Квартира на Балтийском побережье

“Моряки недолюбливают Балтийское море за непредсказуемый нрав, обыватели за холодную воду, а я влюбилась в его сине-стальной оттенок с первого взгляда”, – говорит Анна Ягдфельд, жена основателя финансовой империи Анно Августа Ягдфельда. 

Гостиная. Ковер, диван, кресло и подушки выполнены по дизайну хозяйки; обивка, Manuel Canovas. Барочный комод куплен в Амстердаме, а Будда на подоконнике и две картины китайского художника Цю Ятсая привезены из путешествия по Востоку.

Гостиная. Ковер, диван, кресло и подушки выполнены по дизайну хозяйки; обивка, Manuel Canovas. Барочный комод куплен в Амстердаме, а Будда на подоконнике и две картины китайского художника Цю Ятсая привезены из путешествия по Востоку.

Ее роман с Балтикой случился в тот момент, когда Анна приехала в небольшой курортный городок Хайлигендамм на время строительства отеля “Кемпински”, которое велось под руководством и на деньги Ягдфельда. “Здесь почти ничего не было – несколько полузаброшенных вилл и много-много пустого пляжа”, – вспоминает Анна. Они выбрали по фотографии дом на отшибе (Анне понравилась башенка с видом на море) и думали, что уедут из Хайлигендамма, как только заработает отель. “Но в какой-то момент я поняла, что хочу постоянно возвращаться в это странное место”, – объясняет она. Анна начала отделку квартиры на первом этаже виллы, и в то время как ее муж занимался возведением грандиозного пятизвездочного курорта, строила свой собственный небольшой, но очень продуманный монохромный мир.

Обеденный стол в столовой куплен в лондонском антикварном магазине, чехлы на стульях, как и шторы, сделаны из бельгийского льна компанией Libeco. На сервировочном столике конца XVIII века стоят китайские вазы, над ними — фотоработы Ирвина Пенна.

Обеденный стол в столовой куплен в лондонском антикварном магазине, чехлы на стульях, как и шторы, сделаны из бельгийского льна компанией Libeco. На сервировочном столике конца XVIII века стоят китайские вазы, над ними — фотоработы Ирвина Пенна.

Цвет стен – одинаковый во всех помещениях – выбрало за хозяев море. “Мне захотелось насладиться этим голубым, полностью погрузиться в него, – объясняет Анна. – Мебель подбиралась так, чтобы не нарушать общую интонацию”. Большинство предметов обстановки куплено в берлинских антикварных магазинах: барочные столики со столешницами из редкого синего мрамора, классические бальные стулья (первоначальная цветочная обивка заменена на голубую) и роскошный шкаф XVII века. Только дубовые кухонные шкафы современные и сделаны по эскизам хозяйки дома.

Кухонные шкафы выполнены из дуба по рисунку хозяйки, техника от компании Gaggenau.

Кухонные шкафы выполнены из дуба по рисунку хозяйки, техника от компании Gaggenau.

“Море подарило нам не только все оттенки синего, но и мечту об экзотических странах”, – говорит Анна. В квартире нашлось место для всех безделушек, которые хозяева привозили из своих многочисленных странствий. На консольном столике рядом с китайскими вазами стоит черепаховый панцирь из брюссельской антикварной лавки, нос рыбы-пилы, купленный в Париже, и два страусиных яйца, которые тайские художники украсили серебряными драконами. На низком бельгийском столике китайские попугаи охраняют английскую табакерку и индийское колониальное серебро. “Я не боялась хаоса. Никакие экзотические игрушки не перевесят холода северной природы”, – объясняет хозяйка.

Собрание диковин на консольном столике в гостиной: черепаховый панцирь, нос рыбы-пилы и “драконовые” яйца из Таиланда.

Собрание диковин на консольном столике в гостиной: черепаховый панцирь, нос рыбы-пилы и “драконовые” яйца из Таиланда.

Квартира не слишком велика, особенно для семьи с пятью сыновьями. (“Мы только пару лет назад отказались от мечты завести девочку”, – смеется Анна.) Кроме гостиной и столовой, соединенной с кухней, здесь есть только две спальни – одна для хозяев, другая для девятилетнего Ганнибала, самого младшего в семье. Для старших сыновей оборудованы комнаты в мансарде и в специально построенном модернистском домике позади виллы. “Муж считает, что взрослые дети должны жить отдельно от родителей, а мне хотелось хоть иногда кормить сыновей обедом, так что мы нашли компромисс, – говорит хозяйка. – К тому же молодые предпочитают более современную обстановку”.

Спальня хозяев. Кровать, Ralph Lauren Home, обитая тканью, Manuel Canovas. Лампы переделаны из антикварных китайских ваз.

Спальня хозяев. Кровать, Ralph Lauren Home, обитая тканью, Manuel Canovas. Лампы переделаны из антикварных китайских ваз.

Единственная уступка моде, которую Анна позволила в своем доме, – это фотографии на стенах. “Мне говорили, что сюда надо покупать картины малых голландцев, но я предпочла Хельмута Ньютона”, – говорит она. Немецкий фотограф сам подарил Анне портреты Катрин Денев и Роми Шнайдер, которые она повесила на стене в коридоре рядом с портретами индейцев, сделанными Эдвардом С. Кертисом, и заснеженными пейзажами неизвестных китайских фотографов.

Выбеленный паркет напоминает палубу корабля, много бороздившего просторы океанов.

Выбеленный паркет напоминает палубу корабля, много бороздившего просторы океанов.

“Когда мой муж вошел в квартиру впервые, он посмотрел на меня внимательно и сказал: “Я знаю, почему ты выбрала этот цвет для стен. Он прекрасно оттеняет твои глаза, – рассказывает Анна. – И хотя это вышло случайно, почему бы не насладиться дополнительным эффектом?”

Этот лаконичный морской пейзаж открывается из всех окон квартиры семьи Ягдфельд.

Этот лаконичный морской пейзаж открывается из всех окон квартиры семьи Ягдфельд.

Текст: Андреас Шефер

Фото: ТОМАС ЛОФ
опубликовано в журнале №3 (71) март 2009

Комментарии