predvaritelnye-itogi-arhitekturnoj-biennale-v-venecii
Архитектура

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции

До 27 ноября в Венеции работает Биеннале архитектуры. Анастасия Углик подводит предварительные итоги выставки, а иллюстрируют ее мысли фотографии Юрия Пальмина.

, обновлено 20 Сентября 2018
AD Magazine
Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 1
На стену из мусора, придуманную Алехандро Аравеной, пошло больше ста тонн отходов.

Алехандро Аравена, чилийский архитектор, лауреат Притцкеровской премии этого года и куратор нынешней Венецианской биеннале, хочет изменить мир. Он сообщает об этом в каждом интервью, указывая на язвы человечества, которые можно и нужно лечить средствами архитектуры. Поэтому и задача, которую он поставил перед коллегами на вверенной ему выставке, читается однозначно.

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 2
Световая инсталляция lightscapes — продукт коллаборации бренда Transsolar и архитектора Ани Тирфельдер.

“Репортаж с линии фронта” — так звучит лозунг биеннале — посвящен социальной функции архитектуры, а символом его стала фотография железной стремянки, поставленной посреди пустыни, с которой женщина напряженно вглядывается в даль. Ирония состоит в том, что на самом деле героиня снимка, сделанного в начале 1970-х годов в пустыне Наска американцем Брюсом Чатвином, рассматривает древние рисунки одного из племен. То есть смотрит отнюдь не в будущее, а в далекое прошлое.

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 3
Еще один фрагмент экспозиции от Музея Виктории и Альберта.

Но молодых и бодрых (впервые средний возраст привлеченных архитекторов меньше сорока лет) участников биеннале это отнюдь не смущает. Они увлеченно отвечают на самые острые вопросы современного мира. Хотите знать, как нужно справляться с неконтролируемым наплывом беженцев? Загляните в национальный павильон Германии, в котором ради макета фантазийного города Нойбау, где может разместиться жилье для двенадцати миллионов переселенцев, разобрали половину исторической постройки. Недостаток дешевых строительных материалов? Обратите внимание на стену авторства самого Аравены, которая хоть и возведена из отходов предыдущих биеннале, но смотрится вполне убедительно. Мучаетесь от отсутствия квалифицированных рабочих? Возьмите за основу конструкцию сетчатого свода от парагвайца Солано Бенитеса — ее может собрать даже ребенок, а выглядит она так эффектно, что удостоилась “Золотого льва”. Жители вашего города удручены? Повысьте уровень их счастья с помощью колокольного звона: в испанском павильоне представлены исследования о том, как он благотворно влияет на настроение и снижает стресс.

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 4
Китайский павильон “Дао” собран из множества моделей разборных детских манежей.

Увлеклись поисками оригинальных решений не только юные мечтатели, но даже и вполне серьезные люди. Норман Фостер, от которого совсем не ждешь дешевых трюков, например, предложил проект “дронопорта”, маленькой площадки для парковки дронов, доставляющих продукты в труднодоступные районы Африки. Несмотря на то что зачастую находки архитекторов выглядят более подходящими для искусственного мирка компьютерной игры SimSity, чем для реальной жизни, наблюдать за такими кунштюками крайне увлекательно, а что еще требуется от выставки, как не зрелищность.

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 5
Часть основной экспозиции биеннале.

Особняком, как обычно, стоят русские. Из них, не считая участников проекта российского павильона, Аравена пригласил двоих: скандалиста Бориса Бернаскони и мечтателя Александра Бродского. Первый показал макет вызывающе роскошной футуристической башни Matrex, которую строит в Сколково. А второй — покосившийся сарай “цвета времени и бревен”, как называл Бродский серый. Видимо, это намек на то, что в России архитектурная война идет на совсем другом поле.

Инсталляция Александра Бродского стоит на самом краю венецианского Арсенала и наклонена под углом 95 градусов.
В польском павильоне в экспозиции под названием Fair Building выставлены крупные портреты строителей, возводящих самые обычные типовые ­постройки.
Лондонский Музей Виктории и Альберта показал на биеннале экспозицию, посвященную ценности копий произведений искусства.
Фрагмент экспозиции Neighbourhood: Where Álvaro Meets Aldo, представленной в португальском павильоне.
+3
+2
Британский павильон с экспозицией Home Economics, в которой рассказывается о новой концепции домашнего устройства XXI века.

Сама идея посвятить павильон на Венецианской биеннале Выставке народного хозяйства звучит вполне постмодернистски. В конце концов, сады Джардини — это та же арена для демонстрации достижений, заполненная разновременными и разностилевыми национальными павильонами, что и московская ВДНХ, так что удвоение смыслов получается очевидное. Такие разговоры ходили до тех пор, пока содержание экспозиции оставалось тайной за семью печатями. О ее сохранности создатели — Семен Михайловский, комиссар российского павильона и ректор питерской Академии художеств, Сергей Кузнецов, куратор проекта и главный архитектор Москвы, и Екатерина Проничева, сокуратор и генеральный директор ВДНХ, — позаботились отменно. На пресс-конференциях они вдумчиво рассуждали о включении советского наследия в современную жизнь мегаполисов, об участии в проекте студенческих работ и обещали посетителям биеннале картину поистине удивительную.

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 6
На фоне черных стен образцы декора с павильонов ВДНХ смотрелись особенно эффектно.

Так все и получилось: старинный щусевский павильон, который не ругал за неудобство только совсем ленивый, неожиданно превратился в исследовательскую лабораторию. В нем нашлось место и гипсовой копии быка с павильона “Животноводство” — вопрос, сохранять или не сохранять спорные с художественной точки зрения, но исторически безупречные следы эпохи, читается легко. И гигантской фотографии барельефа со Сталиным авторства скульптора Вучетича — а что делать с исторически совсем небезупречными?

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 7
Самая эффектная вещь на верхнем этаже — похожая на материнскую плату общая схема комплекса.

И огромной модели всей территории комплекса, похожей на материнскую плату, — читается намек на то, что весь огромный современный город питается энергией старых территорий. И библиотеке со всеми (никакого преувеличения) публикациями о ВДНХ — то-то раздолье исследователям. И архитектурным акварелям студента Академии художеств Алексея Резвого — “человек будущего” смотрит на прошлое. Про эти последние работы рассказывает Семен Михайловский: “Я не ошибся, когда предложил студенту архитектурного факультета сделать серию аналитических рисунков на тему ВДНХ. У него были серьезные проблемы с педагогами: его клаузуры недооценили мои коллеги и отправили автора на исправление в академический отпуск. И он провел это время не впустую — за полгода ему удалось замечательно изучить и запечатлеть ВДНХ. К слову, он уже получил предложение от Рема Колхаса поработать для ОМА. Согласитесь, неплохо для студента четвертого курса”.

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 8
“Кабинет исследователя” собрал массу исторического и справочного материала по истории ВДНХ.

Разговор о ВДНХ вышел масштабный и основательный — такой, какого она и заслуживает. Но отвечать на вопрос, при чем тут “Репортаж с линии фронта” — а именно так, напомним, звучит заданная Алехандро Аравеной тема биеннале, — каждому зрителю пришлось самому. Мой вариант: борьба за архитектурное выживание идет на разных фронтах, и ограничивать ее социальным жильем или превращением трущоб в сады однобоко. Осознанная работа по приручению исторической памяти — дело тоже опасное и кровавое, и без боевой подготовки к нему лучше не приступать.

Предварительные итоги Архитектурной биеннале в Венеции - фото 9
В двусветном зале демонстрировалась проекция панорамных видов выставочного комплекса.

“В молодости я ненавидел совок и все, что с ним связано, — все, созданное в недрах бесчеловечного режима. Но прошло время, и я стал не восхищаться, но интересоваться официальным искусством, архитектурой того времени. Историю можно переписывать, а генетическую память нельзя стереть нажатием клавиши. Мне показалось, что пришло время непредвзятого рассмотрения имперского наследия. Я почувствовал временную дистанцию и понял, что порог чувствительности преодолен. И поэтому написал концепцию и придумал название В.Д.Н.Х., где буквы шагают через точки”.

“Наша история не про прошлое. Мы сами не про прошлое, мы — про будущее. Нельзя воспринимать ВДНХ только как заповедник сталинской эпохи. Мы с уважением относимся к архитектуре и прошлому, но хотим вдохнуть новую жизнь, обслужить новые потребности города. Мне близка идея города в городе, где в обрамлении архитектурного ансамбля развиваются и спорт, и выставки, и досуг — все, что люди хотят видеть на этой территории, которую они считают принадлежащей им частью идеального мира”.

“Мне казалось, что трактовать тему биеннале как тему исключительно социального жилья — не совсем верно и что Аравена в своем “репортаже с передовой” скорее рассчитывал увидеть актуальные “фронты” национальных архитектур. Идею показать ВДНХ мы с Алехандро обсуждали еще зимой, он поддержал ее и был заинтересован. Российский павильон показывает, как меняется профессия архитектора: в нем есть прошлое, воплощенное в рисунках, отмывках, скульптуре, и есть настоящее — в виде культурного программирования”.

Текст: Анастасия Углик

Читайте также