Новый бутик Dior в Лондоне

“Уникальный персонаж!” — смеется Мария, менеджер лондонского бутика Dior. Речь идет о Питере Марино, который оформил новую версию магазина. Мария достает с полки увесистую книгу о творчестве архитектора и показывает мне его портрет: Марино, одетый с ног до головы в черную кожу, похож не то на байкера, не то на завсегдатая садомазовечеринок. “Суров на вид?! — торжествует Мария. — Но какой нежнейший сделал магазин!” 

Разросшийся бутик Dior теперь занимает два здания на Нью-Бонд-стрит, причем то, что справа, нельзя было перестраивать ни внутри, ни снаружи: оно охраняется государством.

Разросшийся бутик Dior теперь занимает два здания на Нью-Бонд-стрит, причем то, что справа, нельзя было перестраивать ни внутри, ни снаружи: оно охраняется государством.

Магазин у Марино и правда вышел нежный, воздушный, переливчатый, похожий на сказочный дворец. Оттенки серого и серебристого, бесконечные зеркала, люстры-скульптуры и множество арт-объектов, рассыпанных по всем этажам, — это пространство могло бы оказаться перегруженным и холодным, если бы не оживляющие его детали: маленькая фотография смешного юного Диора на камине в одном из залов (так обычно ставят фотографии родственников); до абсурда маленький керамический столик в другом; стена из крашенного в серебряный, но шершавого и уютного дерева в третьем.

В вестибюле с потолком высотой в четыре этажа манекены сидят возле входа на скамье работы Клода Лаланна. Сиденья и спинки скамьи выполнены в форме лепестков растения гинкго билоба — еще один растительный символ жизни.

В вестибюле с потолком высотой в четыре этажа манекены сидят возле входа на скамье работы Клода Лаланна. Сиденья и спинки скамьи выполнены в форме лепестков растения гинкго билоба — еще один растительный символ жизни.

Когда руководство Dior решило перестроить и расширить бутик в Мэйфэйре, основной задачей было сделать его ­очевидно лондонским, при этом не теряя многочисленных отсылок к наследию Кристиана Диора (которого в магазине называют “месье Диор”). Марино решил наполнить его мебелью, коврами, зеркалами и объектами, которые напоминали бы о любви Диора к стилю Людовика XVI и Версалю, но были бы безусловно современными, и по максимуму использовать историческую архитектуру здания. Вернее, зданий: помимо старого помещения в доме номер 160, расширенный магазин теперь занимает еще два — примыкающий к нему двор и следующий дом, номер 162, где находится отдел Baby Dior. Это одна из старейших построек на Нью-Бонд-стрит (она, например, есть на картах начала XVIII века), и задачей Марино было показать ее во всей красе.

Мириады оттенков серого — отличный фон и для летних, и для зимних коллекций. Он останется неизменным, в то время как цвет помады, лака, волос и глаз манекенов будет меняться раз в несколько недель.

Мириады оттенков серого — отличный фон и для летних, и для зимних коллекций. Он останется неизменным, в то время как цвет помады, лака, волос и глаз манекенов будет меняться раз в несколько недель.

Для этого архитектор избавился от построек (современных) между домами 160 и 162. Образовался внутренний двор, из которого видна великолепная кирпичная кладка на стене дома 162. Над двором Марино возвел невысокую стеклянную крышу: невысокую — чтобы было уютно, стеклянную — чтобы было видно старые стены. В этом крытом патио, соединяющем взрослые и детский отделы, посреди мандариновых деревьев расположилась коллекция домашней утвари Dior Home, над которой потрудилась целая плеяда дизайнеров. 

Капсульные коллекции для Dior Home разработали многие друзья Дома, от иконы моды Люси де ля Фалез до культового дизайнера Юбера ле Галля.

Капсульные коллекции для Dior Home разработали многие друзья Дома, от иконы моды Люси де ля Фалез до культового дизайнера Юбера ле Галля.

Тем временем верхние этажи основного помещения, которые ранее занимали офисы Dior, превратились в торговые пространства с открытыми галереями и балконами: отсюда, как из ложи, можно смотреть вниз, на толпу посетителей на первом этаже. В результате бутик теперь занимает четыре этажа, крытый двор плюс два этажа соседнего здания, хотя общая торговая площадь не так уж и велика — 250 квадратных метров.

На первом этаже бутика гостей встречает скульптура работы англичанина Тони Крэгга под названием “Дальний родственник”.

На первом этаже бутика гостей встречает скульптура работы англичанина Тони Крэгга под названием “Дальний родственник”.

Как обычно у Марино, это пространство заполнено работами его любимых художников. На входе посетителей встречает круглая скамья работы Клода Лаланна. Далее в программе: скульптуры Тони Крэгга и Радо Кирова; керамические сценки работы американской художницы Бет Кейтлман, на первый взгляд идиллические, при ближайшем рассмотрении страшноватые; инсталляция Тимоти Хорна в виде огромного серебряного коралла с гигантскими жемчужинами; картина Идриса Хана; видеоарт студии Oyoram и так далее. Многие из этих художников живут и работают в Великобритании. Эти объекты добавляют помещению долю эклектики и абсурда и придают пространству тот самый современный лондонский флер, не умаляя его парижской утонченности, — что и требовалось.

  • Вероника Теттенже использует традиционный для Дома Dior узор cannage (“плетеный стул”) в своей посуде для Dior Home.
  • Графин, Dior Home. Джильберто Арривабене сконцентрировался на сером, розовом и черном — любимых цветах месье Диора.
  • Пресс-папье с монограммой из коллекции венецианского мастера по стеклу Джильберто Арривабене для Dior Home.
  • Мелочница, Dior Home.
  • На одной стороне сумки — принт с орхидеей работы Куинна. На другой — его цветовая инверсия.
  • Цветочные принты — дань любви Диора к садам как самому яркому проявлению жизни.
  • В честь открытия нового магазина британский художник Марк Куинн разработал капсульную коллекцию сумок для Dior.
  • Текст: Яна Мелкумова 

    Фото: архив пресс-службы
    опубликовано в журнале №09 (154) Сентябрь 2016

    Комментарии