Портрет: дизайнер Сержиу Родригес

Сержиу Родригес стоял у магазина деревянных игрушек в нью-йорк­ском районе Трайбека и внимательно рассматривал витрину. В этот момент я проходила мимо, но не стала отвле­кать его, а прямиком направилась в соседний мебельный салон, где че­рез несколько минут должно бы­ло состояться наше с ним интервью. Эти деревянные поделки оказались очень символичным началом знакомства с дизайнером.

Дизайнер в кресле Chifruda, известном также как Aspas (“Рогоносец”). Сержиу сделал его в 1962 году в единственном экземпляре, а через много лет оно обнаружилось во Франции. Теперь компания Mendes-Hirth производит эту модель небольшими сериями и продает через салон Espasso в Нью-Йорке.

Дизайнер в кресле Chifruda, известном также как Aspas (“Рогоносец”). Сержиу сделал его в 1962 году в единственном экземпляре, а через много лет оно обнаружилось во Франции. Теперь компания Mendes-Hirth производит эту модель небольшими сериями и продает через салон Espasso в Нью-Йорке.

Краткая биография: Сержиу Родригес родился в Рио-де-Жанейро в 1927 году. Выпускник Архитектурной школы в Рио. В 1960-х сотрудничал с Оскаром Нимейером. Нынешней популярностью Родригес во многом обязан компании LinBrazil и ее основательнице Жизели Перейра-Шварцбуд, которая в 1999 году решила наладить выпуск мебели, придуманной дизайнером в середине ХХ века.

Сержиу – симпатичный дядечка с тросточкой, в кепке, в красных подтяжках и цветных носках. Ему восемьдесят два года. В Нью-Йорк он прилетел по случаю перевыпуска кресла Chifruda, которое спроектировал еще в ­1962 году. На прошедшей накануне в салоне Espasso презентации было не пробиться сквозь толпу архитекторов и дизайнеров. Сержиу считают родоначальником бразильского дизайна, и посмотреть на человека-легенду хотели многие.

Автопортрет отца Сержиу Родригеса, художника Роберту Родригеса.

Автопортрет отца Сержиу Родригеса, художника Роберту Родригеса.

Родригес происходит из уважаемой в Рио-де-Жанейро семьи. Его отец Роберту Родригес был художником и иллюстратором, мать пела в опере. “У моего прадеда по материнской линии была своя мебельная мастерская. Вырезать игрушки из дерева я начал еще в четыре года, – рассказывает Сержиу. – А когда мне было лет восемь или девять, я сделал открытие: оказывается, мебель начинается с чертежей, и я начал вырезать детали по чертежам прадеда. У меня до сих пор шрамы на пальцах от ранних экспериментов с ножами и стамесками”.

Сержиу с матерью, Эльзой Фернан­дес-Мендес-ди- Альмейда-Сантос и сест­рами — Марией-Терезой и Вериньей.

Сержиу с матерью, Эльзой Фернан­дес-Мендес-ди- Альмейда-Сантос и сест­рами — Марией-Терезой и Вериньей.

Предполагалось, что он станет архитектором. Но в 1952 году после окончания университета Сержиу заявил, что намерен открыть магазин, в котором будет продаваться мебель, сделанная по его эскизам. “Когда родственники узнали об этом, они ужаснулись: имея престижное архитектурное образование, заниматься какими-то там креслами и подушками!” – вспоминает дизайнер. Бразильская архитектура к тому времени уже заявила о себе мощными проектами, но все, что касалось интерьера, по-прежнему считалось уделом домохозяек. Сержиу решил изменить ситуацию и делать дизайн, проникнутый национальной идеей.

Модульный дом, 1960 год.

Модульный дом, 1960 год.

В 1956 году в районе Ипанема он открыл салон с пат­ри­о­тичным названием “Oca” – на языке коренных жителей Бразилии, индейцев тупи, это значит “Дом”. Кроме вещей самого Родригеса там продавались работы его бразильских коллег и картины местных художников. “На презен­тациях в салоне стала собираться богема. Критики тоже одобрили проект. Всем нравилось, что мы продвигаем настоящий национальный дизайн”, – вспоминает Сержиу.

Поначалу в “Oca” выставлялись одни прототипы, мебель для продажи делали только под конкретный заказ. Но как-то раз одна из мастерских по ошибке выпустила табурет Mocho партией в тысячу штук. Родригес воспринял это как знак, что пора переходить от штучного производства к серийному, и организовал собственное ателье, а с 1958 года стал размещать заказы на больших фабриках.

Дом Xikilin в штате Рио-де-Жанейро, 1983 год.

Дом Xikilin в штате Рио-де-Жанейро, 1983 год.

Звездный час для Сержиу настал в начале 1960-х, когда ему поручили оформление ­интерьеров правительственных зданий в Бразилиа. “Меня пригласил Оскар Нимейер. Тогда все только начиналось, я разрабатывал интерьеры, пока Оскар и другие архитекторы проектировали сам город”.

– А как вам работалось с Нимейером? – интересуюсь я. И тут Сержиу выдает свою коронную фразу, единственную, которую он может сказать по-английски: “Oscar – like a god!” – “Оскар для меня – как бог”.

Дом Xalex в горах Флуминенсе, штат Рио-де-Жанейро, 2003 год.

Дом Xalex в горах Флуминенсе, штат Рио-де-Жанейро, 2003 год.

– Ему показали мои работы, и он доверил мне придумать интерьер для здания Национального конгресса. Это было огромной честью, но мне надо было заниматься делами “Oca” в Рио. В Бразилиа я мог работать только на­ез­дами. И именно так я сделал интерьеры Национального театра, кинотеатра “Бразилиа”, Центрального банка, нескольких министерств и Паласио-де-лос-Аркос. Оскар был требовательным, но очень человечным. Во всем проекте чувствовалось особое достоинство, ведь Бразилиа должна была стать новым символом страны.

– А с президентом Жуселину Кубичеком вы встречались?

– Конечно. Это был сдержанный че­ловек, но я знал, что ему нравится мой дизайн. Нас свел медиамагнат Адольфу Блох. Благодаря его закулисным играм Кубичек пришел к власти. А я спроектировал интерьер для газеты Manchete и других компаний Блоха. Вот так дизайн связан с большой политикой.

Эскиз дома Xalex.

Эскиз дома Xalex.

Новое общество строили не только в госучреждениях, но и в домах обычных граждан: “Я исходил из того, что нормаль­ный бразилец, живя в этой чудесной субтропической стране, дома должен удобно валяться ногами кверху. А дизайн, который к этому располагает, – это и есть настоящий бразильский дизайн”.

Сержиу всю жизнь проектировал широкие кресла и кушетки с мягкими подлокотниками, в которых не сидишь, а полулежишь, – в общей сложности около тысячи двухсот предметов.

– У меня нет свободного времени, я всегда рисую, всегда что-то придумываю, – говорит Сержиу.

Casa do Cineasta в горах Флуминенсе, штат Рио-де-Жанейро, 2005 год.

Casa do Cineasta в горах Флуминенсе, штат Рио-де-Жанейро, 2005 год.

Однако за границей дизайнера, который так точно понял нужды соотечественников, до недавнего времени знали мало. Интерес к его работам возник только пару лет назад – теперь фаб­рики Европы и Америки конкурируют за право выпускать мебель этого бразильца. А сам ­Родригес воспринимает международную славу, свалившуюся на него на склоне лет, с восторгом маленького ребенка. Когда в конце интервью я подарила ему номер AD с его портретом, он расцеловал меня в обе щеки и просил передать горячий привет редакции и читателям.

  • Кожаное кресло с табуретом для ног Tonico, 1963 год.
  • Настольная лампа Xibo, 2004 год.
  • Кресло Katita из бразильского дерева аспидоспермы многожилковой, 1997 год.
  • Табурет Mocho (1954 год) — первая работа Родригеса, попавшая в серий­ное производство. Прото­тип этой модели — традиционная табуретка бразильских доярок.
  • Кресло Mole Родригеc сделал в 1957 году, а в ­1961-м оно получило первый приз на IV Международном конкурсе мебели в Италии.
  • Торшер Sérgio Augusto, перевыпущенный маркой Mendes-Hirth. Оригинал датирован 1965 годом.
  • Кресло Poltrona Diz из эвкалипта, 2002 год.
  • Текст: Анна Пантуева

    Фото: архив пресс-службы
    опубликовано в журнале №2 (81) февраль 2010

    Комментарии