Дом в Новой Зеландии

Воспетая режиссером Питером Джексоном земля – родина деревьев с экзотическим названием “похутукава”. Здесь их примерно столько же, сколько в наших краях тополей и берез. К Рождеству листья похутукавы становятся красными, превращая деревья в некое подобие пуансеттии или декабриста. Древние племена маори считали, что похутукава как-то связана с миром духов, а потому относились к ней с особым почтением.

Балки, поддерживающие крышу, вторят направленным на дом ветвям похутукав.

Балки, поддерживающие крышу, вторят направленным на дом ветвям похутукав.

Семейный дуэт архитекторов Ланса и Николы Хербст хоть и далек от этих легенд, но в своем недавнем проекте отвел важное место этим растениям. Надо сказать, что у оклендской пары уже давно выработался фирменный стиль: минималистичный и с уклоном в экологичность и заботу о природе. Всякий раз, как они сталкиваются с проблемным с точки зрения ландшафта участком, им удается найти решение, чтобы гармонично вписать задуманную ими постройку. Так получилось и с этим ­домом. К слову, проект “Под похутукавой” завоевал несколько архитектурных наград.

Гостиная расположена под проходом из одной части дома в другую. В ней создается ощущение, что дом возвели без стен.

Гостиная расположена под проходом из одной части дома в другую. В ней создается ощущение, что дом возвели без стен.

Участок, на котором заказчики захотели построить дом, был частью густого лесного массива из этих самых похутукав, простиравшегося вдоль берега океана. ­Необходимо было вписать дом в существующий ландшафт с минимальными потерями по части вырубки деревьев. Клиенты Хербстов хотели получить не просто улучшенный вариант хижины или бунгало, в котором можно перевести дух после серфинга (неподалеку располагается место со стабильными и отличными волнами – один из доводов за покупку этого участка). Им нужен был полноценный дом для комфортного пребывания в нем на долгих каникулах.

Интерьер оформляли, ­используя сплошь натуральные материалы.

Интерьер оформляли, ­используя сплошь натуральные материалы.

“Мы строили внутри старого густого леса, который требовал от нас уважения к себе”, – замечает Ланс. В результате получился дом, который почти сливается с окружающей природой и при этом создает ощущение защищенности. В некоторых местах дома, например в стеклянном павильоне с видом на океан, вообще непонятно, что над тобой – крыша или ветки деревьев. И кажется, будто сначала на этом месте возникло здание, а уже потом деревья разрослись вокруг. “Мы считали, что дом должен напоминать о деревьях, которые росли на его месте, – отмечает Ланс. – Нам пришлось вырубить несколько похутукав для своих целей, и на их месте должна была появиться достойная замена”.

Кухня. Прозрачные стеклянные перегородки помогают создать ощущение, будто вы находитесь на природе. Кажется, что эта ветвь похутукавы проникает прямо на кухню.

Кухня. Прозрачные стеклянные перегородки помогают создать ощущение, будто вы находитесь на природе. Кажется, что эта ветвь похутукавы проникает прямо на кухню.

Получившаяся постройка сама как дерево. Снаружи она покрыта черными кедровыми досками, причем их ­намеренно выбрали с грубой неровной поверхностью, ­чтобы еще больше напоминали кору дерева. Ну а поддержи­вающие крышу балки напоминают собственно ветки. ­Внутри дом, как и полагается дереву в его сердцевине, гораздо светлее – он обшит досками нежного медового оттенка. На двух этажах разместились все необходимые помещения. Части здания соединяются между собой стеклянным переходом, под которым обустроена просторная зона гостиной с камином. Обстановка практически лишена каких-либо декоративных предметов, да и зачем они здесь, если вид из окна – самая лучшая картина. За счет “незамусоренности” интерьера и обилия стеклянных стен и больших окон дом становится очень просторным.

Одна из спален. В интерьере намеренно мало картин и прочих декоративных элементов, ведь ничто не заменит такой вид из окна.

Одна из спален. В интерьере намеренно мало картин и прочих декоративных элементов, ведь ничто не заменит такой вид из окна.

Постройки такого рода, которые являются не основным жильем, а местом для отдыха в теплое время года, архитекторы не перегружают высокотехнологичными приспособлениями. Разумеется, горячая вода и оборудованные санузлы здесь имеются, но в целом архитекторы считают, что не стоит ­перенасыщать постройку и делать проживание в ней точь-в-точь как в городских условиях – в городе и так целый год живешь, если уж отдыхать от мегаполиса, так ­отдыхать.

Фрагмент одной из спален. Оконные проемы продуманы таким образом, чтобы захватить как можно больший вид на лес.

Фрагмент одной из спален. Оконные проемы продуманы таким образом, чтобы захватить как можно больший вид на лес.

В этом доме все вертится вокруг деревьев. А могло ли быть иначе в таком-то месте? “Впечатления от пребывания здесь ни с чем не сравнимы, – говорит Ланс Хербст. – Этот свет, это пространство, эта глубина... Из каждой комнаты хоть чуть-чуть, но виден лес. Таким образом создается именно то ощущение, которого мы и добивались, – будто дом стоял здесь испокон веков и, находясь, скажем, в гостиной, вы находитесь вовсе не в гостиной, а в самом центре густого леса похутукав”.

Вид из перехода, связывающего две части дома.

Вид из перехода, связывающего две части дома.

Текст и стиль: Тами Кристиансен

Фото: Натали Крэг
опубликовано в журнале №03 (148) Март 2016

Комментарии