников, люстр начала прошлого века и торшеров 1950-х годов. На каминных полках выставлены подборки красных ваз. Коллекция старинных тарелок с рецептами и символами итальянских городов занимает весь потолок веранды. 

На потолке веранды — коллекция “рецептурных” тарелок; на мраморной столешнице — подносы, Fornasetti, 1950-е.

Арозио любит странствовать – в нем борются любовь к коллекционированию и неприхотливость опытного путешественника. В его шкафу лишь пара пиджаков, зато в горках стоят четыре полных столовых сервиза из майолики на двенадцать персон. Последнее приобретение Марко – чугунные антикварные скамейки из городского сада Милана в комплекте с коваными креслицами, словно “для избалованных детей”.

Голубая гостиная. Муранская люстра, 1920-е. Шкаф, начало ХIХ века. Над ним коллекция тарелок дизайна Джо Понти для Richard Ginori, 1928 год.

Марко Арозио – гостеприимный хозяин. Он устраивает светские приемы и вечеринки и предоставляет виллу в качестве “натуры” для рекламных и киносъемок. Ему нравится, что дом живет своей жизнью, и он верит, что красотой надо делиться. О сохранности своих интерьеров Марко не беспокоится: “Будет лучше, если мой паркет сотрут высокие каблучки, чем сожрут древесные жуки”.

Бальный зал. На ампирном шкафу фарфоровые статуэтки, скульптор Джованни Патрини.

Ванная. Зеркало и бра 1930-х годов, пол из альпийского мрамора, батарея расписана под мрамор в тон полу.

Текст: Елена Немкова

Фото: ТОНИ МЕНЕГУЦЦО
опубликовано в журнале №6 (52) июнь 2007

читайте также

Комментарии