Вилла в Марракеше

Прежде чем Жиль Тибуль купил участок земли в роскошном пригороде Марракеша, он ежегодно в течение почти пятнадцати лет приезжал сюда на несколько недель. В Париже Жиль управляет большой медицинской клиникой, и время от времени ему просто необходимы такие побеги от реальности. 

Гостиная. Мягкие диваны и кресла, книжные полки из бетона и огромная стеклянная дверь, ведущая в сад, выполнены по рисунку хозяина. На стене — шелкографии Энди Уорхола.

Гостиная. Мягкие диваны и кресла, книжные полки из бетона и огромная стеклянная дверь, ведущая в сад, выполнены по рисунку хозяина. На стене — шелкографии Энди Уорхола.

“Всего десять дней неспешного чтения и солнечных ванн, и я возвращался домой расслабленный и загорелый, – рассказывает он. – И когда мне попался этот чудный участок, выставленный на продажу, я понял – это судьба. Нужно ли добавлять, что мои безмятежные марокканские каникулы закончились вместе с покупкой земли и началом строительства?”

Для кухни Жиль Тибуль выбрал розоватую штукатурку и традиционную марокканскую плитку. Барные стулья Bombo, дизайнер Стефано Джованнони, Magis.

Для кухни Жиль Тибуль выбрал розоватую штукатурку и традиционную марокканскую плитку. Барные стулья Bombo, дизайнер Стефано Джованнони, Magis.

По старой легенде, своим названием – Пальмера – эта местность обязана девятимесячной осаде Марракеша, случившейся в 1147 году. Тогда солдаты халифа Абд ал-Мумина разбили лагерь под стенами Красного города и пытались взять жителей измором. Захватчиков было так много, что из косточек съеденных ими фиников выросла настоящая пальмовая роща. “Не знаю, сколько там было воинов, – смеется Жиль, – но пальм здесь действительно невероятное количество. Они спасают от жары, которую белому человеку вынести почти невозможно”.

Гостевая кровать 1940-х годов переобита стеганой тканью под цвет стен. Дверь, ведущая в ванную, обтянута красной кожей с тиснением.

Гостевая кровать 1940-х годов переобита стеганой тканью под цвет стен. Дверь, ведущая в ванную, обтянута красной кожей с тиснением.

Тибуль сам нарисовал план виллы с высокой центральной частью и двумя одноуровневыми боковыми крыльями. “В первые несколько лет после завершения (как мне казалось!) строительства я пережил настоящее нашествие. В чем-то мои друзья были даже пострашнее армии Абд ал-Мумина. Они восхищались семиметровыми потолками в гостиной, пару раз разбили огромную стеклянную дверь, ведущую в бассейн, и не понимали никаких намеков, когда им предлагалось переехать в гостиницу. Пришлось снова развернуть на участке стройплощадку и соорудить в боковых крыльях отдельные гостевые комнаты с ванными. После этого жизнь почти наладилась”.

В главной ванной антикварные венецианские зеркала соседствуют с креслом Doctor Sonderbar по дизайну Филиппа Старка, xO.

В главной ванной антикварные венецианские зеркала соседствуют с креслом Doctor Sonderbar по дизайну Филиппа Старка, xO.

Для сооружения виллы Тибуль использовал только традиционные местные материалы – глиняные кирпичи с соломой, дерево и характерную охристую штукатурку, из-за которой Марракеш и называют Красным городом. “В Марокко любят современную архитектуру, но даже самый заядлый минималист, оказавшись здесь, понимает, что строить в таком климате небоскребы из стекла и бетона – самоубийство, – рассуждает хозяин. – Так что все новейшие постройки в городе в итоге мало чем отличаются от средневековых риадов. Да и кто я такой, чтобы изобретать велосипед?”

В патио перед бассейном кресла Bubble Club по дизайну Филиппа Старка для Kartell.

В патио перед бассейном кресла Bubble Club по дизайну Филиппа Старка для Kartell.

Любителям дизайна XX века приходится в Марокко нелегко. “Найти здесь настоящую маску фараона проще, чем шезлонг Ле Корбюзье. Потому почти всю обстановку – конструктивистские полки в гостиной, кресла Филиппа Старка для патио и даже некоторые ткани – пришлось везти из Парижа, – говорит Жиль и продолжает: – Марокко – вызывающе яркая страна. Я должен был придумать, что в моей бледной европейской системе ценностей будет соответствовать этому лазурному небу, желтому песку пустыни и пронзительным закатам”.

Внутренний дворик образован двумя боковыми крыльями дома. Кактусы, посаженные тут, выдерживают палящее солнце и почти не требуют ухода.

Внутренний дворик образован двумя боковыми крыльями дома. Кактусы, посаженные тут, выдерживают палящее солнце и почти не требуют ухода.

Оказалось, для этой цели прекрасно подходят картины Энди Уорхола, модернистская мебель 1940-х годов и муранское стекло. Ну, а дань местному колориту, по мнению Жиля, отдают гигантские портьеры из красного бархата, которые обрамляют вход в гостиную. “Это был завершающий штрих. Дом был закончен, мебель расставлена, бассейн наполнен водой, – рассказывает Тибуль – Я уже предвкушал, как растянусь в шезлонге и буду смотреть на закат, когда мой брат заявил: “Это совсем не похоже на Марокко. Не хватает чего-то по-восточному роскошного”. Но он не прав. Что может быть помпезнее, чем бессмысленно потраченные четырнадцать метров натурального бархата?”

Вокруг бассейна растут финиковые пальмы, которые дали название району Пальмера.

Вокруг бассейна растут финиковые пальмы, которые дали название району Пальмера.

Текст: Барбара Стоэлти

Фото: РЕНЕ СТОЭЛТИ
опубликовано в журнале №1 (69) январь 2009

Комментарии