Квартира в доме Фалеева на Чистых прудах

Доходный дом Фалеева в Милютинском переулке 1897 года постройки Александр Якимов присмотрел давно. 

Александр Якимов у себя на кухне. Стена выложена плитками из крашеного дуба.

Александр Якимов у себя на кухне. Стена выложена плитками из крашеного дуба. "Это мое изобретение. Плитки наклеены чуть неровно, чтобы было ощущение ручной работы", — говорит хозяин. Старые фотографии — из семейного архива Александра.

“Ехал мимо и понял, что хочу здесь жить. Чистые пруды – это такое московское Сохо. Безумно удобно, приятная публика... Потом дом расселили, поставили на капремонт. Я чудом купил последнюю и при этом лучшую квартиру – на этом этаже жили домовладельцы, поэтому потолки здесь самые высокие”.

На потолках – лепнина с ангелами. 

Квартира в доме Фалеева на Чистых прудах

“Это я старый гипс отреставрировал. Так и запишите! – говорит Александр, но тут же раскрывает карты: – Вообще-то после ремонта от дома остался только фасад. Перекрытия новые, так что лепнину я сам делал”.

Гостиная. Люстра Zeppelin по дизайну Марселя Вандерса для Flos (Якимов собирается заменить ее антикварным светильником, который пока на реставрации). Откосы окон оформлены деревянными панелями. Торшеры, Chelini.

Гостиная. Люстра Zeppelin по дизайну Марселя Вандерса для Flos (Якимов собирается заменить ее антикварным светильником, который пока на реставрации). Откосы окон оформлены деревянными панелями. Торшеры, Chelini.

Мастера, отливавшие лепной декор, нарисовали Якимову еще и двери – исходя из пластических возможностей гипса. “Мои “деревянщики” месяцев семь мучались, вытачивая эти завитушки. Зато получилось супер!” 

Барельеф (гипс, обтянутый кожей) сделан художником Михаилом Долгополовым.

Барельеф (гипс, обтянутый кожей) сделан художником Михаилом Долгополовым.

Балки в спальне тоже новодельные. Их расписывал художник-иконописец. “Пришел ко мне дед с окладистой бородой, попросил семь тысяч рублей. Я ему больше давал, так он отказался: мол, не богоугодное это дело – много денег брать. А друзья-рекламщики предлагали сделать роспись по трафарету, говорили, что “будет как пластик”. Но зачем мне пластик?” – вспоминает Якимов.

“Я хотел сделать брутальную мужскую спальню, — говорит Якимов. — В итоге получилась спальня-кабинет”. Зеркальную стену Александр “срисовал” с кабинета Дональда Трампа. Стена напротив обтянута кожей. Книжный шкаф достался Якимову от бабушки, а прикроватные тумбы — от мамы.

“Я хотел сделать брутальную мужскую спальню, — говорит Якимов. — В итоге получилась спальня-кабинет”. Зеркальную стену Александр “срисовал” с кабинета Дональда Трампа. Стена напротив обтянута кожей. Книжный шкаф достался Якимову от бабушки, а прикроватные тумбы — от мамы.

Новых вещей в квартире мало – Александр редко что-то покупает, гораздо чаще подбирает то, что плохо лежит. Чугунные радиаторы нашел в питерском доме, предназначенном под снос.

Люстру для столовой привез из Милана: “Она сломанной продавалась – сам склеивал”. 

Квартира в доме Фалеева на Чистых прудах

Оригинальные вентиляционные решетки буквально вырвал у фирмы, занимавшейся реконструкцией дома: “Они хотели продать их на сторону”. А в гараже у Якимова хранятся два пролета старой лестницы. Как только соседи закончат с ремонтами, он займется благоустройством подъезда: “Зеркала повешу, люстры, ковровую дорожку постелю”.

“Люблю вещи с историей”, – говорит Якимов. 

Антикварная скульптура из Кении.

Антикварная скульптура из Кении.

Но подход к организации пространства у него абсолютно современный: открытая планировка, неформальная обстановка. 

Квартира в доме Фалеева на Чистых прудах

Квартира в доме Фалеева на Чистых прудах

Ниша для посуды на кухне выложена зеркальной плиткой.

Ниша для посуды на кухне выложена зеркальной плиткой.

Вдоль бетонных стен ванной — мебель, сделанная на заказ по эскизам Александра. Люстра, Chelini.

Вдоль бетонных стен ванной — мебель, сделанная на заказ по эскизам Александра. Люстра, Chelini.

“Интерьер должен быть таким, чтобы при желании его можно было быстро переделать. Вдруг ты завтра влюбишься и захочешь все цветочками украсить? – рассуждает Александр. – Я вот не понимаю, зачем люди клеят на стены рамки из гипсовых молдингов – это ведь так ограничивает, мебель потом не передвинешь. Или делают росписи: через месяц ты эту роспись знаешь “до мизинчика”, через полгода помнишь каждую трещинку, а через год просто ненавидишь. Лучше картины купить. Это и выгодно, и глазу приятно. А надоело – снял, повесил новые. Наша жизнь так устроена, что мы не можем ее изменить. А свой дом – можем. Так надо этим пользоваться”.

Фото: Иван Куринной
опубликовано в журнале №11 (68) ноябрь 2008

Комментарии