Бизнес-центр в Санкт-Петербурге

Здание бизнес-центра “Блэкрец Плаза”, о котором идет речь, — отличный аргумент в адрес людей, которые постоянно ноют о том, что “русские архитекторы не могут строить как в Европе”. Могут, причем уже давно — среднестатистическая офисная архитектура у нас и, скажем, во Франкфурте не отличается ничем. 

Перед фасадом бизнес-центра стоит скульптура Рокси Пейна — стальное дерево-дендроид под названием Defunct (2004).

Перед фасадом бизнес-центра стоит скульптура Рокси Пейна — стальное дерево-дендроид под названием Defunct (2004).

В данном случае российские авторы, а именно Никита Явейн и его “Студия 44”, западных коллег, на мой взгляд, обошли. Для начала им очень повезло с местом: участок угловой и рядом нет никаких других заметных построек, что позволило придать зданию нестандартную форму. Оно похоже на одно из заданий на вступительных экзаменах в Архитектурный институт: перед абитуриентом ставят набор геометрических фигур (цилиндр, куб, конус и так далее), и он должен мысленно их все друг с другом пересечь и нарисовать похожую на здание объемно-пространственную композицию. 

Звездное место в вестибюле бизнес-центра “Блэкрец Плаза” в Петербурге занимает скульптура Дейла Чихули из серии Icicle Tower (2004).

Звездное место в вестибюле бизнес-центра “Блэкрец Плаза” в Петербурге занимает скульптура Дейла Чихули из серии Icicle Tower (2004).

Явейн примерно это и проделал — основной цилиндрический объем у него эффектно пересекается с разновеликими призмами, и силуэт у здания оказывается весьма динамичный. Любо-дорого смотреть, как эта помесь корабля с айсбергом рассекает окружающую маловыразительную среду. Но даже эта эффектная “внешность” здания меркнет перед неожиданными богатствами, которые встречают посетителя внутри.

В центре здания расположен многоярусный атриум с эффектной стеклянной лифтовой шахтой.

В центре здания расположен многоярусный атриум с эффектной стеклянной лифтовой шахтой.

На то, что не всё с этим офисом так просто, намекает уже растущее перед фасадом дерево. Не настоящее, а стальное — это четырнадцатиметровая скульптура американца Рокси Пейна: он называет свои работы “дендроиды”. Несколько лет назад русский бизнесмен Дмитрий Костыгин купил дерево для своей личной коллекции и получил у городских властей разрешение установить его перед “Блэкрец Плазой”, где его компания “Биг Бокс” является основным арендатором. И это было только начало. Интерьеры офиса, которыми занималось архитектурное бюро “Этаж”, тоже создавались при непосредственном участии Дмитрия Костыгина: его можно смело назвать одним из авторов концепции.

Переговорная комната. На стене работа Вика Муниса на тему “Супрематизма” Казимира Малевича.

Переговорная комната. На стене работа Вика Муниса на тему “Супрематизма” Казимира Малевича.

Участие бизнесмена в проекте было не только планировочно-функциональным. Куда важнее то, что он продолжил внедрять в интерьер офиса предметы из своей коллекции современного искусства. Так, в высоком и светлом холле он повесил скульптуру Дейла Чихули из серии Icicle Tower — причем тут выставлена версия работы, созданная специально для Костыгина “под размер” здания. Там же, при входе, стену украшают и вовсе уникальные для России экспонаты — гигантские панно авторства Фрэнка Стеллы.

Вестибюль. На стене панно Фрэнка Стеллы Duel B (2000). Скамья по дизайну корейского художника Бае Се-хва.

Вестибюль. На стене панно Фрэнка Стеллы Duel B (2000). Скамья по дизайну корейского художника Бае Се-хва.

Дальше чудеса не кончаются: в переговорных комнатах и общественных пространствах бизнес-центра висят авторские работы Вика Муниса по мотивам знаменитых русских картин от Верещагина до супрематистов. В кафе для сотрудников стоит, к тому же, мебель B&B Italiа: в интерьерах не только с искусством все хорошо, дизайнерские объекты тоже в наличии. Топ-менеджеры тоже не обижены — в кабинете совета директоров на верхнем этаже висят отличные работы китайца Фана Лицзюня и немца Эрика Шмидта.

Кафе для сотрудников офиса. Мебель, B&B Italia. На стене картина Вика Муниса на тему верещагинского “Апофеоза войны”.

Кафе для сотрудников офиса. Мебель, B&B Italia. На стене картина Вика Муниса на тему верещагинского “Апофеоза войны”.

Ладно скроенный, с выразительными фасадами, броскими интерьерами и, откровенно говоря, уникальным набором коллекционного искусства, этот офисный центр — отрада для патриотично настроенного архитектурного критика, каковым я честно себя признаю. Он доказывает: не исчезло никуда легендарное русское меценатство 1900-х. Не только западные банки вкладываются в хорошую архитектуру и коллекционирование искусства. У Мамонтова и Морозова есть духовные наследники.

Кабинет совета директоров. Мебель в зоне письменного стола, Fratelli Longhi. Мебель в переговорной зоне, Turri. В приобретении мебели и тканей создателям интерьера помогала компания Hall Oscar. На стене у стола картина Эрика Шмидта Zauberstiefel (2007).

Кабинет совета директоров. Мебель в зоне письменного стола, Fratelli Longhi. Мебель в переговорной зоне, Turri. В приобретении мебели и тканей создателям интерьера помогала компания Hall Oscar. На стене у стола картина Эрика Шмидта Zauberstiefel (2007).

Фрагмент кабинета совета директоров. На стене картина Фана Лицзюня под названием “2006.1.1” (2006).

Фрагмент кабинета совета директоров. На стене картина Фана Лицзюня под названием “2006.1.1” (2006).

Текст: Евгений Владимиров

Фото: егор рогалев
опубликовано в журнале №04 (149) Апрель 2016

Комментарии